Однажды в отпуске или надежда есть всегда (СИ)

Быстров успевал поделиться своими восторгами о минералах, даже орудуя ложкой на большой скорости. Остаётся только восхищаться такой работоспособностью и энтузиазмом.
Торопиться было некуда и Громову с техниками, но они не отставали от всех и придумывали себе работу по проверке оборудования и систем после нахождения на новой планете.
Я же занималась тем, что исследовала те самые растения, похожие на анемоны. Несколько раз проверила, но это действительно были именно растения, а не животные. Солнечный свет был их источником питания, а в «домик» они прятались не когда до них дотрагиваешься, а когда излучение становилось слишком сильным и была угроза ожогов лепестков.
– Удивительно! – восхищалась я такой предусмотрительностью. – Как, однако, в природе и Вселенной многое похоже.
– И не говори, – Отозвалась Настя, отмахиваясь от чего-то. – Как мы мух-то умудрились подхватить? Вот без них бы я точно нормально прожила.
– Каких мух? – не поняла я и посмотрела в её сторону.
– Да вот мелькают, мешают смотреть в микроскоп, – небрежно отмахнулась она и опять приникла к экрану.
– Надо посмотреть биологический фильтр. Может, он барахлит после метеоритной атаки? – спросила я и отправилась к табло.
Всё посмотрела, проверила настройки, провела диагностику помещения, но ничего не нашла, чтобы выбивалось из нормы.
– Айтишка!
– Да, надежда? – откликнулся чуть прохладный голос бортового компьютера.
– Проведи диагностику всех помещений корабля.
– Что мне искать?
– Биологическую материю, клетки, вирусы, всё, что не является членами экипажа, – отдала я приказ.
– Хорошо.
– Доложи мне, как закончишь, – на всякий случай велела ей.
– Думаешь, что инопланетные мухи опасны? – подозрительно спросила Настя.
– Всё может быть, учитывая, что я никаких мух не вижу, ты гоняешь чистый воздух! – настороженно ответила ей.
Подруга замерла на секунду, потом покосилась в сторону. Было видно, что её взор следит за кем-то невидимым для меня в воздухе.
– И сейчас не видишь? – взволнованно уточнила Настя.
– Нет, ты смотришь в пустоту.
– Так, это уже нехорошо. Тебе я верю. Ты бы так по-идиотски шутить не стала, – напряженно ответила подруга.
– Пойдём-ка до медицинского отсека, мало ли что ты могла подцепить на новой планете.
– Да, мысль, пожалуй, здравая. Но как же было там хорошо с пляжем и океаном, и на тебе! – горько пожаловалась Настя, но пошла со мной без возражений.
Марина выслушала нас очень внимательно и тут же уложила Настю в бокс для диагностики. Через десять минут ничего выявлено не было.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Гвоздёва.
– Хорошо.
– А галлюцинации?
– Тоже неплохо, но мух стало больше, – призналась подруга и жалобно посмотрела на нас.
– Так, – озадаченно протянула подруга. – Значит, переходим к плану «Б», полная диагностика организма и все анализы. Это часа на три. Вколю тебе снотворное, чтобы не дёргалась и не скучала, посмотрим, что тогда выявим.
Через две минуты Настя уснула, а все биологические материалы её тела отправились на тщательный анализ.
– Марина, мне это не нравится, – сказала я врачу.
– Мне это не нравится ещё сильнее. Раз это нечто сразу не обнаружилось, значит, неизвестный вид чего-то, что сразу плохо. У Насти хоть галлюцинации пока безобидные, а если они станут агрессивными? Могут пугающими. Тогда что? Всем придётся спать. Ты точно ничего странного не видишь? Вы же вместе работали.
– Ничего. Всё как обычно, а, учитывая, что мы свободно перемещаемся по кораблю, то ориентироваться только на меня не стоит.
– Доложу-ка я капитану, а то мало ли что. Надо присматривать друг за другом, выявляя странности поведения, а то сами пострадавшие не поймут, что к чему.
– Хорошо, я велела Айтишке провести диагностику помещений на биологические организмы неизвестной этимологии, жду результаты.
– Молодец! Теперь идём к капитану.
Его мы нашли, как и положено, на мостике. Он что-то тщательно проверял в компьютере и морщил лоб.
– Капитан, у нас тут некоторые трудности возникли, – тихо сказала Марина.
  
– Какого характера? – бросил он взгляд на меня.
– Нет, не с Надей, а с Настей. У неё галлюцинации, природу которых я не могу определить, а раз так, то это может быть что и где угодно. Значит, нужно быть осторожными, пока не найдём, что на неё повлияло.
– И что ей мерещится? – спросил Первый.
– Мухи, – не выдержала я.
– Странный выбор, – усмехнулся горько командир.
– Считаешь? – приподняла бровь Гвоздёва.
– Да, учитывая, что я со вчерашнего дня вижу своего рыжего кота, что умер уже лет двенадцать как. Но так надеялся, что просто переутомился.
– Точно, ты вчера что-то сказал про кота! – вспомнила я.
– Да, но я-то думал, что задремал, а сейчас опять его вижу спящим в моём кресле.
– И ты молчал! – возмутилась медик.
– Говорю же, думал, пройдёт, но раз ты говоришь, что я не один такой, можно смело утверждать, что мы всё же что-то подцепили.
– Быстро в медицинский блок и нос оттуда не высовывай. Тебя тоже на диагностику!
– Валентин, ты за главного, наведаюсь в гости в Марине, голова болит, сил нет, – повернулся он к своему помощнику, что был в кресле пилота.
– Хорошо, кэп! – откликнулся он, не подозревая подвоха.
Так был усыплён капитан, от Айтишки пока вестей не было, поэтому я отправилась в гидропонику. Поищу что-то необычное среди образцов.
  
Глава 29. Эпидемия
 
Глава 29. Эпидемия
Мои поиски ничего путного не дали. Я уже тестов сто провела, а ничего такого не обнаружила.
Айтишка также не порадовала, так как воздух и вода ничем не были заражены, что странно.
Уже была глубокая ночь, и мне хотелось спать, да и голова от напряжённой работы стала побаливать.
– Что хорошего оттого, что ты упадёшь от усталости? – спросила Марина. – Иди и спи! Если что-то узнаем, ты узнаешь одной из первых, а то ещё плохо станет. Куда мне вас всех укладывать? Штабелями в боксы?
Её мрачный юмор меня несколько отрезвил, и я направилась в каюту, так как Дима уже опять спал.
Ночью несколько раз просыпалась, голова не особо-то хотела проходить, но болело не очень сильно, а скорее нудно. Будто зудит что-то в мозгах, но вставать и куда-то идти было лень. Да ещё Гвоздёву будить, а она и так весь день в изысканиях и возможно, что только уснула. Будет чистым свинством её разбудить из-за лёгкого недомогания.
Порылась в своей косметичке. Там всегда валялась пара таблеток на все случаи жизни, вот и обезболивающее нашлось.
Через полчаса мне стало легче, и я уснула.
Зато проснулась так, что не дай бог никому. Корабль так тряхнуло, что я упала с кровати. Пол мелко трясся и пахло гарью. Везде опять работала сирена, и красные всполохи света раздражали сетчатку.
– Да что такое?! – воскликнула я, так как ничего не понимала со сна.
– Повреждение корабля! – раздался голос Айтишки. – Требуется срочный ремонт!
Я подскочила на ноги и метнулась в сторону мостика, забыв напрочь про требования безопасности.
Там уже были Дима и Марина, Костя и второй пилот.
– Что происходит? – спросила у них.
– У нас взорвался один из двигателей! – крикнул Первый, чтобы я услышала через вой сирены.
– Валера, да отключи ты её, мы уже в курсе, что всё плохо! – обратился он к помощнику.
Тот стал что-то набирать в коммуникаторе, и вой, наконец, стих, хотя красный свет никуда не делся.
– Мы опять попали под метеоритный поток? – уточнила я.
– Нет, у Белова поехала крыша, и он взорвал двигатель вручную, чтобы избавиться от жуков, что туда заползли!
– Каких ещё жуков? – ужаснулась я.
– Галлюциногенных! – с досадой воскликнула Марина. – Надо было всех усыпить, но расслабились, что у двоих только были видения, да и те не опасные, а вот у Анатолия пошли серьёзные глюки, что весь корабль заполонили жуки, он их якобы загнал в двигатель и взорвал, чтобы они нас не сожрали! Я ему слоновью дозу успокоительного вкатила, чтобы он угомонился!