Британский качок (ЛП)

Ерзаю на стуле, когда желудок урчит.
Я едва помещаюсь за столом. Эта штуковина создана для таких людей, как… все остальные.
Людей нормального размера.
Кто-то ворчит, натыкаясь на меня в попытке пройти по проходу, который я загораживаю.
Не намеренно, просто так все устроено, когда в тебе сто восемьдесят семь сантиметров.
Ноги. Повсюду.
— Ох.
Услышав вздох, я поднимаю взгляд.
Это девушка с пятничного вечера.
Джорджия.
Она вздрагивает, увидев меня, останавливается как вкопанная. Мои колени прижаты к сиденью передо мной, загораживая ей проход и не давая спуститься по ряду сидений.
Для этого занятия мы находимся в лекционном зале, очень похожем на амфитеатр. Примерно двадцать рядов смотрят вниз на миниатюрную сцену, где стоит профессор, держа в одной руке лазерную указку, а в другой — очки. Она вытирает глаза и выглядит усталой. Должно быть, поздно легла спать перед первым днем учебного полугодия.
Семестр, как они это здесь называют.
Я все время забываю.
— Ты заблудилась? — спрашиваю я ее, слегка раздраженный тем, что она все еще стоит надо мной, уставившись, как олень, попавший в свет фар.
— Эм, нет? Это лекция по деловому общению, не так ли?
Да, но это продвинутый курс.
— Это занятие для старших курсов, а не для первокурсников. — Я не могу сдержать сарказм в своем голосе и задаюсь вопросом, в чем, черт возьми, моя проблема. — Тебя должны одобрить научный руководитель или другой профессор, чтобы зарегистрироваться на этот курс.
Я был в совершенно веселом настроении пять секунд назад, прежде чем она врезалась коленями в мои ноги.
— Я на последнем курсе.
— Тогда почему они устроили тебе испытание в пятницу вечером? — Они ведь обычно подначивают первокурсников, верно?
— Потому что я новенькая. Я… только что перевелась сюда. Это мой первый семестр здесь, но я выпускница.
В этом нет никакого смысла.
— Это странно. Это разве нормально? — Я никак не пойму, что творится здесь, в Штатах.
Никогда не пойму.
— Не совсем, нет. — Девушка переминается с ноги на ногу, сжимая в руках книги. — Только сумасшедший перевелся бы в свой выпускной год, но у меня не было выбора.
У меня на кончике языка вертится фраза «Всегда есть выбор», но я сдерживаюсь.
— Послушай, эм… Эш. Я просто хочу извиниться за вечер пятницы. Я… это было совсем не то, что ты подумал. Я подошла к тебе, не потому… не потому что ты…
Она не может этого сказать, и я не виню ее.
Уродливый — это ужасное слово.
— Все нормально. — На самом деле это далеко ненормально, но я позволяю ей сорваться с крючка, желая, чтобы она побыстрее ушла. — Тебе необязательно стоять здесь и болтать со мной.
— Ох. Верно. Эм… Ладно, извини. — Она оглядывается через плечо. — Я просто пойду посижу, эм… Где-нибудь в другом месте.
— Блестяще.
Она оглядывает меня еще несколько секунд, прежде чем уйти прочь, пробираясь вдоль ряда и плюхаясь на пять мест от меня, как раз в тот момент, когда профессор в передней части зала представляет себя — и свою ассистентку Келли — и включает экран, висящий на стене, как гигантский рекламный щит.
Я отказываюсь смотреть в проход, чтобы увидеть, смотрит ли Джорджия на меня.
Это бы показало мою заинтересованность, а я не позволю своему члену взять верх ради девушки с потрясающим лицом, но жестоким сердцем.
— …каждый пятый человек будет в вашей группе, — говорит профессор, пока ее ассистент перебирает учебный план. — Начинайте отсчет с первого ряда, затем реорганизуйтесь в свои новые группы.
Я начинаю мысленно считать места, чтобы увидеть, кто будет в моей учебной группе, бросаю взгляд вниз по ряду и обнаруживаю, что девушка оглядывается на меня — она наклоняет голову, чтобы избежать моего взгляда.
Проклятье!
Последнее, чего я хочу, это застрять с ней в гребаной группе на целый семестр.
Она считает меня уродом.
Дело в том, что я знаю, что не чертов урод. Множество женщин подкатывает ко мне. Она была не первой — хотя это была шутка — и не будет последней. И не то что бы я был неискушенным. У меня было много секса.
 
И гарантирую вам, что ни один трах не был из жалости.
Дело в том, что я не страдаю от проблем с самооценкой, и меньше всего ожидал, что какая-нибудь глупая девчонка выделит меня на вечеринке, чтобы посмеяться надо мной.
— Как только вы окажетесь в своих группах, перейдите на четвертую страницу своей учебной программы и продолжайте оттуда. Сегодня будет просто разминка и знакомство, а в четверг мы начнем процесс обучения.
Я перелистываю брошюру на четвертую страницу и стону.
1. Представьтесь.
2. Приведите забавный факт.
3. Специальность, город, который вы называете домом, хобби.
Что, черт возьми, это такое — игра в песочнице? Я должен застрять в классе, где мы все время будем валять дурака? Когда мы приступим к реальной работе?
Ассистент преподавателя теперь указывает места по всему залу, где должны собраться новые группы: «единицы» идут сюда, «двойки» — туда, и так далее, пока все встают и собирают свои вещи, чтобы пройтись по лекционному залу.
Я остаюсь на месте как вкопанный.
Если они хотят, чтобы я присоединился к их группе, то «пятерки» могут прийти ко мне.
Могу сказать, кто эти самые «пятерки», потому что четверо из них собрались в том месте, куда их поместил ассистент преподавателя, перешептываются и указывают в мою сторону; очевидно, они узнали меня, и очевидно, они спорят о том, как действовать дальше.
Джорджия тоже до сих пор не встала; для этого ей пришлось бы протиснуться мимо меня, чтобы спуститься, а она, похоже, полна решимости избегать меня.
Хорошо.
Пусть остается там в ловушке.
Внизу «пятерки», похоже, пришли к консенсусу и снова собирают свои вещи, по одному поднимаясь по ступенькам ко мне.
Девушка в начале колоны неохотно спрашивает:
— Ты «пятерка»?
— Ага.
Она бросает взгляд на девушку, Джорджию.
— И она?
Я киваю.
— Почти уверен.
Если у нее и есть вопросы, то она их не задает, вместо этого плюхается на сиденье рядом со мной, оставляя одно место между нами, остальные трое делают почти то же самое. Два парня подходят к ряду передо мной, садятся и поворачиваются ко мне лицом.
Джорджия встает и шаркает, волоча ноги.
Буквально.
Я слышу, как подошвы ее кроссовок скребут по твердому бетонному полу.
— Привет, ребята.
Сегодня ее волосы собраны в низкий хвост, в каждой мочке поблескивают большие золотые серьги-кольца.
Она милая, хотя и маленькая засранка.
Индийская девушка, сидящая ближе всех ко мне, перелистывает свой учебный план.
— Здесь сказано, что мы должны представиться друг другу. — У нее американский акцент. — Меня зовут Прия. Я специализируюсь на бизнесе с упором на связи с общественностью. Мой родной город — Чикаго, нет, я никогда не жила в Индии, да, я люблю мехенди и расписываю руки хной, да, я говорю на хинди.
Ну, ладно.
— Какие у тебя хобби? — спрашивает парень передо мной.
— Ходить по магазинам и читать. А еще я получаю лицензию пилота.
— Вау, это потрясающе, — бормочут, кажется, все, затаив дыхание.
Прия откидывает свои длинные, блестящие черные волосы.
— Мой отец — пилот, и я всегда хотела этим заниматься, поэтому в прошлом году начала посещать занятия. Неподалеку есть небольшой аэропорт. Я беру там уроки.
Более впечатленные охи и ахи.
— Итак про меня все. — Она бросает на меня многозначительный взгляд. — Какова твоя история, мистер Крутой парень?
Мистер Крутой парень. Ха.
— Меня зовут Эш, — начинаю я. — Эшли. Ну, давайте, смейтесь.
Людям обычно есть что сказать о моем имени, учитывая, что в Америке это в первую очередь женское имя, но в Британии это мужское имя, уходящее корнями в глубь веков.
Но никто в группе не смеется, поэтому я прочищаю горло и продолжаю.
— Я, очевидно, не отсюда.