Эвакуатор 4 (СИ)

— Пусто. — ответил Борис, Михаил просто покачал головой, а потом показал вниз. Одна из круглых шляпок грибов надулась словно шарик и лопнул, забрызгав несколько метров спорами и кислотными брызгами. Попавшие на бетонную стену капли вскипели, подняв облачка зеленого дыма.
— Пожалуй рискнем энергией. — решил я, тихо выругавшись. Пытаться обойти минное поле — не слишком хорошая идея. — Готовьтесь, чем быстрее пройдете, тем больше запаса останется на крайний случай.
— Есть у меня предложение. — проговорил Борис, а затем высказал предложение, от которого Михаил даже отступил на полшага.
— Да ну нафиг, я как-нибудь сам дойду. — покачал головой боксер.
— Может сработать. Миша, без твоего поля слишком рискованно. Выручай. — попросил я, и напарник, поворчав развел руками. — Отлично, тогда поехали. Щит. Раз, два…
— Поехали! — крикнули мы все разом и шагнули с крыши, у самой земли я открыл окно и в то же мгновение мы вылетели с у входа в улей. Подлетели, из-за смены вектора движения, и грохнулись на землю. Благодаря защите от Михаила обошлось даже без ушибов, а я потратил лишь десятую часть энергии. Осталось ровно на один нормальный телепорт.
— Палыч, мы входим. — предупредил Борис.
— Стойте, хлопцы! В начале — феромоны. Ведро рядом со входом, под синей пластиковой крышкой. — успел выкрикнуть в рацию староста. Вовремя, ничего не скажешь. Ратник уже держался ручку двери, собираясь ее повернуть.
— Ох, ну и вонища. — проговорил я, обмазываясь желтой жидкостью, чей запах пробивался даже через фильтры противогаза. — Хорошо, хоть не каждый день.
— Это да, тут повезло. — сказал Михаил, щедро намазывая спину Бориса с помощью малярной кисти. Подготовка заняла чуть больше минуты, и вскоре мы оказались в слабо освещенном коридоре, стены которого были покрыты смесью воска и пережеванных в труху материалов. Среди щепок я заметил осколки пластика, мелкие камни и даже стекло. Похоже шершням было совершенно наплевать, из чего строить дом.
— Куда идти? — спросил я, включив фонарь на шлеме.
— Нужно поставить дозорных в каждый из коридоров, ведущих к центру улья. — не дослушав ответ сказал Ратник. — Тварь явно паразитирует на других насекомых, а может и само его тело — тоже захвачено, а главный — паразит. В любом случае, враг не будет сражаться с нами в одиночку и попытается заполучить новых рабов.
— Ох, задали вы нам задачку, хлопцы. — со вздохом произнес Пал Палыч. — Оставайтесь на месте. Я к вам сам выйду, и остальным команды раздам.
Несколько минут мы сидели в темном коридоре, направив стволы в сторону выхода. Где-то совсем рядом копошились шершни, и не мелкие твари, а гигантские насекомые убийцы, проделывающие дыры в бетонных перекрытиях своими челюстями. Староста оказался сообразительным, и шел не только подсвечивая себе дорогу, но и негромко напевая.
— Ойся-ты ойся, ты меня не бойся. — услышали мы бормотание за несколько секунд до того, как мужчина вышел в свет фонарей. — Здоровы будьте, хлопцы.
— Приятно наконец лично познакомится. — произнес разведчик, выйдя вперед. — Борис из глав штаба, позывной Ратник. Мы с вами общались по поводу размещения охранного контингента и оперативной группы. А это Изяслав и Михаил…
— Знакомы уже. — благодушно отмахнулся староста, в своем неизменном плаще до пола. — Идемте, нужно двери перекрыть.
— Сомневаюсь, что тварь их вообще заметит. — усмехнувшись сказал я. — Сталь она вскрывает словно консервные банки.
— Ох-ж пчеломатка. И как вы против нее тогда сражаться будете? — поинтересовался староста, проводя нас по темному коридору. Через минуту блужданий мне показалось что стены сужаются, а когда я развел руки в стороны — понял, не показалось. Слой воска стал толще, превращаясь в несущую конструкцию.
— Если вовремя заметим его приближение — встретим в замкнутом пространстве и расстреляем. То, что на него не действует огонь, еще ничего не значит. У нас достаточно других средств поражения. — сообщил Ратник, не собираясь сдаваться. Я его в этом полностью поддерживал, но, когда проход сузился еще больше — начал беспокоиться о другом. Бегать по такому узкому коридору могли только насекомые и дети — на четвереньках.
 
— Почти пришли. — успокоив наши опасения сообщил Палыч, а через несколько минут мы протянулись в широкое, слабо освещенное помещение, больше всего напоминающее изнутри гигантскую сферу, в которой копошилось такое количество шершней, что я затруднился их сосчитать. Тысяча? Не знаю, по крайней мере столько же, сколько погибло от заразы хищника.
— Все, хлопцы. Тут мы в безопасности. Парней и девчонок я уже послал. Рации есть не у всех, но дозорные их сигнал увидят. — старейшина показал куда-то вверх, и я поймал в луч фонаря висящую почти в самом центре корзину. В ней сидел ребенок, ну или очень низкорослая девушка в плаще с капюшоном, закрывающим лицо.
— Как вы тут выживаете? — нервно сглотнув спросил Борис.
— Да как, спать ходим в стерильные комнаты. Да только сейчас они остались на той стороне барьера. — Пал Палыч показал на противоположную от нас стену, и я сразу увидел идущую пеленой дымку. За ней виднелись несколько точек яркого света, на фоне которых особенно отчетливо отбрасывались тени.
— О! Это можно использовать! — воодушевленно сказал Борис, разом забыв об опасностях улья. Он подбежал к барьеру и начал привлекать внимание маша руками. — Слава, подсвети меня со спины.
— И что ты хочешь сделать? — удивленно спросил я, но стоило достать из пространственного кармана фонарь по мощнее и включить его на максимум, как Ратник начал действовать. Он складывал причудливые фигуры руками, подставив их под луч фонаря, и вскоре попросил выключить свет.
— Язык жестов. Я его знаю не идеально, но для общения должно хватить. — ответил он на мой немой вопрос. Прошло несколько минут, но в конце концов с той стороны тоже включили прожектор и на барьере появилась довольно четкая тень в виде двух ладоней. — Отлично! Теперь не отвлекай меня.
— Хорошо. — кивнул я, отойдя в сторону. Борис достал блокнот и быстро записывал фразы. После правил то, чего недопонял и попросив включить свет — отвечал. Так же, языком жестов, в стиле театра теней. Забавно, что, даже искажая изображение полностью поменять его смысл не получалось. А благодаря теням разведчики общались не хуже, чем если бы писали друг другу сообщения на бумаге.
— Ну что, какие новости? — спросил я, когда уставший Борис сел на пол, растирая уставшие кисти.
— Из хорошего — авиация все еще в деле. Правда с появлением барьеров ее деятельность сильно ограничена. Вертолеты еще куда ни шло, а вот самолет может просто врезаться в едва различимую стену. — ответил Ратник. — Артиллерия стала почти бесполезна, но и тварям мягко скажем не до нас. К слову, я знаю где тебе взять энергии, рептайды по всем локациям служат кормовой базой.
— Ясно, значит именно из-за этого их не стали принимать в бойцы. Не скажу, что мне жалко черепашек, если их всех сожрут нам только легче станет. — проговорил я, прикидывая наши шансы на выживание. — Что с остальными поселениями? Что с зондами?
— Нормально все. На сколько это возможно в текущей ситуации. На час барьеры пропадают, и радиообмен возобновляется. Так что эфир оживает. Но в целом новости, конечно, не веселые. Похоже старшие бьют квадраты по общей численности и генштаб уже дважды подвергался атакам одаренных. — ответил Борис, принимая из рук старосты металлическую кружку с дымящимся чаем. — Сегодня им повезло, оказалось, что одна из групп — отряд магистра и охотников. Сумели договориться о взаимопомощи. Чем все закончится — не ясно.
— Как они переговаривались? Тоже языком жестов? — на всякий случай спросил я.
— Нет, за вчера они продумали эту проблему так что на каждом посту лежала камера и светодиодная лампа с программируемым блоком. — ответил Борис. — В общем набираешь сообщение, светодиоды мигают с определенной частотой — данные передаются. Человеческому взгляду такое почти не различить, но там и не надо. Главное работает.