Демонолог. Том 2 (СИ)

— Из Новосибирска? А здесь какими судьбами? Не ваша епархия, агент, — хмыкнул я.
— У меня везде епархия, как вы сказали. Меньше смотрите кино. А теперь прошу ваши, — резко ответила она.
— А если у меня их нет?
— Тогда вы будете задержаны как подозрительное лицо, находящееся в зоне действия спецоперации.
— Понял, ждите, — сказал я, а затем развернулся к ней спиной и пошёл обратно на вершину холма в дом.
— Что? А ну назад!!! — заорала она.
Обернувшись, я увидел, как женщина достала пистолет и направила на меня.
— Не пораньтесь, — посоветовал ей. — Я за паспортом, он у меня не с собой.
Пока добрался до дома, достал новенький паспорт, подумав, прихватил документы на землю, смог уложить мысли в стройную картину. Вернулся к гостям с готовым планом действий, а те уже пробовали взломать защиту менгиров с помощью какого-то прибора. Нижегородцева взглянула на меня с таким бешенством, что превратилась из симпатичной девушки в кикимору какую-то.
— Вот мои документы, — я раскрыл паспорт, как несколько минут назад сделала эсбэшница. — А вот документы на собственность. Этот холм и часть тайги рядом с ним уже несколько дней являются моими. Кстати, вы со своими бойцами стоите на частной собственности. При этом почему-то не предъявили ордера или какого-нибудь иного постановления.
— Да ты издеваешься! — вдруг выкрикнул один из бойцов в свите Нижегородцевой.
— Не имеет значения, — вслед за ним ответила мне женщина. — В ряде случаев мы имеем полное право проникать на любую территорию без разрешения собственника и без ордера. Как и взламывать запирающие устройства и уничтожать преграды. Поэтому, если вам дорога охранная аппаратура, то отключите её или никто жалеть её не станет. Мало того, подобное поведение будет считаться противодействием законным требованием…
— Тихо, — перебил я её, получив новые образы от своих слуг. — Твою мать! — и следом, взглянув в бешеные глаза Нижегородцевой, сказал. — Быстро проходим. Зови всех своих, тех, кто за деревьями сидит и на берегу в кустах. У нас серьёзные гости.
Одновременно убрал непроницаемый периметр.
Двое из бойцов метнулись ко мне, направили короткоствольные автоматы и отрепетировано выкрикнули:
— Встал на колени! Живо! Поднял руки!
Не обращая внимания на них, я посмотрел на Нижегородцеву:
— У вас тут летает дрон. Прикажи направить его вон в ту сторону метров на семьсот-восемьсот. Там открылись два портала, и сейчас из них вылезают твари.
— Камень Астре, что на детекторах? — произнесла Нижегородцева в рацию.
Ответа я не услышал, так как у эсбэшницы радиосвязь шла через наушник в левом ухе. Зато по глазам понял, что ответ не подтвердил мои слова.
— Отправь дрон. В прошлое нападение открытие портала тоже не засек никто, — сказал я ей. Хотелось добавить, что сейчас даже я сам не почувствовал разрыв пространства, как в прошлый раз. Спасибо слугам, что не пропустили и вовремя сообщили. — И проходите же уже! Сами же этого хотели минуту назад, старший лейтенант.
— Что за прошлое нападение?
— Весной вышли из такого же портала двое тварей, похожих на великанов с содранной кожей, вокруг которых летали сгустки крови. Очень сильные, если вы таких не знаете. Я с трудом с ними справился. А сейчас их… — я на пару секунд умолк, связываясь с вороном, заметившим порталы, — … восемь уже и порталы остаются открытыми.
Один из бойцов рядом со мной тихо выругался. Он и его товарищ уже не давили горлом, отрабатывая привычную схему задержания. Хотя продолжали держать меня под прицелом. Ситуация вышла за всевозможные рамки, и никто уже не знал, что делать и как себя вести.
Тут от второй группы, рассредоточенной среди сосен, среди которой находился оператор квадракоптера, раздался громкий напряжённый крик:
— Есть порталы! И твари! Кажется, то́ргаты!
— Твою мать! — ещё более экспрессивно чем я высказалась Нижегородцева, услышав его. Потом посмотрела на меня. — Если это твоя выходка, то ты об этом пожалеешь.
— Если будет кому жалеть, — вернул я ей угрозу. — Я-то выживу. А вот про тебя с твоими бойцами такого не могу сказать.
 
— Все к Астре! Собираемся на холме, все к дому! Живо, живо!
Неприятности на этом не закончились. Сорвалась попытка связаться с городом и вызвать поддержку. Не работала ни спецсвязь, ни спутниковая, ни тем более мобильная. Действовали только карманные радиостанции в пределах видимости.
На меня смотрели уже не как объект задержания, а… вот даже не могу точно сформулировать… как на врага народа? Как на личного врага?
— Рассказывай, — потребовала Нижегородцева, когда все её люди собрались на холме, и я вновь активировал менгиры.
Стоит ещё сказать, что примерно треть бойцов осталась со мной и Нижегородцевой, ещё треть распределилась вдоль охранного периметра, а прочие разбрелись по холму, внимательно всё разглядывая. Рассевшиеся по ветвям птицы-мимики слали мне образы каждого их шага. Один из бойцов, оказавшись рядом с кругом призыва, достал небольшой фотоаппарат и принялся часто щёлкать им, делая снимки моего главного рабочего места. Мне это не понравилось, но пока решил держать себя в руках. В конце концов, всё могло быть ошибкой. Поэтому я не торопился переходить к кардинальным действиям, которые приведут к трупам. Тем более ссориться с могущественной имперской СБ не было в моих планах. Пока больших проблем нет, буду себя вести идеальным законопослушным гражданином и надеяться на помощь знакомых. Ну а если дела пойдут по одному месту и без активных силовых действий уже никак, то… пусть они жалеют, что выпустили джинна, вернее демона из бутылки. В памяти Вышеславцева столько негатива про арест Инквизицией и пытках ею, что мне особенно и не придётся давить в себе гуманность. Просто отпущу на волю эти чувства.
Кстати, твари из порталов всё ещё себя никак не показывают. Не нравится мне это, совсем не нравится. Они остановились в двухстах метрах от менгиров, укрывшись за деревьями и зарослями кустов. И мне очень хочется знать, чего же ждут? И ещё кое-что: к этому моменту их число увеличилось до десяти. Для меня одного такое количество запредельное, если вспомнить чего мне стило справиться с двумя. Пусть я стал сильнее чуть ли не в двое, но против десяти тварей не выстою. Пожалуй, мне сильно повезло, что именно сегодня ко мне на огонёк заглянули эсбэшники и они не связаны с дирижёром, который начал концерт по чужим заявкам.
— Что ты хочешь узнать? — уточнил я у женщины.
На моё тыканье та поморщилась, но смолчала, понимая, что первая же и виновата.
— Расскажи про первое нападение то́ргатов.
— То́ргаты, значит, — хмыкнул я и не испытывая дальше терпение эсбэшницы пересказал сравнительно недавние события, произошедшие на этом же месте.
— Вот значит, как… — негромко пробормотала она. — Ну, Басовы… Так, это кое-что меняет, но суть остаётся прежней.
— Хм? — я вопросительно посмотрел ей в глаза. — Мне никто так и не сообщил о цели проникновения на мою землю.
— Вы подозреваетесь в серии особо тяжких преступлений, среди которых фигурируют человеческие жертвоприношения и призыв с иного плана сильного демона, чьи действия привели к гибели более десяти человек, — канцелярским языком отбарабанила та, вновь обратившись ко мне на «вы».
«Фиона!» — это была моя самая первая мысль, стоило мне услышать её слова. Сразу подумал, что моя помощница меньше чем за сутки успела от вседозволенности сорваться с катушек и устроить кровавое побоище. Хотя… нет, быть такого не могло, наша связь остаётся устойчивой и ровной, что говорит о полном моём контроле над демоницей.
— И где же я так мог отличиться?
— В Камерграде.
— Меня там видели? — продолжил я допытываться.
— Ваши следы.
— Отпечатки обуви, что ли? — позволил я себе саркастическую ухмылку.
— Да нет, кое-что более весомое. Давайте-ка пройдём к одной из ваших построек, — вернула она мне усмешку. Кажется, в процессе нашей с ней беседы кто-то из бойцов успел с ней связаться по рации и что-то сообщить. Например, что подбросили улику. Хотя птицы внимательно следили за каждым шагом гостей, но среди тех были одарённые, которые могли как-то скрыть несколько своих движений с помощью дара.