Вторая правда

– Я посмотрел на твою работу в бараке. Прочно сделано, чисто. Мне нравится. Я рад, что прислушался к людям, которые тебя рекомендовали.
Макдональд продолжал сверлить его взглядом.
Это что – тест?
– Спасибо, сэр. Мне нравится работать.
– Ты грамотно распоряжаешься временем, – Макдональд кивнул. – Нам бы побольше таких ребят… Ты делаешь за день столько же, сколько Чип и Митч вместе взятые.
  
Наконец кто-то заметил.
Кейд посмотрел на Макдональда с бо́льшим уважением. Этот человек наблюдателен. По правде говоря, Прюитт нечасто видел босса на ранчо и удивлялся, как ему удается оставаться в курсе всего происходящего.
– Иногда приходится делать неприятные вещи, – продолжал Том. – Но я считаю, что всегда надо выкладываться на сто десять процентов – даже если ненавидишь свою работу или коллег. Важно, что ты чувствуешь потом – когда сделаешь то, что требовалось. Причем сделаешь как следует.
Глазки Макдональда на припухлом широком лице выглядели крошечными, а вечно розовые щеки сегодня казались совсем красными. Том прерывисто дышал. Наверное, ему нелегко перемещать свою громоздкую тушу. Но он не бездельник: никогда не сидел на месте и постоянно отдавал распоря-жения.
Кейд почувствовал, что вспотел.
К чему он клонит? Чем-то недоволен?
– Сэр, я сделал что-то не так?
Лицо Макдональда прояснилось.
– О, вовсе нет, мальчуган. Ты отлично работаешь, я совершенно доволен тобой. Просто хотел узнать, что ты думаешь о визите агентов ФБР.
– А…
Парень вспотел еще сильнее.
– У них была фотография убитого. Спрашивали, знаю ли я его.
– А ты его знаешь?
Кейд выдержал взгляд босса.
– Вроде видел, но не уверен. Не настолько, чтобы утверждать, что он мне знаком.
Макдональд выглядел задумчивым. Томительно долгие пять секунд он взвешивал слова Кейда.
– Он проработал здесь недолго. Не срослось, так что я уволил его. Не знаю, что он делал на том пожаре… Может, спал в сарае. Сомневаюсь, что после увольнения ему было куда податься. – Том помрачнел. – ФБР незачем знать, что он работал здесь. Я не всегда тщательно заполняю ведомости.
Кейд с облегчением ухватился за это оправдание.
– Понимаю, сэр.
– Иногда работнику лучше, чтобы я платил ему из-под полы. Терпеть не могу, когда правительство дерет с людей больше налогов, чем заслуживает.
– Порядочно с вашей стороны.
– И не только налогов. Куда деваются все эти деньги? Когда у меня были финансовые трудности, мне ничем не помогли. Сколько долларов им требуется на строительство и ремонт дорог? А мне от них больше ничего не нужно – только дорогу.
Кейд кивнул. Он слышал такие рассуждения всю жизнь, но не сказать, чтобы был с ними согласен. Хотя ему и не нравилось, что каждые две недели из его зарплаты отщипывают изрядный кусок.
Он предлагает выдавать мне «черную» зарплату?
Прюитт неловко переступил с ноги на ногу. Ему не хотелось ступать на эту скользкую дорожку. Ему нужен хороший послужной список и соблюдение законов – вот и всё.
– Не понимаю, почему для строительства такой элементарной вещи, как дорога, требуется столько бюрократов, – продолжал Макдональд. – Вот куда уходят наши деньги: на зарплату ненужным чиновникам. То же самое касается полицейских. Они служат не нам, а правительству, и вынуждены претворять в жизнь кучу дурацких, никому не нужных законов. Мы вполне способны защищать себя: мы сами знаем, что можно и что нельзя. Политики не должны решать это за нас.
Его взгляд сверлил Кейду череп.
Я должен поддакнуть?
Вместо этого парень промолчал.
Когда не знаешь, что сказать, ничего не говори.
Макдональд по-прежнему пристально смотрел на него. Кейд почувствовал, как по его бокам стекают капли пота.
Лицо босса озарила широкая ухмылка:
– Умный, да? Мне нравится, что ты промолчал, хотя по глазам видно, что не согласен со мной. Значит, умеешь слушать.
– Каждый имеет право на свою точку зрения. Я уважаю чужое мнение.
– Это хорошо… – Макдональд задумчиво разглядывал Кейда. – Я постараюсь найти для тебя другие задания. Может быть, более ответственные. Но если появятся эти агенты или другие копы, дай знать. Мы не обязаны отвечать на их вопросы. Они только шум поднимают. Правительство со мной давно не в ладах, потому что я не мирюсь с тем дерьмом, которое оно извергает. А оно старается докучать мне при любой возможности. И что-то подсказывает, что это только начало. Я уехал из Айдахо, потому что там стало тяжело. Не хочется, чтобы здесь повторилось то же самое.
– Конечно.
Более ответственные? Он что – пытается купить меня? Чтобы я держал язык за зубами?
А если он узнает, что тетка моей девушки работает в ФБР?
Кейд почувствовал легкое головокружение от еще одной мысли: считать ли враньем боссу тот факт, что он не рассказал ему про тетю Кейли – Мерси?
А если он уже все знает и это проверка?
В животе стало нехорошо, коленки задрожали. Парень по-прежнему выдерживал взгляд Макдональда, хотя на самом деле с трудом держался на ногах. Интересно, заметен ли сквозь футболку выступивший пот…
Хозяин ранчо хлопнул парня по плечу:
– До встречи, Прюитт.
Он сжал плечо Кейда на прощание, повернулся и ушел. В сарае сразу стало светлее: никто не загораживал проход. Парень сделал два шага, прислонился к стене и согнулся пополам, держа руки на бедрах. Его чуть не стошнило.
Я не прошел проверку?
И что теперь?
Надо постараться, чтобы Кейли держалась подальше отсюда.
* * *
Мерси узнала брата со спины. Он разговаривал с Роуз, которая сидела в закусочной, повернувшись лицом к стоящему возле ее столика Оуэну. Мерси замерла, не желая вмешиваться, но, увидев лицо сестры, подошла поближе, не стесняясь подслушивать.
В памяти еще была свежа ее прошлая беседа с Оуэном. Хотя трудно назвать это беседой, учитывая, как брат с ней разговаривал. Ей не хотелось продолжать, но на лице Роуз было такое выражение, что Мерси поборола свое нежелание. После возвращения в Иглс-Нест она поняла, что ради родных готова хоть в огонь. Даже ради Оуэна.
Отвращение на лице Роуз заставило Мерси подойти.
– …и оба считаем, что это будет правильно, – твердо говорил брат.
– Вы спятили, – ответила Роуз.
– Он отличный парень. Вчера я встретился с ним. Думаю, тебе он приглянется.
– Ты видишь его впервые в жизни – и уже готов отдать меня ему? Господи Иисусе, Оуэн, ты хоть понимаешь, насколько все это неправильно?
– Отдать ему? – Мерси не могла и дальше держаться в тени. Судя по лицу Роуз, ей стало гораздо легче, когда она услышала голос сестры.
Оуэн повернулся к Мерси.
– Может, ты вразумишь его, – сказала Роуз. – Он с отцом изо всех сил стараются найти мне мужа.
– Мужа? – Мерси резко повернулась к Оуэну: – Ты думаешь, ей нужен муж?
Брат резко вздернул подбородок и выпрямился:
– Она беременна.
– И что?
– Так будет правильно.
– Ты в каком веке живешь?
В глазах брата вспыхнула злость. Мерси перевела взгляд на сестру:
– Тебе это не по душе, верно?
– Черта с два я соглашусь на такое.
– Ей нужен тот, кто будет…
– Ты хоть слышишь себя? – перебила Мерси. – Ты знаешь более талантливого человека, чем Роуз? Она может все, что угодно!
– Ты не понимаешь… – начал Оуэн.
– Я все прекрасно понимаю, – парировала сестра. – Ты считаешь, что о женщине должен заботиться мужчина. Да, когда люди влюбляются и начинают совместную жизнь, это замечательно, но… пойми, Оуэн, брак нельзя навязать!
– Мать и отец стареют. Они не смогут заботиться о…
  
– Перестань, – Мерси подняла руку. – Кто о ком заботится? Насколько я знаю, это Роуз присматривает за всеми в доме. Разве что машину водить не может. – Она всмотрелась в лицо брата. – Забыл, что мы росли вместе? Разве отсутствие зрения мешало Роуз делать все, что угодно?