Вторая правда

Убить ее и приготовиться к схватке.
Или сдаться.
Она не знала, убьет ли он ее в таком случае. Наверное, нет.
– Поднимите ее и отведите в столовую.
Караульные схватили Мерси за руки и подняли на ноги. Она украдкой посмотрела на одного из них. Через несколько секунд конвоир отвел глаза и взглянул на Макдональда, который не обратил на него внимания.
Вот именно. У вашего предводителя земля уходит из-под ног, и вы это чувствуете.
  
Мерси двигалась медленно, заставляя конвоиров тащить ее за собой. Когда они шли по гравийной дорожке к столовой, Макдональд крикнул в темноту:
– Эй, шеф Дейли! Сегодня вечером твоя женщина будет развлекать моих ребят!
Килпатрик споткнулась, вспомнив о мужчине, который когда-то пытался взять ее силой. В результате его не стало. Но порожденный им страх никуда не делся – только затаился, чтобы выскакивать наружу в такие моменты, как вот этот.
Никто не ответил из темноты на насмешку Макдональда.
Дыши глубже.
Мерси делала медленные глубокие вдохи, стараясь успокоиться.
– Последняя в жизни прогулка Джошуа Пенса была такой же, верно? – спросила она конвоиров. – Двое отвели его навстречу смерти?
Хватка на ее руках усилилась.
– Заткнись, – пробормотал тот, что справа; от него разило куревом.
– Что, больная тема? – прошипела Килпатрик. – Может, ты станешь следующим, если не будешь слушаться Макдональда. Он из тех, кто легко устранит любого несогласного.
– Советую тебе держать рот на замке, – сказал из-за ее спины Том Макдональд. И снова прокричал в темноту фразу, обращенную к Трумэну.
– Я знаю, как ведут себя такие, как ты, – бросила Мерси через плечо. – Ты большая шишка. Все вокруг боятся, что ты сделаешь им больно, если они не станут прыгать по твоему приказу. Но знаешь что? Через какое-то время это надоедает. Люди быстро устают прыгать без всякой причины.
«Курильщик» сжал ее бицепс. Боль пронзила руку.
– Джошуа Пенс вышел из-под контроля, – заявил хозяин ранчо. Конвоиры молча кивнули.
– И как же такое возможно? Разве ты не держишь всех в узде? – съязвила Килпатрик.
– У моих людей есть свобода воли, – ответил Макдональд. – Они сами принимают решения.
– А что бывает, когда кто-то принимает решение, не совпадающее с твоими указаниями?
– Его просят уйти.
Краем глаза Мерси заметила, как «курильщик» переглянулся с другим конвоиром.
– И что сделал Джошуа Пенс?
– Застрелил шерифов.
– А почему его нашли с перерезанным горлом?
– Не знаю, – сказал Макдональд. – Как только я узнал обо всем, то велел ему убираться.
– Если он убил шерифов, почему ты не сдал его полиции?
– Это не мое дело.
– Его убил тот, кто хотел отомстить за шерифов?
– Возможно, – согласился Макдональд. – По-моему, это значит, что его убийца – какой-то другой коп. Я заметил, что вы расследуете смерть Пенса не так тщательно, как смерть шерифов. Вы, конечно, уже догадались, что это ваши внутренние разборки.
Конвоиры Мерси яростно закивали головами.
– У нас нет никаких доказательств, что Джошуа Пенса убил полицейский в отместку за шерифов.
– Может, тебе стоит внимательнее присмотреться к коллегам?
– Пожар у Тильды Брасс случился потому, что вы пытались запугать ее, чтобы она продала вам участок?
Макдональд рассмеялся:
– Понятия не имею, о чем ты.
«Курильщик» снова переглянулся с напарником.
Вам, ребята, не мешает сходить на курсы по чтению языка тела.
Они подошли к столовой. «Курильщик» рывком распахнул дверь и втолкнул пленницу внутрь. Мерси сразу почувствовала запах мужского пота. Помещение было большим, но в него набилось столько людей, что воняло как в мужской раздевалке. Когда Мерси, спотыкаясь, вошла, все повернулись и уставились на нее. От такого пристального внимания она замерла. Во рту пересохло.
Их так много…
И все они злы.
Килпатрик поискала взглядом брата, надеясь увидеть его глаза в толпе. Конечно, он не стал бы смотреть на нее с гневом и отвращением, как десятки других. Она изо всех сил старалась унять дрожь в коленях. Уловила несколько непроницаемых взглядов, и к ней пришла ошеломляющая мысль. Она знала этих людей. Она росла среди таких, такие ее воспитывали, такие встречались ей в юности каждый день. Она всегда чувствовала себя в безопасности в компании таких, как они, – мужчин с мозолистыми руками, в плотных куртках и сапогах. Эти люди – соль земли, они трудились на ней с любовью и уважали соседей.
И среди них Мерси никогда не чувствовала себя в опасности. До сегодняшнего дня…
То, что они казались ей знакомыми, нисколько не утешало.
Глаза защипало от вот-вот готовых пролиться слез.
Как они могут быть против меня? Я же одна из них.
Или просто прошло слишком много времени? На ней другая одежда, ее взгляды отчасти изменились. А если, глядя на нее, они видят только эти перемены? Видят человека, которому здесь не место, который угрожает их образу жизни?
От такой иронии судьбы она чуть не рассмеялась.
И закашлялась. Хватка на ее руках снова усилилась.
Мужчины, сверля ее взглядами, дружно сделали шаг вперед, и в сердце Мерси поселился страх.
  
30
 
Трумэн пытался отдышаться. После удара Оуэна ему казалось, что ребра продырявили легкие. Они вдвоем бросились прочь от ранчо в лес, кружным путем – подальше от автостоянки. Дейли прислонился к дереву и обхватил руками грудь, стараясь не обращать внимания на волну боли.
Оуэн спрятался за другим деревом, наблюдая за прожекторами, освещающими стоянку возле машины Трумэна и высматривая преследователей.
– Когда будет твое подкрепление? – прошипел он.
– С минуты на минуту.
Хочется надеяться.
Дейли вытащил телефон. Сигнала не было.
– У меня нет сигнала.
– Здесь мобильной связи почти не бывает, – заметил Оуэн, глядя на свой сотовый и качая головой.
Шеф полиции услышал, как Том Макдональд назвал его по имени и что-то крикнул насчет Мерси. Когда угрозы Макдональда прорвались в мозг сквозь пелену боли, Трумэн на негнущихся ногах вышел из-за дерева.
– Назад! – велел Килпатрик. – Ничего он ей не сделает.
В темноте Дейли не мог разглядеть глаза Оуэна.
– Ты уверен?
От одной только мысли, что Мерси отдадут на потеху толпе, его скрутило.
– Да.
Оуэн долю секунды колебался, прежде чем продолжить. Его ответ подбросил дров в топку и без того растущей тревоги Трумэна.
– Его такое не интересует, – прошептал Оуэн. – Он использует Мерси, чтобы держать своих в узде, намекая, что они смогут воспользоваться ею, если будут слушаться. Не думаю, что он отдаст ее им просто так.
– Не думаешь, – повторил Трумэн, пытаясь успокоиться. – Для меня не слишком веский аргумент.
– Она моя сестра!
– Только не надо об этом! Ты игнорируешь ее или ругаешь с тех пор, как она вернулась в город. Если это такая семейная привязанность, то я ее в упор не вижу! – Бок Трумэна пронзила боль. Он с трудом перевел дыхание. – По-моему, ты даже обрадуешься, если угроза Макдональда осуществится, – избавишься от Мерси!
Оуэн замолчал, но Трумэн и в темноте чувствовал на себе его мрачный взгляд. Напряжение нарастало.
– Я был не прав, – наконец прошептал Килпатрик. – Я ее вытащу.
– Вдвоем сорок человек не победить.
Трумэн не слишком доверял Оуэну, но ему показалось, что сейчас брат Мерси говорит правду, и это давало слабую надежду.
– Не все на ранчо в восторге от недавних событий.
– Кто-то из людей Макдональда не станет его поддерживать? – уточнил Трумэн.
– Если б они знали, что не одни, то наверняка действовали бы решительнее.
  
Трумэн обдумал слова Оуэна.
– А что с Кейдом Прюиттом?
Килпатрик покачал головой:
– Боюсь, слишком поздно. Макдональду нужен показательный пример, а Кейд для него совсем не ценный кадр. – Вытер рот трясущейся ладонью.