Путь Стратега 3 (СИ)

— О нет! Тут у нас что-то новенькое. — ответил Доктоний с задором мальчишки-энтомолога, который близко к открытию нового вида жуков.
Глянем ка мы на них через систему.
Потерянные 
Создание Порчи 
Нежить 
Действительно, новый покемон. Впрочем, они и визуально отличались от умертвий. Те были… Все одинаковые. Дерганные, яростные твари, чью нормальную личность выжгло Великое Пламя. Их тела стали куклами, управляемыми магией. Великое Пламя штука гадкая местами, но понятная и по-своему… чистая. Однообразная сырая сила, лишенная человеческих мотивов, которую маг направляет в нужное ему русло. А Порча была другой. К нам же шли разной походкой трупы со следами разложения. Зрелище странное и жуткое, потому что в отличие от умертвий эти пытались быть людьми. Возможно, несчастными, безумными, но людьми. Они оглядывались по сторонам, с любопытством вращая гноящимися глазами, неловкие движения подгнивших конечностей были у каждого свои. Изначально они показались безобиднее умертвий. Но это было обманчивое впечатление. Гнилая плоть укрепилась магией, обросла желтоватыми струпьями и мертвецы задвигались бодрее. Впрочем, присутствие Доктония не дало им показать все свои возможности. Подавление они перенесли чуть лучше умертвий, но именно что чуть. И никаких шансов навредить нам у них не было.
— Это с собой. Заверните покрепче. — командовал Доктоний, указывая на мертвеца с отрубленными конечностями.
Я нервно усмехнулся. Вам зомби здесь? Нет, с собой заверните.
Странно, но провалы окон заброшенных домов давили на психику даже больше зомбей. Оживших мертвецов я видел уже много. А здесь… Здесь когда-то были люди. Потом их всех не стало и возможно, из-за моих лично офигенных планов. Эти руины словно надгробие чужих судеб.
Мы направились дальше вдоль реки. От одной прибрежной деревни к другой, а Дочь Погибели шла перед нами, оживляя подходящие трупы. Все еще пыталась задержать нас. На этот раз ей удалось поднять больше двадцати трупов и поджечь часть заброшенной деревни. Нас это снова не задержало. Химера не хотела отступать или не могла. Маячила в километре восточнее. Я следил за Дочерью Погибели, принявшей физическую форму и вдруг понял, что ее движения изменились. Вроде мелочь, но…
“Это ловушка”. — объявил я. — “Она оставила тело и прячется где-то рядом. Тело занял неприкаянный дух”.
— Понял. Начеку. — ответил Доктоний.
Вспышка.
Один из полыхающих домишек рассыпался, высвобождая огненно-багрового фантом. Призрачная дева-чудовище была в метрах семи от своей вожделенной цели. Меня то есть. Доктоний успел среагировать. Не зря я предупредил. Фантом несся ко мне, но таял на глазах. Пламя гасло, мерцание затухало. До меня добралась едва заметная почти прозрачная фигура. Силой венатора Йорнис почти очистилась от искажений представ в свои последние мгновения в образе человека, а не монстра. Почему она не сбежала как тогда с Ренго? Почему предпочла смерть? Ее лицо спокойное и умиротворенное таяло, пронизанное солнечными лучами. Она что-то говорила мне, но голоса не было слышно. Я различал лишь едва заметное движение исчезающий губ. Призрак улыбался мне, протягивая руку. Доктоний махнул клинком, окончательно развеивая образ. Как и ее бог когда-то, Йорнис пала от клинка имперского венатора. Опять реликтовая магия Севера уступила могуществу цивилизации. И Сердце не спасло ее, бессильно было колдовство.
— Жаль, что не удалось захватить такой образчик. — посетовал Доктоний. — Но ее мы бы не удержали.
— Думаю, дальше на Севере такие образчики еще найдутся. — “обрадовал” спутников я.
 
И мы отправились дальше, спокойно отрываясь от преследовавших хаоситов. После гибели химеры они заметно потеряли координацию. Видимо таки она могла ими как-то на расстоянии управлять. Теперь эти банды рассеялись по округе возвращаясь к обыденной рутине безумных последователей демонического Немертвого Бога. Я же никак не мог выкинуть из головы образ исчезающего фантома воительницы. Что она пыталась мне сказать и зачем? Стоит ли пытаться логически объяснить действия существ, порожденных магией Сердца?
Вечером мы уже были в двух десятках километров от хаоситов. Спокойно собирались разбить лагерь посреди земель опустошенных и оскверненных злом. Однако особо волноваться не стоило. С нам Доктоний, а он сам чудовище для чудовищ. Отправьте его в “Пятницу Тринадцатое” и венатор будет гонять беднягу Джейсона по всему лагерю, прежде чем отрубить голову.
— Это был ты… Это был ты… — донесся до меня хриплый клокочущий голос.
— Оно заговорило. — обозначил один из венаторов очевидную вещь, указывая на “запакованного” мертвеца.
“Это был я”.
Любопытство все же заставило меня повернуться, встретившись с мертвецом взглядами. Он смотрел на меня. Кто бы сомневался… Все смотрели на меня. Сколько бы Сенат не обвинял Геора, Альденг, Госдеп США, Нибиру и так далее, но слухи уже разошлись. Молва о стратеге, который обратился ради победы к темным силам. И многие мне хотели бы задать вопрос, который сейчас озвучил Иратион:
— И оно того стоило?
— Да. — ответил я.
Соврал? Не знаю. Тогда я решился на отчаянный шаг будучи в отчаянной ситуации.
— Твой голос.. Не сдавайся… Выживи им всем на зло… — шептал мертвец, растягивая изгрызенные мышами губы в подобии ухмылки.
Наверное, нечто подобное мне отчаянно пыталась сказать и темная валькирия перед смертью.
“Это был ты”.
Странно, но данная фраза не звучала как обвинение. Не от этих существ. О нет. Оно звучало скорее как признание. Как восхищение случайно встреченным на улице любимым актером.
Быстро темнело. Небо слегка прояснилось и можно было видеть, как лучи тревожно-желтого заходящего солнца пытаются протиснуться через еловые ветви. Осеннее светило севера давно не грело как следует. А на Востоке меня уже дожидалось другое солнце. Могучее, всевластное Бессмертное Солнце и царь царей как его воплощение на земле. Интересно, что случится там? Останусь ли я в песках навсегда или уезжая оттуда снова услышу “Это был ты”.
Меня вдруг накрыла волна странного ощущения. Скорее приятного, чем болезненного. Но дышать вдруг стало труднее, а мысли задергались будто я выпил залпом водку с энергетиком. Глянул на небо. Что-то изменилось, но понять это удалось не сразу. Мысли плыли и кружись, обращаясь бессмысленными приступом эйфории. Мне было весело. Почти безмерно хорошо, как героиновому торчку на грани передоза. И моя жизнь также была на грани.
“Небо”. — произнес я через систему, привлекая внимание отряда.Затем глянул на костер. От пламени поднималась неестественно тонкая струйка непроницаемо черного дыма, закручиваясь по спирали. За мной пришли. Пришли как когда-то приходили за Эйлит. Все действия воительницы-химеры имели смысл. Она пыталась убедиться, что я это я. Она убедилась и отправила сигнал. Теперь Сердце тянулось ко мне всей своей силой. И сюда придут не варвары-хаоситы, не одержимые мертвецы… Я уже знал, что это будет. Оно до сих пор почему-то записано часть моей армии.