Водитель голема (СИ)

— Наверное, за теми, кто не пришёл сам, они успели сбегать. Возможно, что со временем они все здесь соберутся, — сказал я и увидел торжествующую улыбку на лице директора, — а ты зря лыбишься, — осадил я его, — то, что они тут все соберутся, это очень хорошо. Можно будет уничтожить их всех в одном месте, не придётся бегать по всему району и вылавливать.
Директор тут же сник, но смотрел на меня всё равно недоверчиво. Видимо, не очень верил, что мы справимся со всей его бандой. В его сомнениях была большая доля истины. Я и сам не был уверен, что справимся. Если бы у осаждающих было руководство, и они бы спланировали нападение, у нас вряд ли были шансы выстоять. Наверняка там есть сильные маги. Ну как минимум с эффективными дарами.
  
Но там были в основном люди, которые работают в поле. Всё руководство мы истребили. А они к большим и массовым акциям были не готовы, и если бы даже кто-то взялся командовать, вряд ли остальные стали бы его слушать.
Все эти рассуждения были верны, но в данном случае время работало против нас. Рано или поздно они всё же могут сорганизоваться и напасть на штаб. А нам к этому времени было бы хорошо закончить все дела и постараться сделать ноги. Воевать почти с сотней человек совершенно не хотелось. Это было бы предприятие с неизвестным финалом. А ни терять людей, ни сам погибать я не собирался.
Основную задачу мы выполнили — обезглавили эту банду. Теперь осталось разобраться с пленниками, и можно будет думать об отступлении.
Мы втроём направились в подвал. Я, директор и Петя.
— Сколько среди пленников женщин? — спросил я.
— Двенадцать, — тут же ответил директор. Что-что, а все цифры он знал хорошо.
— Двенадцать? — покачал я головой, — и больше сотни мужиков!
— Всё не так просто, — тут же начал объяснять директор, поняв мою мысль, — женщину ещё нужно заслужить, а сделать это нелегко. Нужно очень хорошо и очень много работать. Такая честь, это одна из высших наград.
— А ты в курсе, что, сидя в засадах, они сами себя награждают, если им попадается женщина? — спросил я у него.
— Да, и мы этого не одобряем, — строго сказал директор, — добычу нужно сдавать приёмщику.
— Край непуганых идиотов, — покачал я головой.
— Что? — не понял директор.
— Идиот ты непуганый, — пояснил за меня Петя и толкнул директора стволом пистолета в спину, чтобы он не тормозил, — но ты не переживай, мы тебя пуганём как следует.
В подвале первое, что нам встретилось, так это большая двустворчатая железная дверь.
— Это что? — спросил я.
— Это наш склад, — ответил директор.
— Открой, — кивнул я на дверь.
Директор полез в карман и достал большую связку ключей.
— Вы что, его даже не обыскали? — удивлённо взглянул я на Петю.
— Упс! — почесал тот затылок.
— Ну-ка, встань к стене! — скомандовал я.
Директор послушно исполнил приказ, и я обшлёпал все его карманы. Больше там ничего интересного не оказалось.
— Можно открывать? — спросил директор.
— Давай, — кивнул я.
Директор выбрал самый большой ключ и отпер двери. Помещение за ними оказалось очень большим. Длинные ряды металлических стеллажей уходили вдаль. И все они были заставлены коробками, завалены мешками, многое лежало на полу, видимо то, что ещё не успели рассортировать.
— Здесь никого нет? — спросил я.
— Нет, кладовщика вы убили, — с сожалением вздохнул директор.
— Ладно, закрывай и отдай мне ключи, — сказал я.
Коридор делил подвал на две, судя по всему, неравные части. И одну, большую часть занимал склад, а вторую, камеры с пленниками. Их было значительно меньше чем двадцать девять, следовательно, людей здесь держали не по одному.
Я решил пойти по порядку. Подойдя к первой камере, я спросил:
— Здесь сколько человек и кто именно?
— Здесь один, — сказал директор, — и он совершенно не заслуживает вашего внимания…
— Я сам решу, кто заслуживает, а кто нет, — сказал я, — какой ключ?
Решив, что самому возиться с ключами мне неохота, я протянул связку директору. Забрать всегда успею.
За дверью оказалась небольшая камера, которая раньше была, видимо, бытовкой для уборщицы, судя по размерам. На брошенных на пол досках сидел парнишка. Щуплый и вообще какой-то мелкий. В очках и со взъерошенными волосами. Он устало посмотрел на нас.
— Встать! — скомандовал директор, видя, что парнишка даже не дёрнулся.
Я отвесил директору звонкий подзатыльник.
— Ты чего борзеешь? С чего ты взял, что можешь здесь командовать? — спросил я.
— Просто он проявил неуважение к гостям, — забормотал, смутившись, директор.
— Не твоего ума это дело, ты просто всё показывай и рассказывай. А будешь командовать, в следующий раз подзатыльником не отделаешься.
Если сначала парень был совершенно равнодушен к происходящему, то после произошедшей сцены живо заинтересовался.
— Какой у тебя дар? — спросил я.
— Это дело интимное, — сказал парнишка, — не стоит всем подряд рассказывать, кто ты и что умеешь. Отчасти поэтому я здесь и очутился.
— Выбор простой, ты говоришь кто ты и получаешь шанс выйти на свободу, или молчишь и остаёшься в этой камере, — сказал я, — у нас нет времени долго выяснять кто здесь и что.
Парень некоторое время смотрел на меня, размышляя, но потом решил, что терять ему нечего и можно сделать ставку на непонятную ситуацию, которая сейчас происходила. Потому что понятная, которая была до нашего появления, не сулила ему ничего хорошего.
— Я крафтер, — сказал парень и внимательно посмотрел на нас, ожидая, какой эффект это произведёт.
Петя присвистнул.
— Он может создавать артефакты, намагиченные вещи, оружие… это очень крутой дар, — сказал он.
— Хорошо, — кивнул я, — мы захватили это место. Но сейчас мы, как бы это сказать, в осаде. Так что, если хочешь на свободу, возможно, придётся подраться.
— Я боец так себе, — сказал парень, — но зато у меня есть друг, он тоже здесь в одной из камер. Вот он боец что надо. Так что он может за двоих отработать, если придётся.
— Это по желанию, можно в камере остаться, мы никого не принуждаем, — сказал я, — но ситуация не простая, имей в виду. Там, снаружи под сотню бойцов, и они рано или поздно пойдут на штурм. Придётся обороняться.
— Не думаю, что кто-то захочет остаться в камерах, — сказал парень, — ладно, с этим всё ясно. А потом что? Допустим, мы выбрались, дальше какие действия?
— Мне-то какое дело? — пожал я плечами, — это тебе решать. Иди на все четыре стороны.
— И что, я ничего не буду должен? Ну, там, скрафтить что-нибудь? — спросил парень.
— Должен не будешь. Но это с нашей точки зрения. Если сам за собой будешь чувствовать долг, то можешь подогреть нас чем-нибудь интересным, мы против не будем. Но это абсолютно добровольно, — сказал я.
— Что вы за альтруисты такие? — с подозрением спросил парень, — в чём подвох?
— Нет подвоха, — сказал Петя, — мы просто живём по другим принципам. Мы здесь, потому что из-за этих тварей погибла наша подруга, совсем молодая девчонка. Её кровь требует отмщения. Мы разнесём это место и пойдём дальше, по своим делам. Но невиновные вроде тебя и остальных пленников пострадать не должны. А если вы нам поможете, то вообще будет отлично. Мы делаем это всё не ради вас, а ради себя.
— Странные вещи вы говорите, ребята, — сказал парнишка, — в современном мире такое уже не встречается, поэтому я и ищу подвох.
— Ты плохо знаешь современный мир, — сказал я, — дерьма много, но есть и другие силы. Есть люди, которые хотят возродить нормальную жизнь, и их немало. Если есть желание, можно к ним присоединиться. Заинтересует, дам наводку.
  
— Я подумаю, — всё ещё не до конца нам веря, сказал парнишка.
— Ты первый, кого мы открыли, — сказал я, — поэтому так подробно с тобой и разговариваем. Всем всё объяснять у нас времени нет, поэтому этим будешь заниматься ты, независимо от того веришь в то что мы говорим, или нет. Только вот то, что мы в осаде, это факт. Да, директор? — и я снова отвесил ему подзатыльник, на этот раз для того, чтобы парнишка лишний раз убедился, что власть здесь сменилась, — так что если ты не боец, то поработай на общее дело таким образом.