Трансформер (СИ)

       Чем ближе приближался день восемнадцатилетия альфы, тем реже он появлялся в школе и дома. Тем печальней было Марку, который не прекращал выкручивать шею, семеня по коридорам особняка на дополнительные уроки, каждый раз надеясь увидеть Родиона хоть одним глазком.
       Дом пустовал. Здесь не было ни самого хозяина, ни его родителей, перебравшихся в столицу еще в начале учебного года. Зачем вообще было содержать дом, если в нем никто не жил - задавался вопросом Марк, в очередной раз поднимаясь по лестнице. Такое великолепие и никому не нужно.
       И все-таки не это больше всего удручало омегу.
       Уже три месяца прошло со злополучного дня покушения и после того, как они оговорили особые условия. Но Родион так ни разу и не притронулся к нему.
       Марк стал тщательней за собой следить. Научился приводить ногти в порядок, регулярно просил папу помочь с волосами. Обращал бОльшее внимание на собственные вещи, которые его все больше расстраивали, однако он так и не решился надеть ничего из того, что подарил ему альфа.
       Вертясь перед зеркалом с утра, он часто думал, каким видит его Родион. Как жаль, что запах был единственным способом распознать пару. Реально оценивая свой внешний вид, Марк понимал, что и в подметки не годится красавчику Арсению, и все же продолжал надеяться. Ведь Родион сам сказал, что не станет отказывать себе в простых удовольствиях. А значит, получалось, что вот уже несколько месяцев у него никого нет… разве это возможно?
       Омега снова хмурился, напрочь забыв об этапах метаболизма.
       Родион старше. Он альфа. И до этого его сексуальная жизнь была вполне оживлена постоянным присутствием Принца. Может, у него все же кто-то есть и он просто обманывает омегу. От этого очевидного предположения в груди запекло и стало жутко горько. Наверняка он развлекается в столице, держа придурочного уродца подальше…
***
       Третья течка прошла месяц назад. Как обычно, Марку дали освобождение на дни, когда он был вынужден сходить с ума в собственной квартире.
       Отчего-то он думал, что Родион будет рядом. Но, конечно, его мечтам не суждено было сбыться, альфа снова отсутствовал, и откуда ему вообще было знать, что у Марка течка. 
       Досадуя на свою никчемную жизнь, омега подскочил на стуле. Учебник вывалившийся из рук, захлопнулся, и остался лежать на столе, а Марк решительно отыскал телефон и сжал в руке.
       Ну а дальше что?
       Написать?
       Или позвонить?
       И что написать?
       Почему ты не приходишь и не трахаешь меня как обещал?
       Жуть.
       Или спросить, есть ли у него кто?
       Марк тяжело вздохнул.
       Во-первых, у него не было никакого права задавать такие вопросы.
       Во-вторых он ясно покажет, что не доверяет альфе, а этого делать не хотелось несмотря на то, что и причины для доверия в этом вопросе отсутствовали. В конце концов, Родион может просто соврать или вообще не ответить.
 
       А если позвонить?
       Марк ни разу ему не звонил, хотя руки чесались все чаще. Просто позвонить без особой цели, узнать как дела представлялось верхом глупости, а омега и так уже не раз успел выставить себя идиотом.
       Телефон в руке нагрелся.
       Часы показывали десять вечера. Интересно, чем он сейчас занимается.
       Решив больше себя не изводить, Марк быстро раскрыл Меню сообщений и написал незатейливые строчки без дальнейших раздумий.
       «Чем занимаешься?»
       Отослать.
       Невероятное облегчение напополам с возбуждением охватили омегу. Ему казалось, что он совершил отчаянно храбрый поступок. Это придало ему сил и он был готов вынести все что за этим последует, даже если Родион запретит ему писать или позвонит, чтобы просто посмеяться и отчитать за то, что отвлек его от дел. Марк переживет все… все, кроме пустого игнорирования маленького никчемного омеги.
       Шли минуты, часы, время давно перевалило за полночь, а Родион не отвечал.
       Когда за окном стало светать, омега отключился, вымотанный бесконечными слезами, неизвестно где копившимися в хрупком теле.
 Часть 12 Ожидание  
       Следующие дни скользили перед растерянным взором вязким туманом, оставляя горький привкус досады и собственной никчемности. Родион так и не ответил, ни вечером, ни на следующий день.
       Уроки превратились в странные тематические картинки, раскрашенные тусклыми выцветшими оттенками бессмыслицы. Таблицы, карты, модели атомов, схемы костной структуры – все это напоминало давно ненужные декорации к устаревшему фильму, который Марк больше не хотел смотреть, потеряв всякий интерес. Словно то, что казалось ранее естественным и нужным, в одночасье потеряло всякую значимость.
       Необходимость быть вовлеченным. Ради чего? Зачем?
       Он ровно сидел за партой, пока голос учителя звучал в унисон гудящей на потрескавшемся потолке лампе, и омега никак не мог разобраться, кого же из этих двоих ему следует слушать. В тот момент, когда в коридоре раздавался механический треск звонка, растительная оболочка шла рябью, и он понимал с заторможенным удивлением, что так и не услышал ни слова, а значит, придется осваивать все самостоятельно по учебникам.
       Но отчего-то это больше его не расстраивало.
       Он не боялся и не переживал, не нервничал оттого, что не справится с домашним заданием или что репетиторы начнут его поучать и смотреть с презрением на чудовищное недоразумение пытающееся освоить точные науки. И пусть никто из них ни разу не сказал ему грубого или укоризненного слова, на их лицах и так все было прекрасно написано, понятно даже для такого неуча как он.
       После урока Марк поднимался, складывал учебники в рюкзак и менял кабинет. Процедура повторялась от пяти до семи раз, а потом он шел домой. Ни на кого не глядя, оставлял другу привычное «пока» и спускался вниз по лестнице.