Эвакуатор 4 (СИ)

— Свои! — крикнул я, прежде чем подойти к укрывшейся между несущими конструкциями группе. Борис безошибочно нашел единственное место, где все могли укрыться от шальной пули и при этом не бояться снайперского огня.
— Как там? — спросил разведчик, доставший из подпространства собственную винтовку. По сравнению с выхлопом выглядела она совершенно неказисто — тонкий длинный ствол, ложе не сильно отличавшееся от мосинки. Хотя может это удел всех винтовок или у меня просто не наметанный взгляд.
— Фигово. К нам идет одна одаренная тварь, регенерирует как сумасшедшая, становится невидимой в темноте, живучая. — быстро перечислил я свойства волколака. — А, ну и когти режут бетон и сталь как бумагу. В прошлый раз я ее успел убить только чудом — застал врасплох и ударил кинжалом в голову.
— Стой. Пусть времени мало, но тебе придется объясниться. — сказал Борис. — Что еще за прошлый раз? Ты раньше с ней где-то сталкивался? Если убил тогда, почему она здесь?
— Кукловод. — выдохнул я, собираясь с мыслями. — Тот фаворит, о котором говорила дракон — это наш старый знакомый, верховный жрец бога Голода. Той твари что питается от местного солнца и которому эти безумцы приносят кровавые жертвы. Его главная способность — отматывать время, на любое ему понравившееся.
— Охренеть. — пробормотал разведчик. Пусть он очень внимательно слушал, но руки его не оставались без дела, и уже десяток химических источников света были раскиданы по этажу, не оставляя теней даже на лестнице. — Дальше?
— Он управляет всеми призраками. Не знаю есть ли ограничивающее его расстояние, время суток или еще что-то, но такое чувство что нет никакого предела. Он словно связывает их всех вместе одной волей, подчиняя себе. — продолжил я. — Вместе с ним сейчас по крайней мере три других одарённых из теней.
Крикун — разрывает перепонки инфразвуком, пробивает даже сквозь наушники. Волколак о котором я говорил раньше. И тень — в прямом смысле. Оживший черный туман, которому наплевать на все кроме гранат объемного взрыва. Да и те его лишь рассеивают на непродолжительное время — не убивают.
— И это возможно не все, только тех, кого ты заметил. — подытожил Борис. — А теперь главный вопрос — почему ты это помнишь, а мы — нет?
— Может я был последним из выживших. А может то, что в прошлый раз я его почти убил… понятия не имею. — ответил я, пожав плечами. — Можешь его сам спросить, если доживем. И если он захочет с нами разговаривать.
— На его месте я бы не стал. — покачал головой разведчик. — Если эта тварь и в самом деле может в любое мгновение отмотать время, да еще и подготовится ко всему что будет — проиграть ей практически невозможно. Она просто раз за разом будет возвращаться в прошлое, пока не сделает все как нужно. И единственный наш шанс — что Слава каким-то чудом будет портить ее планы и сам запоминать все что происходит.
— Хорошая способность, я бы себе такую хотел. — проговорил Михаил, прикрывающий штурмовым щитом один из выходов.
— Да. Но нужно помнить, что он ее развивал сотнями лет. Если не тысячелетиями. Сколько энергии он вложил в ее освоение и улучшение? Сколько тысяч душ поглотил в процессе? — задумчиво сказал Борис. — Даже если у одного из нас будет шанс заполучить что-то подобное, нам не справится. Максимум — будем скакать на пару секунд.
— На сколько хватит светильников? — спросил Михаил, кивнув в сторону химических источников света.
— Через три часа начнут чуть тухнуть, но продержатся до утра — минимум. — ответил я, но разведчик покачал головой.
— Это гражданские. Наши до пятнадцати часов. Ярко — шесть. У меня еще есть, можем все дыры заткнуть. — сказал Борис. — Но лучше не стоит, иначе сами себя перед снайперами выдадим. Коридор внизу освещен — мимо не пройдут.
— Если по стенам не залезут. — пробурчал я, вслушиваясь во внезапно наступившую тишину. Выстрелы стихли, но внизу явно что-то происходило. Противникам на месте не сиделось, это и понятно, большая часть способностей призраков так или иначе была завязана на темноту. И неуязвимость к обычным боеприпасам.
 
— Надо бы всем обзавестись личным оружием. — сказал я, переложив кинжал так чтобы он оказался под рукой.
— Видел? — прищурившись спросил Борис, кивнув на лестницу. Я подобрался ближе, и не высовываясь смотрелся в хорошо освещенный пролет, когда один из источников света вылетел в окно. Их явно выкидывали, расчищая себе дорогу.
— Надо перебираться выше. — сказал Михаил, прикрываясь щитом. — А здесь все заминировать к чертям.
— Хороша ложка к обеду. — покачал головой Борис. — выше только развалины. Если здание не снесут — это лучшая позиция. А там нас снайперы достанут.
— Миша, можешь меня за ногу подержать? — спросил я, подползая к самому краю. Краем глаза заметил, как по всему телу растеклось голубоватое свечение, но соваться к врагу в пасть я не собирался. Просто так удачно кинжал лег в руку, что захотелось проверить одну теорию. Я вынул кинжал из подпространства и неспешно вонзил его в край лестницы. Лезвие легко прошло насквозь, оправдывая все ожидания. А дальше все пошло как по маслу.
Кинжалом я вырезал десяток ступеней, постепенно отползая наверх, и когда до пролета оставалось меньше полуметра одним движением закончил разрез, обрушивая целую секцию на головы ничего не подозревающих врагов. Бетонное полотно с грохотом рухнуло, подняв облако пыли, и одновременно снизу донесся слитный противный чавкающий звук, в природе которого я не на миг не сомневался.
— Ого, а это ты хорошо придумал. Я даже сразу не понял. — в легком восхищении проговорил Борис. Правда радовался он не долго, как и я. Спустя всего несколько секунд выскочившие на лестницу марионетки открыли беглый огонь, не прицельно — скорее, чтобы отодвинуть нас с края, и добились своего. А следом — влетела черная тень.
Я не успел подняться и бритвенно-острые когти ударили мне по шее. Я уже приготовился к адской боли, но вместо этого перед глазами мелькнуло голубоватое свечение — защита Михаила все еще действовала. Тварь, тут же прыгнула в сторону, скрывшись в темноте, но следом в комнату влетел ярко красный фонарь, выхвативший ее силуэт.
Команды никому отдавать не пришлось — мы прижались к полу, отползая от лестничной клетки. Михаил прикрыл себя и Заю щитом. Борис умудрился, точной очередью, раскроить череп высунувшейся марионетке. А я выпустил из ладони молнию, ослепляя противника, и вылавливая его из темноты.
Волколак дернулся, пытаясь спрятаться, но я не дал ему уйти от молний, преследуя и постоянно пуская разряды. И только когда мы оказались в зале, вдалеке от товарищей, понял, что меня провели как младенца, заманив в ловушку. Только что убегавший противник, резко развернулся, и отскочив от стены ринулся в атаку.
Организм среагировал без моего вмешательства. Тело стало полупрозрачным, и острые когти прошли сквозь меня, словно сквозь туман. Я видел, как с удивлением расширяются зрачки человека-волка, да и сам с такого поворота был в шоке, но не растерялся. Ладонь до сих пор сжимала рукоять кинжала и стоило лапе твари выйти из меня — я тут же ударил, снося монстру голову одним взмахом.
— Слава, облако! — крикнул позади Борис, а затем раздалось сразу несколько взрывов. Я не понял, с чего такая агрессия, но за три прыжка оказавшись у входа, увидел поднимающийся снизу, черный как смоль, туман. Вторая тварь не стала дожидаться пока я расправлюсь с первой, а может спешила на выручку товарищу. В любом случае — она пожаловала, и разведчик попытался рассеять ее гранатами, что даже получилось на несколько секунд.
— Огнемёт не сработает. — успел сказать я, поняв за чем лезет в пространственный рюкзак Борис. Но тот лишь усмехнулся и достал из сумки баллон с газом. Не такой большой как возят для сварки или ставят в дома, но и этого объема вполне должно хватить чтобы разворотить квартиру.
— Вниз. — скомандовал разведчик, выкрутив на максимум вентиль. В нос тут же ударил противный запах добавок к пропану, и я телепортировал громко шипящий красный баллон между пролетами, на два этажа ниже. — Теперь ждем и надеемся.