Граф Рысев – 5
– Насколько частично? – ласково проговорил Дроздов.
Надо сказать, что мило общались мы с ним в холле дома, в котором была расположена его школа. Я покосился на дверь. Может быть, уйти, пока не поздно? Что-то мне его игривое настроение не слишком нравится.
– Я ещё не умею манипулировать новыми видами пламени и, если честно, пока не выяснил, что и за что отвечает, – всё так же осторожно ответил, продолжая коситься на дверь, так, на всякий случай. – Но уже не активирую случайный дар с непредсказуемым результатом.
– То есть, ты вполне можешь сейчас тренироваться, без опасности спалить мой зал? – Дроздов сложил руки на груди и смотрел на меня прищурившись.
– В общем-то, да. Собственно, я и пришёл, чтобы провести тренировку. Скоро на практику ехать, и хотелось бы быть в форме. Всё-таки четвёртый уровень, как-никак. – Я немного успокоился. Пока что на мне никаких экспериментов ставить не будут, и то хлеб. После своих ежедневных медитаций я не готов, ещё и здесь пытаться воздействовать на дар.
– Отлично, – Дроздов опустил руки. – Переодевайся. Я скажу Толе, что вы сегодня работаете в паре.
Мы-то с Толей работали в паре, это да, вот только его отец с Пумовым тоже взялись за нас вдвоём. После первого условного раунда Пумов долго смотрел на меня.
– Так, Рысев, объясни мне, почему наступил регресс? Ты гораздо лучше владел мечом на прошлом занятии? А сейчас словно оглоблей машешь. – Он нахмурился, я же потёр переносицу.
Сейчас, когда он меня теснил, я отчётливо понял, что действительно не успеваю. Хотя ещё совсем недавно при определённой доле везения мог работать на опережение.
– Не знаю. Я целыми днями пытаюсь разобраться с подарочком дракона, и уже забыл, когда мой резерв был полон до краёв, – покачав головой, посмотрел на него. – Может быть, дело в этом?
– Может быть, – Пумов задумался. – Но, ты понимаешь, Женя, что такая отговорка не пройдёт, если случится прорыв и нападут твари? Они не остановят атаку и не подождут, пока твой резерв снова станет полным.
– Я понимаю. – Я действительно понимаю, но что могу поделать? Тем более что особой усталости не ощущаю.
А ещё, просто уверен, что снижение скорости не связано с резервом, а вот с изменением каналов – напрямую. И теперь, кроме всего прочего, придётся и с этим разбираться.
– Две минуты отдыхайте, потом продолжим, – отчеканил Дроздов, который в этот момент хмурился не переставая.
– Что с тобой? – ко мне подошёл Анатолий. Он в отличие от меня довольно тяжело дышал. – Ты уже давно не пропускал такие несложные удары?
– Не знаю, – повторил я. – До отъезда на практику разберусь.
– А вот это было бы неплохо. Мне, знаешь ли, было бы спокойнее первокурсников сопровождать, зная, что поблизости есть кто-то, кого я вполне могу позвать на помощь. – Тихо добавил Толя.
– На позицию! – крикнул Дроздов-старший, о чём-то переговорив с Пумовым. – Бой!
Вместо того чтобы войти в моё положение, эти два слишком… хм… мудрых господина ещё больше взвинтили скорость атак. Толя очень скоро выпал из игры, он всё ещё не мог поддерживать такой темп. И я остался один против них двоих.
Продержался почти минуту и понял, что всё, сейчас меня размажут тонким слоем по матам. И тогда я решился на отчаянный поступок. Отбив удар меча Пумов и сделав обманный финт, который легко отвёл в сторону Дроздов, я сосредоточился и призвал дар. При этом мне удалось, практически не напрягаясь, вызвать именно оранжевое пламя, как и планировал.
Долго не думая, направил иллюзорный огонь за спины моих тренеров, активируя его именно в пламя. Первым заметил, что они горят Пумов.
– Какого ляда? – заорал он и начал срывать с себя куртку. – Вовка, ты тоже гори… – Он недоговорил, потому что в этот самый момент пламя рассыпалось радужными искрами. Хотя до этого момента неплохо так горело и даже испускало жар.
Но, самое главное, мне удалось отвлечь их от себя. Две ловкие подсечки, и Дроздов, вместе и Пумовым лежали на матах, а к горлу каждого были приставлены мечи, мой и Анатолия.
– Бой не был остановлен, – ответил я в ответ на полный возмущения взгляд Дроздова. – А в реальном бою каждый использует свои преимущества. Вы использовали свои, ну, а я – свои. Главное ведь победа.
– Хвала всем богам, – Пумов закатил глаза. Мы убрали оружие от их шей, и он легко, пружинисто вскочил на ноги. – Ну, наконец-то, ты понял самую главную мысль – главное, это победа и порой неважно, каким именно способом ты её добыл. Особенно когда на кону жизнь или смерть. Я всё ждал, когда же ты уже хоть что-то сделаешь. Наконец-то, дождался.
– Так, а теперь прошу расшифровать, что только что произошло, – я поднял руки и хмурясь смотрел на них.
– Женя, признайся, сколько бы ещё прошло времени, пока бы ты понял, что никогда не сможешь сравниться со мной в скорости атак, да и вообще в скорости? – Пумов подошёл ко мне и приобнял за плечи. Дроздов же в это время, усмехаясь, начал наводить порядок в зале. – Пума в два раза быстрее рыси. Проигрывать мне в скорости – это неизбежность. Это мой дар, которым наделил наш род первопредок. Зато, рысь более манёвренная, с лучшей реакцией и, что греха таить, более подлая. В хорошем смысле этого слова. Одно из немногих животных, которое любит охотиться сверху, предпочитая слишком не рисковать. Цель наших тренировок до сих пор заключалась в том, чтобы ты пришёл к мысли: надо что-то делать. Они меня уделывают, значит, нужно применить что-то необычное. Ты же уже делал это на первой тренировке. Володя мне рассказал, как ты использовал щит не по назначению.
– А почему вы мне просто не сказали? – я, как идиот пытался подстроиться. Даже сегодня никак не мог понять, что же происходит, а они, оказывается, специально меня провоцировали.
– Этого нельзя было делать, – Пумов серьёзно покачал головой. – Ты тогда не отдавался бы схватке, а пытался схитрить. Это, как понимаешь, тоже недопустимо. Но сейчас, когда ты понял основу, наше обучение перейдёт в совершенно другую плоскость. Будем считать, что теорию ты освоил в полном объёме.
– И почему я начинаю, как минимум опасаться? – я не буду ему говорить, что почти всегда пытался сделать какую-нибудь гадость, хоть подножку подставить. Другое дело, что у меня никогда не получалось сделать это так эффектно, как сегодня.
Зато, теперь я точно знаю, для чего может пригодиться иллюзорное пламя – для отвлечения внимания. Этот вариант напрашивался, и вот я убедился в этом на практике.
– Вот только для начала тебе нужно всё-таки разобраться полностью со своим даром, – к нам подошёл серьёзный Дроздов. – Чтобы начать внедрять разработанную нами школу в дело, у тебя не должно быть тёмных пятен. Так что, думаю, мы продолжим после того, как вы вернётесь с практики. Толя, тебя это тоже касается. У вас с Женей уровень подготовки всё-таки отличается, и для чистоты эксперимента нам важно, чтобы вы оба приняли в нём участие.
– Так мы для вас подопытные? – протянул Анатолий.
– Кто-то же должен страдать во благо всех остальных, – пафосно произнёс его отец, а потом повернулся ко мне. – Да, Женя, за этот год можешь не платить.
С тех пор я разобрался с четырьмя видами пламени. Оставался только один – чёрный.
***
Почувствовав лёгкое дуновение, я вынырнул из своих мыслей. Огляделся вокруг. Что за чёрт, откуда здесь ветерок? Опустив взгляд, я увидел, что всё ещё горящее на ладони чёрное пламя начало трепетать. Значит, мне не показалось. Действительно, ветерок. Что-то вечер перестаёт быть томным.
Пора отсюда выбира…
– Женя, – я вздрогнул и обернулся. Тот лёгкий ветерок, который я почувствовал, словно принёс откуда-то нежный женский голос. Такой знакомый голос, от которого у меня волосы на затылке дыбом встали. – Женя, где ты? Я чувствую, что ты где-то в Астрале. Ты воспользовался частью моей печати? Молодец.
Я прикусил язык, стараясь не издавать ни звука. Куницын сказал, что она не сможет проникнуть сюда. А если сможет? Что я вообще знаю о возможностях Амары? Да ни хрена я не знаю. Так же, как и Куницын. Хоть он и жил при ней, как домашний питомец, но, сомневаюсь, что узнал больше, чем ему было позволено узнать.