Его кексик (ЛП)

Да, Райан сделал неверный ход. Но сделал это не злонамеренно.
Умом я, правда, все понимала. Вот только для прощения одной лишь логики было недостаточно. А прямо сейчас эмоции захлестнули меня, затмевая разум.
* * *
Толкнув дверь на крышу, я замерла, не зная плакать мне или смеяться. По всей видимости, Уильям спланировал запереть нас, чтобы устроить романтический вечер, так как повсюду были развешены гирлянды, стояли цветы и горели свечи.
Несмотря на внушительные размеры самого здания, единственно доступная площадка была чуть больше двухкомнатной квартиры. И здесь, на верхушке Нью-Йорка, это выглядело как сладенький волшебный кусочек фэнтези.
Внезапно мой взгляд — я аж подпрыгнула от неожиданности — натолкнулся на стоявшую возле стола Грэмми с губной гармошкой в руке.
— О, — удивилась она. — Вас же должно быть двое.
— Э-э-э... — я отступила на полшага к двери.
— Райан заплатил мне двести баксов, чтобы я пришла сюда и что-нибудь для вас сыграла. А я не стала сообщать ему, что умею играть лишь на губной гармошке, — она ехидно захихикала и залихватски подмигнула мне.
— Подожди, тебе заплатил Райан? Но он сказал, что это проделки Уильяма.
— Это был Райан, дорогуша. Этот парень, поверь моему компетентному мнению, не успокоится, пока не залезет к тебе в трусики. Мужчина, зажегший свечи, по большему счету подобен мигающей неоновой вывеске: приложив немного усилий, он рассчитывает на мгновенный отклик. По меньшей мере он ожидает, что ты скажешь ему «спасибо» тем, что расстегнешь молнию без лишних слов, как заповедал нам Господь Бог.
От нелепости ее заявления у меня внутри все всколыхнулось.
— В Библии нет ничего подобного.
— «Плодитесь и процветайте». Что-то типа этого. Фрукты — это дети. Ты в курсе, откуда они берутся? — приподняв многозначительно брови, она продемонстрировала согнутые кольцом большой и указательный пальцы и принялась тыкать туда указательным пальцем другой руки. — Благодаря чудесным, сладким, любовным ласкам. Вот как-то так. Пусть твои прелести встретятся с причиндалами горячего парня, и он подключит... тьфу, черт, забыла эту окаянную фразу. Ну, неважно, главный смысл я тебе передала.
— Сомневаюсь, что это произойдет сегодня, — возразила я.
— Говори только за себя. Лично у меня после этого «концерта» свидание.
Я уставилась на нее, открыв рот, и, слегка поежившись, поспешила отключить свое воображение.
— Я имела в виду, между мной и Райаном. Мы, похоже, поссорились…
— Отлично. Любая ссора предполагает примирительный секс. Что толку от официальных извинений? Вы быстренько раздеваетесь и делаете свое дело, как лучшее доказательство того, что вы оба сожалеете. Иначе секс не был бы таким горячим.
Я рассмеялась.
— Так вот как Бог велит приносить извинения?
— Нет. Вот как я это вижу, — поднеся гармошку к губам, Грэмми извлекла серию пронзительных отрывистых звуков. Затем игриво пошевелила бровями. — Позволь этому красавчику извиниться по всем правилам. Да, чуть не забыла, я тут проголодалась и съела все креветки. Но там еще остались вино и крекеры, — она направилась к выходу, по пути шлепнув меня по заднице. — Миленький мини-костюмчик. Ты что, сперматозоид? — и скрылась за дверью прежде, чем я успела ей ответить.
Подойдя к столу, я увидела сваленные в кучу головы и панцири примерно трех дюжин креветок. Судя по всему, у старушки был отменный аппетит.
Не успела я привести свои мысли в порядок, как дверь на крышу снова открылась.
Глава 12
Райан
На лестнице я столкнулся с Грэмми, которая категорически отказалась объяснять, почему уходит так рано, а также возвращать мои двести долларов.
Перед этим я спустился на несколько пролетов, проверяя все двери. Хотел воочию убедиться, что Уильям действительно — ох уж эти его идиотские планы — запер нас. Я не смог извиниться перед Эмили должным образом, так как все полетело к чертям собачьим. Но еще теплилась надежда, что она, возможно, смягчится, если я верну ее обратно на вечеринку. Вот только и тут меня ждал облом. Похоже, Уильям перекрыл всю лестницу.
 
Этот вездесущий парень опять оказался на шаг впереди.
А я снова лоханулся, не сумев избежать подстроенной ловушки.
Остановившись перед дверью на крышу, я прислонился лбом к холодному металлу. Слишком давно я не испытывал ничего подобного к женщине. Чем больше я подавлял свои чувства к Эмили, тем сильнее они стремились вырваться наружу. И как только я ослабил контроль, они захватили меня, пугая своей интенсивностью. В глубине души я по-прежнему боялся, что все это ненадолго. Но уже не мог остановиться. И отчаянно надеялся, что у меня все получится.
Как же мне хотелось придушить Уильяма. Если бы он не вмешивался, то у Эмили бы сейчас не было причины на меня злиться. Хотя, конечно, несправедливо всю вину валить на него. Если бы я тогда не струсил, то не утаил бы от Эмили правду.
Когда я наконец-то решился открыть дверь, то увидел ее, стоящей возле стола. На ней по-прежнему был облегающий бежевый боди, который она, очевидно, специально надела под хэллоуинский костюм. Боюсь, она даже не догадывалась, насколько сексапильно сейчас выглядела. Ни один дюйм ее великолепного тела не был скрыт от моего жадного взора. Я едва не онемел, когда все это увидел.
— Ужин предполагал музыкальное сопровождение, — начал оправдываться я, — но, похоже, у Грэмми внеплановое горячее свидание.
Эмили резко повернулась на мой голос.
На фоне сияющих огней Нью-Йорка она выглядела спустившейся с небес богиней.
— Твой музыкант посоветовал дать тебе шанс извиниться.
— Это было частью плана, — я обвел рукой стол и свечи, а затем указал на съеденные креветки. — Очевидно, маэстро решил усложнить мне задачу.
— Ну, по крайней мере она помогла мне успокоиться, — мгновение Эмили выглядела задумчивой, а потом слегка улыбнулась мне. — Но тебе в любом случае придется извиняться. Хочу заметить, я сняла тебя с крючка за инцидент с кексом в выпускном классе. И даже собиралась стать предельно милой и простить тебя за то, что ты столько времени бессовестно водил меня за нос. Но нет, я настаиваю на извинениях.
Я коротко кивнул.
— Это справедливое требование. Тем более, что ты заслуживаешь таких извинений, на которые я просто не способен. А также ты заслуживаешь парня, у которого есть яйца, чтобы признавать свои ошибки и ничего от тебя не скрывать. Даже при угрозе, что ты после этого его, вероятно, бросишь, — Эмили жестом велела мне продолжать, сохраняя на лице тень улыбки. — И ты самый милый и самый сексуальный «Билль о правах», с которым я когда-либо имел дело.
Ее бровь заинтересованно приподнялась.
— Та-а-ак… немного теплее.
— Твоя сексуальность горячит мою сперму.
— Холодно.
Я сделал шаг к ней… она отступила. Я начал медленно приближаться, а она, попятившись, врезалась в стол и чуть не опрокинула фужеры с вином.
— Большую часть своей взрослой жизни я всячески избегал женщин и отношений. Не хотел снова чувствовать себя неудачником. Не видел смысла рисковать и попусту тратить время.
— Еще холоднее… — прошептала она.
— С того дня, как я вновь встретил тебя, я старался придерживаться выработанного с годами убеждения… что у нас все равно ничего не выйдет, и потому не стоит тратить нервы. Но я больше не собираюсь лгать ни тебе, ни себе. Ты стоишь любого риска.
— Тебе не кажется, что, ожидая моего прощения, ты должен был сказать, что со мной вообще не рискуешь?
 
Я улыбнулся. Ее тон смягчился, и я с облегчением сделал вывод, что по крайней мере сдвинулся с мертвой точки.
— Ты же предупредила, что через несколько месяцев уезжаешь в Париж. Всегда есть риск, что я не захочу отпустить тебя, а ты не захочешь остаться.
— Я тоже задавалась этим вопросом.