Аналогичный мир. Эпилог

Грейс неуверенно кивнула.
— Вот и умница, — Джонатан встал и, наклонившись, поцеловал её в щёку. — Я скажу, когда Билли сможет у нас погостить.
И ушёл.
Грейс снова посмотрела на раскрытые на столе семейный альбом и "Большую историю живописи". Да, сходство несомненно, но… И да, она не жалеет ни о сделанном, ни о сказанном. Любая правда лучше лжи. Даже самая горька лучше самой сладкой. Потому что единственная защита от шантажиста — это правда. Так говорил отец, предваряя любой рассказ о прошлом. Своим, всей семьи, страны, мира… Джонни обещал рассказать ей всё. Она подождёт.
* * *
133 год
Июнь
Россия
Ижорский Пояс
Загорье
Вроде только-только отвели за ручку в школу девочку в белых гольфах с новеньким ранцем за плечами, и вот на выпускном вечере, да что там, на настоящем балу, отплясывает синеглазая белокурая красавица, на голову — во всех отношениях, надо признать — выше мамы, а на каблуках вровень с дядей, тоже личностью на всё Загорье приметной.
Алиса Мороз веселилась от души, не забывая, впрочем, что завтра предстоит гонка и морока с документами, а потом поездка в Царьград, к дедушке. Нет, разумеется, поступать в Университет она будет самостоятельно, к тому же на физмат, а дедушка при всей его эрудиции и славе — гуманитарий, и помочь никак не может. Вернее, может только одним — предоставить возможность спокойно готовиться к вступительным экзаменам.
— Алиска, вальс.
— Димка, не надоело?
— А я только его и умею, — ухмыляется Дим.
Алиса, изобразив вздох, кладёт руки на его крепкие плечи так, чтобы со стороны выглядеть прижавшейся, а на самом деле держать дистанцию. А то ещё вообразит невесть что, но и совсем рвать тоже не нужно, Димка в Цареградское Высшее Военное имени… и так далее знаменитое на всю Россию Училище поступает, документы у него уже приняли, послезавтра едет на медкомиссию, а потом экзамены, ну и… Там посмотрим, а в цареградской сумятице земляк-однокашник может оказаться весьма полезным. Но отношения — только сестринско-братские, не больше. А для этого держим дистанцию, вот так и вот так. Димка при всём своём не дурак и должен понимать. Да, понимает.
Зина, сидя с другими матерями, умилённо смахнула слезинку. Вот и вырос её старшенький. Да, именно её, и пусть хоть кто, хоть как-то посмеет… но таких нет. А ведь и впрямь вырос, до пятого класса всё маленьким был, как врачи говорили, голодное детство сказывалось, боялась, что таким недоросликом и останется, а в шестом, ну да, тогда и начал расти, а уж после седьмого… ой, на три размера за лето, что весной купили, то осенью уже и не налезает, вон какой ладный, тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. И вздохнула: жалко, Тимочка опять в командировке, не увидит. Фотографии, правда, сделали, но фотки — это одно, а вот вживую… да и… хотя нет, у многих отцы то на работе, то ещё где, а мамочки все здесь. Ну так, на то мы и матери, чтоб всегда с детьми были. Катюше уже через два года плясать, а Машеньке ещё сколько учиться, и Серёженьку уже тоже готовить к школе пора, ну да бог даст, вырастим, поднимем. Она снова вздохнула.
Сидевшая рядом Женя так же любовалась своей красавицей и старалась не думать о предстоящих хлопотах и неизбежных тревогах. Всё-таки не Ижорск, куда, если что даже не на автобусе, на такси враз домчишься, а Царьград, столица, а там для её девочки… Столько наслушалась и начиталась, что страшно. Но всё-таки там и Игорь Александрович, и Андрюша. Помогут, защитят. Нет, всё правильно, конечно, Алисе надо получать высшее образование, а физмат — серьёзный факультет, вряд ли там вертихвостки с вертопрахами, те на других. Ну да бог с ними, со всеми другими. А вот, что Эркин не смог прийти — это конечно, жаль, но работа есть работа, он же теперь не на рабочем дворе, а в цеху, да ещё экспериментальном, и даже не рабочим, а младшим техником. И невольно улыбнулась, вспомнив уже его выпускной в заводском техникуме. Торжественное вручение дипломов с присвоением звания младших техников и назначениями в цеха. А экспериментальный цех — это, конечно, почётно, туда лучших отбирают, и зарплата выше, чем в обычных, но и рабочая смена не нормированная, а сколько нужно. Женя невольно вздохнула.
 
Вальс закончился, и Дим с демонстративной и даже несколько утрированной галантностью, чтобы, ну, совсем как в кино, поблагодарил Алису и проводил её к длинному накрытому столу со смешным названием "фуршет". Алиса немедленно подключилась к игре. Хотя и не совсем играя: всё-таки впереди Царьград, надо будет показать себя не провинциальной простушкой, а… ну, там, конечно, по обстановке, но и это надо уметь, как там в книге? Да, "выломаться под любую богиню". Алиса задумчиво откусила от эклера с розовой глазурью.
— Алиска, а чего всё-таки на физмат? Там же скукотища!
— И хладных чисел ровный строй! — мечтательно улыбнулась Алиса. — Люблю их ровные ряды, далёкие от суеты дневной.
— И ночной? — максимально ехидно, но тихо, на грани шёпота поинтересовался Дим.
Алиса сверху вниз, несмотря на то, что Дим уже на два пальца выше, окатила его строгим холодным взглядом.
— Деточка, никогда не говори о том, в чём не разбираешься.
И с явным удовлетворением отвернулась от Дима, покрасневшего от сдерживаемого гнева.
— Ну… — наконец выдохнул Дим, — ну, ты дождёшься.
Алиса доела эклер и кивнула.
— Конечно, я подожду.
И с милой улыбкой отвернулась от стола, принимая приглашение на кадриль от Витьки Смородина из параллельного. Никаких обид: Дим сам признавался, что только вальс и умеет. А Витька принципиально не танцует, а пляшет, и только, как он говорит "своё родное". "Барыню", "топотуху" с припевками, ну, и кадриль, а вот вальс и танго с прочими фокстротами — это, дескать, чужое и без надобности. А он просто не умеет, учился-то "у берёз вприглядку". "Ну и дурак, — с привычной насмешкой подумала Алиса, улыбаясь партнёру, — Чем больше знаешь и умеешь, тем тебе же лучше".
— В Царьград едешь? — начал разговор Витька
— Ну да. В Университет буду поступать, — с небрежной гордостью ответила Алиса.
— Ну и несёт тебя. Ижорска мало?
— В Ижорске физмат только в педагогическом. А я, — Алиса мило улыбнулась, — в науку хочу.
Витька насмешливо хмыкает, и Алиса готовится врезать ему уже всерьёз, если только посмеет что-то вякнуть про такую науку, от которой девки млеют. Но Витька тоже знает Алису не первый год и потому ограничивается ухмылкой.
А мамы, продолжая любоваться своими нарядными, совсем, скажи, взрослыми, а всё равно детьми, обсуждая и техникумы в Ижорске, и кому какое платье во сколько обошлось, а костюм-то на взрослого покупали, а они уже о-го-го, ну, так не на один год, а платье, ну да, к свадьбе пусть полежит, так не венчальное же, а на второй и третий день сгодится, а педагогический и в Ижорске есть, да они везде есть, а в Царьграде, и не страшно девчонку одну в такую даль да на столичные штучки…
— Страшно, конечно, — вздохнула Женя. — Но… посмотрим. Не поступит, так вернётся, пойдёт в Ижорский политехнический.
— А то и в наш заводской можно. Мой туда хочет.
— Да, но экзамены… Говорят, сложные, похлеще цареградских.
— И ведь техникум, не институт.
— Ну, не знаю. Мой там практику проходил. Ему понравилось.
Женя кивала, соглашалась и возражала, но не вникала, любуясь своей красавицей.
Плавно и неотвратимо приближалась завершающая фаза праздника — встреча рассвета на площади Победы — главной площади Загорья. Ну а потом уже кто куда, кто к озеру, кто домой, кто… ну, сами решат, взрослые уже. А мамы пока всё уберут и решат кто чего из оставшегося домой заберёт, накупили-то вон сколько.
Домой Алиса вернулась уже утром, даже почти днём. В квартире было тихо и по первому ощущению пусто. Ну да, мама на работе, а Эрик… она осторожно, на щёлочку приоткрыла дверь спальни, да, вон его голова на подушке, спит. Ну и отлично! Она тихо прикрыла дверь родительской спальни и пошла к себе. Переодеться уже в домашнее, позавтракать и заняться сборами. Спать, ну, совсем не хотелось.