Отступления и наказания (СИ)

И вот теперь… Он изменился. Он стал совсем другим человеком, когда встретился с этим мальчишкой. Стефан всегда был сдержанным, не любил выражать свои чувства. В его взгляде постоянно сквозили спокойствие и уверенность. А после той случайной встречи, которую Инга видела своими собственными глазами за кулисами второсортного фешн-конкурса, спонсируемого её мужем, Стефан стал просто светиться изнутри от незнакомых и никогда не принадлежавших Инге по-настоящему чувств.
  
В его взгляде теперь можно было сгореть без остатка. Он прожигал насквозь негасимым внутренним огнём но, увы, был адресован не ей.
***
Приставучий рыжий постоялец каждый день после работы, да и просто в выходной, нагулявшись где-то в своё удовольствие, приняв душ и переодевшись в максовы шмотки, стал наведываться к Максу в комнату поздороваться. Эти визиты Макс не приветствовал, поэтому мальчишка обычно, потоптавшись пару минут, уходил в гостиную смотреть телевизор. После него в комнате всегда оставался шлейф сладкого запаха шоколадных конфет. В карманах они у него что ли напиханы, недоумевал Макс.
А самому на память приходил другой запах. Насыщенный цветочный запах дорогих женских духов. Так всегда пах ОН. Это были любимые духи его жены. Максу всегда казалось, что этот цветочный аромат въелся ЕМУ под кожу, так сильно было желание его жены пометить его, застолбить, отпугнуть конкурентов раз и навсегда. Возможность и право этой женщины обнимать и целовать ЕГО так долго и крепко, чтобы гарантированно оплести и опутать терпкими удушающими цветочными нотами убивала Макса, рвала его сердце на части и душила непроходящей тоской.
А ОН даже не пытался перебить цветочный запах мужским парфюмом, и Макс уже и не представлял, что любимый человек может пахнуть иначе, с первого взгляда и навсегда врос в него такого, каким встретил, включая и абсолютно неподходящий такому мужчине женский аромат.
Макс скучал по НЕМУ. Так скучал. По его пронзительным чёрным глазам, по крепкому, горячему телу, по жаркому шёпоту, который щекотал сзади ушную раковину, когда любимый человек сжимал его в объятиях, стараясь насытиться, выпить до донышка в ту единственную ночь, которая им досталась неожиданно, как выпавший в лотерею немыслимо ценный приз. Те несколько недель, что они вместе к этому шли, были полны надежд и сомнений. Надежд Макса и сомнений взрослого, состоявшегося мужчины в правильности своего поступка. Сложно разрушать всю свою жизнь в одночасье, но стихийное бедствие, каким оказалась их встреча, невозможно было спрогнозировать. Это была случайность, судьба, рок, да что угодно, но единственным спасением от этого было вовремя унести ноги. Они не успели. И влипли по полной.
***
Живя в чужой квартире с абсолютно чужими ему людьми, Олег понемногу привыкал к своей новой жизни. Учился обходиться без семьи, приспосабливался к работе в магазине, к новым людям взамен оставшимся в прошлом друзьям и родным, к Сонечке, которая нянчилась с ним, как со своим.
А ещё больше он привыкал к Максу. Симпатичный парень притягивал его магнитом. Олегу очень хотелось смочь разгадать, что кроется за болью в его глазах, за ненавистью к себе и к своему телу, за нежеланием бороться с болезнью.
Олегу этого было не понять. Он не умел долго злиться, никогда не таил в себе обиды и тяжёлых мыслей. Ему нравилась музыка, нравились танцы, нравилось заниматься хип-хопом самому и показывать движения малышам в своём танц-классе, заменяя иногда отошедшего выпить кофе тренера, нравилось гулять по городу просто так, без цели, разглядывая людей и пытаясь угадать, чем живёт каждый из них, нравился гель для душа с запахом шоколада, от которого Макс так смешно морщил нос, нравился сам Макс.
Олег очень хотел помочь ему чем-нибудь, ну хоть какой-то мелочью, хоть словом, но Макс не подпускал его к себе. Да и никого, походу, не подпускал.
Олег упорно заходил к Максу каждый вечер перекинуться парой слов, иногда вместо Сонечки приносил ему ужин, но обычно Макс просил его свалить по-хорошему.
После того, как пару дней назад у Софьи Игоревны был в гостях мужчина, Макс совсем впал в ступор. Он даже есть, кажется, перестал. Вчера вечером, когда он в очередной раз послал Олега в далёкое пешее эротическое путешествие, его глаза подозрительно блестели, а руки сжимали поручни коляски до побелевших костяшек. А ночью Макс плакал. Взахлёб, задыхаясь от отчаяния и давясь слезами, глухо, будто стараясь приглушить звуки, уткнувшись в подушку. Но Олег, спящий в коридоре, всё слышал и еле сдержался, чтобы не кинуться к нему, не прижать к себе, и гладя по голове не начать уговаривать, утешая: «Всё будет хорошо, Макс, слышишь! Всё будет хорошо.»
Сдержался, перетерпел, искусал себе всю руку от бессилия помочь. Хотел бы, но чем? Как?
На следующий день у Олега был выходной и, вернувшись с занятий по хип-хопу, он, намыв большую миску крупного белого винограда, заботливо купленного для них Сонечкой, слегка волнуясь после ночной максовой истерики, как обычно пошёл к нему поздороваться.
Сегодня что-то было не так. Макс не валялся в кровати, и даже не сидел воткнув в уши наушники. Он явно ждал Олега и даже поздоровался первым.
— Привет.
Ого, это был настоящий прорыв в их общении. Олег улыбнулся и поставив Максу на колени виноград, позволил себе усесться на кровать, как в самый первый день их знакомства.
— Привет, как прошёл день?
— Ты, наверное, смеёшься? Как может пройти мой день… Как обычно. Позанимался волейболом, поплавал в бассейне, потрахался с парой прекрасных парней. Теперь вот решил слегка передохнуть.
— Смешно, — Олег улыбнулся неожиданной шутке от молчавшего обычно Макса и подумав добавил:
— А ведь ты и правда мог бы.
— Мог бы что?
— Позаниматься немного. Это ведь не сложно. Твоя мама говорила, что тебя учили. А ещё я мог бы делать тебе массаж. Я умею, правда. Я заканчивал курсы.
— Ты? — Макс был явно удивлен, так что даже не обратил внимания на первую часть предложения, — зачем тебе это?
— Я всегда хотел заниматься с детьми. Хотел учить их танцевать. А танцы ведь тот же спорт. Там часто бывают травмы, растяжения, вывихи. И учиться я хотел пойти на физрука. Чтобы к детям поближе. А массаж всегда пригодится. Мышцы разогреть, снять напряжение после сильной нагрузки.
— А почему же не учишься?
— Да как-то вышло всё по дурацки. Из дома выперли, сессию завалил, взял академ, жил у друга. Теперь уже бывшего… Год потерял, короче.
Олег вздохнул, думая о похеренном образовании.
Неожиданно Макс, сидя вполоборота к Олегу, тихо и даже как-то смущаясь произнёс, стараясь не смотреть тому в глаза:
— Ты не мог бы купить мне кое-что?
— Ну если недорого, то легко. Просто у меня денег маловато совсем.
— Флакончик женских духов с запахом пиона. Можно подделку. Пофиг, — произнося свою просьбу, Макс начал наливаться краской и, когда закончил, даже кончики его ушей были пунцового цвета.
Олег удивлённо наклонил голову, но вопросов задавать не стал.
— Хорошо, Макс. Я поищу.
— И ещё, пожалуйста, если не трудно… достань мне из-под кровати гантели.
========== Часть 5 ==========
В последнее время в состоянии Макса Софья заметила явные улучшения. То ли на него повлияло присутствие в доме ровесника, а может что-то иное, но Соня очень радовалась изменениям. Заметив однажды, что Олег помогал Максу выполнять простенькие упражнения, она, улучив момент и застав мальчика одного, дала ему полные и подробные инструкции, чем и как надо заниматься Максу по предписаниям его физиотерапевта. Олег понял её с полуслова, и с этого дня они стали тайными союзниками.
Заставить сына правильно питаться и выполнять необходимые во время реабилитации упражнения не смог никто, пока он сам не решил, что ему это необходимо.
Но, конечно же, Сонечке и в голову не могло прийти, что именно сподвигло Макса начать что-то делать.
А был это всего лишь тот самый ночной визит Родика Михайлова, после которого Макс решился попробовать. Очень не хотелось парню вечно висеть на шее матери бесполезным ярмом.