"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Жанмари велела передать Гидеон привет, – быстро вставил Магнус. – Если ты увидишь ее раньше нас…
– Но постарайся не очень торопиться, – сказала заклинательница духов.
Снова замерцало голубое сияние, и они исчезли без всякой торжественности, оставив ее одну – с Дульсинеей Септимус.
Мягкая рябь внутри пузыря не задела Седьмую. Она стояла посреди падающей пыли и визга ломающейся стали, ее кожа походила на паутину, а короткие кудряшки цвета коричневого сахара прилипли к скальпу, промокнув от крови и пота. Харроу в ужасе придвинулась к ней поближе, пока вокруг рушился мир.
  
– Ой, я, как всегда, не делаю того, что мне говорят, – сказала Дульси. – Еще секундочку.
– Уходи скорее, – удивленно сказала Харроу. – Если я когда-нибудь еще увижу Паламеда Секстуса, я вовсе не хочу ему объяснять, почему я снова подвергла Дульсинею Септимус опасности.
– Я, пожалуй, рискну задержаться еще ненадолго, даже если меня раздавит. В Седьмом доме говорят, что истинная красота в пустоте, так что нестрашно.
– Септимус, если ты хочешь проследить, что я вернусь в тело, можешь быть уверена, что я не передумаю.
Лицо Дульсинеи вдруг стало как две капли воды похоже на лицо Цитеры – но при этом не имело с ним ничего общего. Она улыбнулась невероятно печальной улыбкой, которую невозможно было увидеть на лице ликтора. Взяла Харроу за руку – коридор слева от них обвалился.
– На самом деле я хочу тебе кое-что сказать.
  
50
 
Тридцать минут до убийства императора
Харроу, все то время, что Ианта тащила меня по жутким радужным коридорам, я не понимала, какого хрена с тобой произошло. Я была твердо убеждена, что в любой момент снова плюхнусь в воду, а мое место займешь ты и сбережешь мою задницу от необходимости здороваться с императором Девяти домов. Я никогда не хотела встречаться с богом. Ни один герой комикса никогда не встречался с императором. Он служил только предлогом, чтобы выпилить кого-то из сюжета, отправив служить Князю Неумирающему. Я почему-то решила, что встреча с богом по определению становилась концом истории. Что это всего лишь способ освободить место для нового персонажа.
Мы дошли до непримечательной полуоткрытой двери – реально непримечательной, дверь покоев императора могла бы с тем же успехом вести в чулан со швабрами – и Ианта застыла на месте.
Я врубилась: дверь не должна была быть открытой. Ианта прижала палец к губам и бесшумно толкнула дверь. Мы просочились в полутемный и ужасно скучный коридор. Еще одна полуоткрытая дверь по левую руку вела в странно знакомую гостиную. Это зрелище чем-то отозвалось в глубинах моего мозга: я знала, что ты бывала там, но некоторые воспоминания казались моими собственными, а другие словно нашептывали мне издалека. Тридентариус прижалась к стене, чтобы заглянуть в эту дверь, и я сделала то же самое. Ну блин, интересно же.
В комнате оказалась Цитера. Тело Цитеры, обращенное к нам спиной. Связка довольно противных на вид сухожилий привязывала ее к стулу.
Я не видела, кто с ней говорит.
– …Не слишком сложный вопрос, – произнес кто-то без особого интереса. – Тебе нечего скрывать. Я просто хочу понять – как? Серьезно, я скорее впечатлен, чем зол.
Голос оставался хриплым:
– Я обвиняю тебя в деяниях, направленных на полное или частичное уничтожение человеческой расы.
– Командор…
– Единственный возможный приговор за такие преступления – смерть. Неоднократные массовые убийства, полный распад политических и социальных институтов, гибель языков, культур, религий, красоты и личных свобод, посредством…
– Командор Уэйк, – сказал он. Кажется, он потер лицо ладонью и устало вздохнул. – Я все это уже слышал.
– Называй меня полным именем или вообще никак не называй. Будь я проклята, если упущу шанс услышать, как ты произносишь эти слова.
Император Девяти домов снова вздохнул:
– Командор Вспомните о славных мертвецах!
– Полностью!
– Не могу поверить, что ты чувствуешь себя вправе что-то от меня требовать.
– Полностью, Гай.
Послышался звук, будто он набирал в грудь воздух.
– Вспомните о славных мертвецах Киа Хуа Ко Те Пай Вернись в реальность ух ты гравитация  [3], – выпалил он на одном дыхании. – Верно?
– Эти слова мертвы, их произносили люди больше десяти тысяч лет назад, – сказал труп. – И как они тебе?
– Очень грустно, до смешного, – ответил бог. – Мы можем поговорить?
Наступила тишина. Спутанные волосы на мертвом затылке не шевелились.
– Уэйк, ты пытаешься покончить с собой этим способом, сколько я тебя знаю. Я вижу, когда от меня пытаются чего-то добиться. А ты ведешь себя так, как будто очень хочешь, чтобы я тебя убил.
– Телепатия. Десять миллиардов дали тебе еще и это.
– Если бы, – сказал император. – Уэйк, ты ведешь себя так, как будто твоя миссия завершена, и ты хочешь, чтобы я вывел тебя из уравнения.
Молчание.
– Что это была за миссия?
Молчание.
– Как она закончилась? Что ты пыталась сделать?
– Я не собираюсь с тобой разговаривать.
– Мы оба знаем, что это не так.
Тихое звяканье фарфора. Кажется, император пил чай. Ианта смотрела куда-то вперед, изо всех сил вжавшись в угол. Помимо нас, в этом углу оказалась белая мантия, свисавшая с крючка, и Ианта забилась под нее, как будто мы играли в прятки. Я сделала то же самое, и мне пришлось смотреть на происходящее сквозь тонкую ткань, почти прижимаясь к Ианте. Могла бы мне посочувствовать.
– Кровь Эдема умерла вместе с тобой, Уэйк. Остальное – агония.
– Мы оба знаем, что это не так.
– Ты бы не стала стрелять в мой флот ядерными зарядами.
– Да, ты хорошо меня знаешь, – согласился труп. – Наверное, почти так же хорошо, как я тебя.
– Я очень многого о тебе не знаю, – сказал бог. Сквозь ткань я разглядела шевеление – он встал. Я увидела локоть и руку с кружкой. Он наклонился над стулом, который я целиком разглядеть не могла.
– Я многое хочу узнать. Почему тогда ты выбрала Девятый дом, Уэйк? Там ничего нет.
Она молчала. Рука с кружкой шевельнулась, он продолжил:
– Гидеон. – Очень странно. – Потратил целых два года, чтобы выследить тебя и убить. Даже с учетом того, что ты делала из себя его главную цель, у тебя было достаточно времени, чтобы причинить серьезный ущерб. Зачем ты потратила силы на самый маленький из Домов? Если бы ты выбрала Третий, то сделала бы намного хуже. И это не было случайностью. Ты обошла ложную цель в атмосфере. Ты нашла точные координаты Дома. – Долгое молчание. – Не хочешь об этом поговорить?
Молчание.
– Ты была призраком почти двадцать лет, Уэйк. Это невероятно. Ты действительно такая, как о тебе говорили.
Молчание.
– Ты не некромант…
– Некромантия – зараза, которую ты выпустил на волю, – сказала она. – Некромантию необходимо методично и безжалостно истребить.
– Что за нетерпимость, командор. Я не стану тебя за нее убивать, но она вредит твоему делу, – спокойно сказал он. – Я могу найти сколько угодно милых картинок с некромантами-малышами с первой косточкой в руках. Это, конечно, не хорошенькие пухлые младенцы, но что-то в них есть. А никто не любит слов «дети» и «истребить» в одной фразе.
– Сколько детей погибли из-за бомбы, Гай?
– Все.
Через мгновение он продолжил:
– Меня не интересует эта игра, командор. Давай ускоримся. Ты расскажешь мне, по какой танергической связи пробралась сюда, потому что тебя точно не было в теле Цитеры в доме Ханаанском. Расскажешь мне, что ты делала в Девятом доме девятнадцать лет назад, и я отпущу тебя в Реку, где тебе самое место… кто там?
  
Я подумала, что мы выдали себя, но тут дверь распахнулась, чуть не пришибив нас с Иантой. Мимо нас кто-то прошествовал в вихре белой ткани, и бог со звоном поставил свою кружку на стол. Мы застряли за вешалкой у двери и теперь видели только двоих в грязных белых одеждах, молча смотрящих туда, где, по идее, находился бог. Там была ликтор, которая пыталась убить тебя, и ликтор, который испугался моего лица.