Её прикосновение (ЛП)

Удочерена.
Дата — через три дня после моего рождения. Я даже не знала, что у моего отца есть брат. Я просматриваю документы, даже не слушая, о чем говорят мисс Петти и директор Форд. Я слышу звонок, но продолжаю стоять и читать.
— О, твой Илай не сказал тебе, что твой отец на самом деле не отец тебе? — голос мисс Петти сочится самодовольной победой. То, что она пытается причинить мне боль этой новостью, отвратительно.
Я запрокидываю голову и смеюсь.
— Вот тут Вы ошибаетесь. — Я расправляю плечи и смотрю на нее сверху вниз. Эта цыпочка сумасшедшая и явно имеет какие-то серьезные проблемы. — Мой отец — это мой отец.
Я бросаю папку на стол.
— Если бы он хотел, чтобы я знала это, то сказал бы мне. Я также готова поспорить на что угодно, что Илай не имеет ни малейшего понятия. А если и знает, то Вы правы. Он ничего не сказал, потому что это не имеет значения. Майор — мой отец.
Я поворачиваюсь и смотрю на директора Форда. Он смотрит на мисс Петти, явно разозленный. Она пересекла черту и показала свое истинное лицо. Дело вовсе не в ее заботе обо мне.
— Может теперь для Вас все складывается. У мисс Петти явно проблемы со мной, и она пытается усложнить мне жизнь.
— Мэгги. Мне очень жаль, я…
— Мой отец пропал. А теперь мне приходится приходить сюда и выслушивать, как Вы пытаетесь угрожать, что заберете у меня еще одного человека. — Хватаю с кресла свою сумку. — Предлагаю закончить наш разговор, — бросаю я через плечо и выхожу из кабинета.
Пытаюсь стряхнуть грязь, которой мисс Петти пыталась запятнать меня. Я знаю, почему отец не рассказал мне о своем брате и удочерении. Я его дочь, и он не хочет, чтобы это подвергалось сомнению. Я знаю, что причина в этом, потому что знаю своего отца. Если бы он думал, что я должна знать какую-то историю, он бы рассказал мне. Но я знаю майора. Он любит меня, и мне не нужно знать ничего другого.
Отбрасываю все это в сторону. Я знаю, кто моя семья, и никакая бумажка этого не изменит. Я собираюсь сосредоточиться на будущем, и намереваюсь сделать это в объятиях мужчины, которого люблю.
Глава 22
Илай
Я сижу в грузовике и жду. Мой член твердый и толстый, пульсирующий от желания. Сегодня тот самый день, но мы должны соблюдать приличия. К нам и так приковано слишком много внимания. Один неверный шаг и все может полететь к черту.
Она — самое важное в моей жизни, и я сделаю все, чтобы защитить ее. Даже если это означает игнорировать стальную длину, прижимающуюся к внутренней стороне моего бедра.
Зажмурившись, я стараюсь не думать об этом. Стараюсь не представлять ее мягкие изгибы подо мной и места, куда собираюсь проникнуть языком. Какой будет на вкус ее сладость, и какие звуки она будет издавать, когда мы останемся одни.
— Блядь, — ворчу я и откидываюсь на подголовник.
Одно ее прикосновение — и я понял, что моя жизнь изменилась. Один миг год назад — и мой мир навсегда стал ее. С того момента все, что я делал, каждое действие в моей жизни, каждый удар моего сердца — все было для нее. Когда ее губы встретились с моими, это решило ее судьбу. Она не знала этого в тот день, но это произошло.
Проходят минуты, хотя, кажется, что целая вечность, и она выходит. Девушка встречается со мной взглядом своих голубых глаз, и, как всегда, у меня появляется чувство, что я дома.
Она идет ко мне, и с каждым шагом приближается к моим объятиям. К моменту, когда я больше никогда ее не отпущу.
Это один из первых случаев, когда я позволяю всем своим желаниям вырваться вперед. Я так долго подавлял их. Конечно, я заботился о себе, когда нужда становилась слишком сильной. Но видя ее и позволяя моим желания свободно течь, я превращаюсь в быка, которого дразнят красной тряпкой.
Я не вылезаю из грузовика, когда она приближается. Вместо этого жду, пока она запрыгнет в грузовик и наклонится, чтобы поцеловать меня в губы. Вместо того чтобы потом отстраниться, она улыбается и трется своим носом о мой.
Я хочу ее так сильно, но закрываю глаза, наклоняюсь и нежно чмокаю ее, всеми силами пытаясь взять себя в руки.
 
— Так куда мы направляемся? — спрашивает она, чуть не подпрыгивая на сиденье, пока я жду, когда защелкнется ее ремень безопасности.
— Сюрприз, — отвечаю я, протягивая руку и поглаживая ее по ноге, пока веду машину.
Мы едем, не говоря ни слова, но это уютная тишина. Она опускает свою руку поверх моей, и я чувствую, как по моей коже разливается тепло ее ладони. Боже, не могу дождаться, чтобы почувствовать ее всю, но напоминаю себе, что у нас есть все время в мире.
Когда мы поворачиваем к озеру, она смотрит на меня с подозрением. Но вместо того, чтобы ехать так, как мы ездили раньше, я продолжаю путь вокруг озера еще километр, и дальше к подъездной дорожке. Эта дорога немного длинновата и скрыта за деревьями, но когда мы добираемся до конца, мы видим деревянный дом, позади которого озеро. Из окон открывается потрясающий вид, а качели на заднем крыльце — идеальное место для наблюдения за закатом.
— Где мы? — шепчет Мэгги себе под нос, когда я выскакиваю из машины, обхожу ее и открываю дверцу. — Кексик, ты снял его на выходные?
Ее глаза блестят от возбуждения, когда она выпрыгивает из грузовика и бросается в мои объятия. Я прижимаю ее к себе и целую в шею, пока несу к входной двери и достаю из кармана ключ. Я открываю дверь и несу Мэгги внутрь, поворачивая так, чтобы она могла осмотреть все.
— Не-а, Солнце. Я сделал кое-что посерьезнее.
Дом был большим, но теплым и уютным. Огромная гостиная с камином выходит на озеро, а открытая кухня и столовая сверкают в свете, льющемся из окон. Задняя стена дома сделана из стекла, и на километры вокруг не видно ничего, кроме озера и гор.
— Илай. Что ты сделал? — она поворачивается в моих объятиях и встречается со мной взглядом своих голубых глаз.
— Я купил его для нас. С Днем Рождения, малышка.
— О Боже! Ты купил его?
— Я уже давно присмотрел его. И когда мы расстались, я решил, что должен владеть им. Даже если мы никогда не жили здесь, я знал, что это наш дом. Казалось, что это то место, где я хотел бы провести остаток своей жизни с тобой, даже если не думал, что это возможно. Я должен был иметь его.
— Не могу поверить, что ты сделал это. Это так много…
— Этого недостаточно, Солнце. Этого никогда не будет достаточно. — Я нежно целую ее в губы и скольжу языком внутрь, чтобы попробовать ее на вкус. Поцелуй становится горячим и жестким, и я крепче прижимаю ее к себе.
— Илай, я так сильно люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, Мэгги, — отвечаю я, неся ее через дом. — Я заполнил кухню, думая, что мы могли бы провести здесь выходные. Знаю, что сейчас, возможно, не лучшее время для переезда, учитывая все происходящее.
Возникает пауза, и я вижу, как что-то мелькает в ее глазах. Но она отталкивает это и проводит пальцами по моей щеке.
— Идеально. Мне очень нравится.
— Мы разберемся с этим, Солнце. Но сейчас я хочу показать тебе остальную часть дома.
Я несу ее по дому, показывая все комнаты. Большинство из них я оставил пустыми, желая, чтобы Мэгги украсила дом так, как ей хотелось. Мне доставили кое-какую простую мебель, вроде диванов и столов. Но самое главное — я позаботился о нашей спальне.
Добравшись до задней части дома, я толкаю дверь в наши покои. Гигантская кровать завалена пушистыми подушками и одеялами. В ванной комнате есть большой душ и ванна для двоих. Я хотел быть с ней каждую секунду, в том числе и в ванной.
— Господи, Илай. Это прекрасно. Как тебе все это удалось?
— Я ждал тебя очень долго. Мне нужно было чем-то занять себя. — Я нежно целую ее, но Мэгги настаивает на большем.
Внезапно поцелуй становится глубже, и она быстро подпрыгивает и обвивает ногами мою талию. Я подхожу к кровати, не разрывая нашу связь, и укладываю ее посередине, забираясь сверху.
— Мы должны были приготовить ужин, — говорю я ей в губы, чувствуя, как она скользит руками под моей рубашкой.