Кровь Василиска. Книга III (СИ)

Вскоре он вернулся с довольно большим свертком.
— Настоящий Иллерийский хамон! — с гордостью произнес Боансэ и развернул бумагу.
Под ней оказалась большая свиная нога.
— Я сейчас все сделаю! — он положил «свое сокровище» на прилавок, а затем снова исчез в подсобных помещениях.
Вернулся он через несколько минут с деревянной доской и еще каким-то приспособлением, которое, судя по всему, как раз и предназначалось для главного блюда сегодняшнего вечера.
Положив доску на прилавок, он установил стойку с зажимом наверху, а затем взял свиной окорок и закрепил его, зажав ногу чуть выше копыта в специальное круглое крепление на стойке, а самая сочная часть легла на доску.
— Еще пара штрихов и все! — довольным голосом произнес Густав и снова исчез.
Вернулся он с подносом, на котором стояли тарелки, а также лежал нож, который, судя по всему, был кухонным, но явно не совсем обычным.
И мои догадки снова подтвердились.
— Специальный нож для хамона, — гордо произнес Боансэ. — Правда, уже производства наших кузнецов, — добавил он и, подойдя к ноге, начал ловко орудовать ножом, нарезая мясо очень тонкими полосками.
Вскоре тарелки были полны слайсами мяса, которое источало просто невероятно пряный запах.
— Угощайтесь, господин Люк, — хозяин мясной лавки пододвинул ко мне тарелку поближе.
— Благодарю, — я откупорил бутылку и разлил ее содержимое по стаканам. — Но с вашего позволения, я дождусь Фредерика, — вежливо произнес я.
— Разумеется! — ответил Густав. — Я пока еще еды принесу! — он резко вскочил и убежал в подсобку.
Вернулся он с ещё одним подносом, на котором было полно еды. Хлеб, оливки, виноград и несколько видов сыра. Учитывая, как его зажали бандиты, подозреваю, он сейчас притащил все свои старые запасы.
Не успел он поставить его на стойку, как дверь открылась, и в лавку зашел Фредерик.
— Отлично, все в сборе! — довольным голосом произнес я. — А теперь давайте выпьем за избавление господина Боансэ от долга! — я поднял бокал, и Густав уставился на меня удивленными глазами, а его рука с бокалом задрожала.
— Как «избавление»? Совсем? — ошарашенно спросил он.
— Полностью. Перес вернул свои деньги, так что вы ему ничего не должны, Густав, — ответил я, и по щекам хозяина мясной лавки потекли слезы.
— Я… Я не знаю, как вас отблагодарить, господин! — закрыв лицо рукавом, дрожащим голосом произнес мой собеседник. — Я…
— Выпейте, это поможет, — предложил мяснику Фредерик, и тот кивнул.
Он поднес стакан к губам и сделал из него несколько глотков. Видимо, алкоголь подействовал, и Боансэ вскоре успокоился. Мы с дворецким тоже выпили, и я попробовал хамон.
«Вкусно! Это невероятно вкусно!» — подумал я, когда попробовал нежнейшее пряное мясо, которое так и таяло во рту. Ничего вкуснее я в этом мире точно еще не ел!
— Это очень вкусно, Густав! — произнес я, беря в руки еще одну тоненькую полоску. — Невероятно вкусно!
— Знаю, — расчувствовавшийся хозяин мясной лавки сделал еще пару глотков, видимо, чтобы окончательно успокоиться, и улыбнулся. Затем мы несколько минут просто дегустировали мясо, уделяя время и другим закускам.
— Хочу выпить за вас, господин Люк! — Боансэ поднял бокал. — Если бы не вы, я даже не знаю, что со мной было бы! — произнес он, видимо, захмелев уже от одного бокала вина. — Спасибо вам большое! Мне не хватит всех слов мира, чтобы выразить вам мою искреннюю благодарность! — добавил он, и я хотел было поддержать его тост, но вдруг я почувствовал чужое присутствие за дверью дома.
Испугался ли я? Точно нет. Ведь там сейчас стояло трое обычных людей, причем моих старых знакомых. Человеку не обязательно быть одаренным, чтобы я узнал его, не видя визуально. Мое чутье Василиска, как и идеальная память на детали, составляли в моей голове определенный образ из звуков, запахов и образов. И да, я никогда не ошибался.
В дверь деликатно постучали. Немного подпитый Боансэ тревожно вскинулся, а я кивнул Фредерику.
— Открой, пожалуйста. Будь так любезен.
Управляющий многозначительно положил руку на рукоятку верного тесака, но я только отрицательно покачал головой, не сказав ни слова.
 
— Мы можем увидеть господина Кастельмора? — раздался грубый мужской, но чрезвычайно вежливый голос.
— Это снова они! Бегите, Люк. Я их задержу!
Я еле сдержал смех, но улыбке, появившейся на моем лице, я воспрепятствовать не смог. Вино, видимо, добавило Густаву Боансэ немного смелости, и он сейчас держал в одной руке нож, а в другой… частично съеденную свиную ногу. Мясник явно собрался сражаться до конца.
— Густав, друг мой! Положите ногу на место и уберите нож, иначе вы распугаете наших гостей, — покачал головой я.
— Наших гостей? Так они… не… — простак Густав явно выглядел растерянным.
— Они «не», — улыбнулся я. — Густав! Да сядьте же.
Мне пришлось силой усадить его на лавку, отобрав ногу. Нож я не стал у него забирать, уж слишком крепко он в него вцепился. Добряк явно стрессует, поэтому пусть сидит с ножом.
— Слушаю вас, — обернулся я к гостям.
Это была троица побитых мною ранее мордоворотов и сейчас они вели себя как достойные и законопослушные граждане.
— Господин Перес просил передать вам это, — стоящий впереди здоровяк протянул мне увесистый кошель.
— Фредерик, возьми, — кивнул я, и управляющий выполнил мою просьбу.
По весу и звуку он точно понял, что именно внутри.
— Мне пересчитать? — уточнил Фредерик деловито. Я прямо видел, как перекосило лица бугаев.
— Не стоит, — покачал головой я. — А вот к вам, ребята, у меня небольшая просьба. Видите этого достойного человека, — я кивнул на застывшего, как изваяние мясника. — Мне кажется, вам стоит извиниться. Прямо сейчас.
Вот сейчас был показательный момент. Эти люди не привыкли к такому, но учитывая трепку, которую я им задал ранее, и мой прищуренный взгляд, сейчас не суливший им ничего хорошего. Старший коротко кивнул.
— Приносим свои извинения, господин Боансэ. Это было небольшое недопонимание.
— Да-да! Конечно! Все в прошлом, — тут же ожил мясник. Судя по его виду, самым большим его желанием прямо сейчас было, чтобы молодчики убрались куда подальше.
Я повернулся к бандитам.
— Итак, господин Боансэ вас простил. Поэтому я вас больше не задерживаю.
Тройка исчезла удивительно быстро для таких здоровенных ребят, а я повернулся к лавочнику.
— С вашего позволения, и мы пойдем, Густав. Завтра у нас долгая дорога. Позвольте вам дать напоследок один совет.
— Конечно, Люк. Какой? — Боансэ был все еще ошарашен. Боюсь, что приходить в себя он будет еще долго.
— Сходите завтра к мадам Лешуа и извинитесь. Думаю, в качестве извинений вполне подойдет этот чудесный хамон. Начните все заново, дорогой Густав. И на этот раз сделайте все правильно.
  
Глава 9
 
Засиделись мы в итоге с Густавом допоздна.
— Пора, господин. Завтра предстоит долгий путь до Тузулы, — произнес Фредерик, и я ему кивнул.
— Уже уходите? — вяло произнес Боансэ, который уже последние полчаса клевал носом.
— Да, нам пора, — ответил я хозяину мясной лавки и поднялся со стула.
— Мы ведь еще увидимся? — с надеждой в голосе спросил хозяин мясной лавки, и я улыбнулся.
— Разумеется, — кивнул я. — Но не забудьте, что вы мне обещали! — напомнил я Густаву.
— Завтра же пойду к мадам Лешуа! — не задумываясь, ответил Боансэ.
— Верное решение! — я хлопнул собеседника по плечу. — Ладно, Густав, еще увидимся, — добавил я и, кивнув Фредерику, вместе с дворецким покинул мясную лавку.
— Лошади тут рядом. Оставил их в стойле в одной недорогой таверне неподалеку, — сказал управляющий поместьем. — Господин, вы тут подождете или…
— Прогуляюсь с тобой, — закончил я за него, и мы отправились за каретой по ночному Ланону.
Мы прошли метров триста, когда я увидел несколько силуэтов, которые вынырнули из подворотни и медленно направились нам навстречу.