Восходитель. Том 1 и Том 2 (СИ)

Добро пожаловать на −1 этаж Башни Испытаний: «Кладбище бессильных».
Повышение уровней: заблокировано
Выдача квестов: заблокирована
Справочные материалы и подсказки: отключены
Эфирный канал: заблокирован
Инвентарь: заблокирован
Удачи!
«Чего? Удачи? И это всё?» — я смотрю на окно интерфейса перед собой, пытаясь понять, что вообще происходит.
Сердце бьется как сумасшедшее, но хотя бы голос вновь мне повинуется, поэтому хочется орать благим матом, но сам себя останавливаю.
Вновь вспоминаю «мудрость Ветра», записанную на страницах личного блокнота. Наемникам постоянно приходится оказываться в критических ситуациях, где на кону жизнь. Паника — последнее дело, поэтому присаживаюсь на корточки, глубоко вдыхаю и закрываю глаза. Продолжая глубоко дышать, представляю себя в глубоком крытом окопе или даже в бетонной укрепточке. Это и вправду помогает справиться с первым приступом паники и решительно открыть глаза.
Мне уже доводилось в командировках попадать в смертельные ситуации и даже был случай, когда рядом не было боевых товарищей. Думаю, смогу справиться и сейчас. Те, кто думает, что наемники все сплошь Рэмбо, должны подумать еще раз, я видел всего несколько человек в ЧВК, которые вообще не испытывали страха перед операциями. И знаете, эти люди были по-своему свихнушимися, словно такая работа немного сводит с ума. Да, может, ты становишься бесстрашным, но вместе тем и безумным.
Как же я ссался в первый бой, руки и ноги тряслись без остановки, и это ведь уже после учебного лагеря! То есть я уже знал, что нужно делать и как, имел достаточную физическую подготовку, но не психологическую. Меня тогда спасало только то, что я был не один. Были командиры, все сложные решения они принимали за меня. Были сослуживцы, прикрывавшие меня со всех сторон. Тогда я выжил и переварил тот опыт, значит, смогу повторить и сейчас.
«Вот только сейчас я один. Без оружия, снаряжения, припасов и разведданных», — я плюю на всю сверхъестественную муть, которая меня окружает, и смотрю на происходящее просто как на одиночную операцию.
Такой ход мыслей действительно помогает сместить фокус внимания с эмоциональных переживаний на решение конкретных задач. Нужно изучить территорию и понять её правила. Нужно составить список опасностей и как им противодействовать. Заодно найти информацию о Башне и её законах.
«Башня Испытаний, да?» — не поверил бы в такую штуку, если бы сам тут не очутился.
Уже точно могу сказать, что это не сон и не галлюцинации, всё реальнее некуда. Некто призывает в Башню людей из разных стран, чтобы испытывать. Вероятно, выдаются какие-то квесты, есть прокачка уровней, даже можно получить справочный материал, но только не мне, ведь местная система уже сообщила о блокировке всех этих функций. Похоже, они доступны только тем, кто восходит на Башню. Я же, человек, лишенный загадочной арканы, тут должен умереть по задумке организаторов. Если это и похоже на игру, то на очень жестокую.
Впору начать плакать и проклинать судьбу, но я начинаю бить себя в грудь подобно горилле. Это не имеет никакой практической ценности, но оказывает нужный психологический эффект. Ритмичные удары в грудь не вызывают боль, но отвлекают и позволяют почувствовать себя живым. Тоже лайфхак, который узнал от боевых товарищей. Сначала может показаться глупым, но стоит поймать ритм и начать под него пританцовывать, разум начинает успокаиваться, а за ним зеркально поступает тело.
Я готов выживать в этом месте, так как бесславной гибели в планах нет. Уверен, что из Башни должны быть другие выходы, осталось их лишь найти. Осторожно пробираюсь по скалам, пытаясь сориентироваться по сторонам света. Небеса окрашены в алый оттенок, и не похоже, что солнце за густыми тучами движется. Вокруг только скалы, кровавые реки и бесчисленное количество скелетов всевозможных форм и размеров. Будет неплохо найти кого-нибудь из тех, кто тоже сюда попал, ведь в группе выживать обычно легче, но вокруг пустынный ад.
  
Взобравшись по позвонкам гигантского скелета, я оказываюсь на высоте почти двадцати метров, что позволяет окинуть взглядом округу. Куда ни глянь, картина не особо меняется, но кое-что все же вызывает интерес. Примерно в паре километров возвышается крепость посреди скал. Отсюда выглядит заброшенной, но вдруг там кто-то живет? Осталось лишь проверить.
Теперь спуск вниз, чтобы пройти по руслу кровавой реки в нужную сторону. Погружаю пальцы в реку, чтобы убедиться в догадке и оказываюсь правым. Консистенция, запах и даже вкус выдают кровь. К сожалению, пить из этой реки нечего, если ты не вампир. А вот пить очень хочется, тело продолжает функционировать, как всегда. Значит, мне нужно позаботиться о поиске пищи, еды и безопасного места для сна. Но что-то мне подсказывает, что здесь я вряд ли смогу найти хоть какие-то припасы. Я буду попал в одиночную камеру ада.
Как только мысли опять уходят в сторону бесполезной тревоги, я вновь начинаю бить себя в грудь, чтобы отвлечься. Таким образом продвигаюсь вперед, пытаясь держать в голове карту узнанной местности. Скоро выхожу из лабиринта острых скал и вижу перед собой сооружение, к которому шел последний час.
Оно построено над ущельем, в котором я сейчас нахожусь, вздымая башни в алое небо. Где-то стекают водопады из крови, а горячий ветер проходит по коже и волосам. Я верчу головой в поисках подъема наверх и нахожу тропу, будто кто-то тут уже проходил и не раз. Осталось лишь взобраться, чем я и занимаюсь, и где-то на половине пути в тишине местного ада раздается вой, будто адские псы собираются для охоты.
Когда я увидел в ущелье псов без меха и кожи и с растущими из обнаженных мышц маленькими шипами, то понял, что чертов Нострадамус, ведь эти твари действительно преследуют добычу, а именно женщину в похожем балахоне, что и у меня. Почему-то не могу разглядеть её лицо отсюда, как и помочь. Адские псы достают бегущей до пояса и намного быстрее, так что округа заполняется истошными криками разрываемой жертвы. Такого я никогда не слышал в прошлой жизни, этот звук перетряхивает мое нутро.
— Твою мать, — ругаюсь я, начиная лихорадочно подниматься.
Очевидно, что когда монстры закончат с первой жертвой, они могут заметить меня, поэтому остается только прибавить скорости и скрыться в крепости над ущельем. За спиной вновь приближающийся вой, псы учуяли меня и встали на след, я вижу это, когда оглядываюсь. Они просто прыгают вверх по камням, так что теперь я взбираюсь так, как не делал ни разу в жизни. Это намного страшнее, чем бежать до укрытия под вражеским огнем, никогда прежде не чувствовал такого уровня беспомощности что-либо сделать, кроме бегства.
Пот застилает глаза, дыхание хриплое, сердце вот-вот разорвется, а я не обращаю внимание на ссадины и царапины, загоняю себя и получаю награду: наверху оказываюсь первым. Теперь тропа более горизонтальная, поэтому пускаюсь бежать до крепости, а за спиной слышу вой и рычание. Адские псы все же быстрее меня и скоро настигнут, поэтому я бегу так, словно хочу поставить мировой рекорд на стометровке. Страх смерти — идеальный мотиватор выйти за пределы возможностей организма, это я понимаю, видя перед собой приподнятую решетку входа внутрь каменного сооружения.