Мертвоводец (СИ)
Схождение: месяц. В нем 40 оборотов.
Оборот: день. В дне 25 шаров.
Шар: час. В часе 72 листа.
Лист: минута. Равен 50 земным секундам.
Мал (=листик): секунда. Равен 2,5-3,5 земным секундам.
Мот: время, за которое можно моргнуть. Равен 0,2-0,5 земной секунды
Меры расстояния:
Линия: местный километр. В нем 1100 мечей.
Меч: местный метр. В нем 1,25 земных метра. Длина стандартного армейского меча.
Призма или Планет: местный дециметр. В нем 11,3636 земных см. Длина стандартной призмы катастра.
Сен: местный сантиметр. В нем 1,03306 земных см. Длина магоэлемента сеинир.
Меры веса:
Сотня: местный килограмм. В нем 1331 земных грамм. Вес сотни магоэлементов сеиниров.
Сен: местный грамм. В нем 11 граммов. Вес магоэлемента сеинир.
География:
Арда: название мира.
Дикий Материк: материк Арды. На нем расположены фактории, в которых добывают магоэлементы.
Анор: густозаселенный материк Арды. На нем расположены основные государства этого мира: Сайнесс, Сарское Графство, Онория, Султанат Нот и другие.
Лайт: столица Сайнесса.
Даркон: государство – противник Сайнесса. Сотни кругов назад было отделено от мира магическим заслоном – Стеной Регана.
Реган: могучий маг древности.
Животные:
Тупорук: тягловое животное, так же используется для забоя на мясо.
ДикийТупорук: опасное магическое животное.
Ррал: неопасный хищник Дикого Материка. Питается магоэлементами.
Кайс: опасный хищник Дикого Материка.
Растения:
Согок: продолговатый овощ. Внешне похож на кабачок. На Земле не встречается.
Риджа: фрукт ярко-красного цвета. На Земле не встерчается.
Одежда:
Сузка: система ремешков для крепления катастров. Как правило, на поясе.
Кувон: безрукавка с высоким воротом.
Катон: кофта, водолазка.
Лумы: похолдная обувь, ботинки.
Пиоты: мягкая обувь с индивидуальным оформлением.
Шима: женская теплая кофта, к которой дополнительно приделана шаль.
Штепа: женская блузка с полами до середины бедра, оборачивается поясом.
Якаша: женские брюки, к поясу котороых приделана убка.
Трубы: штаны из плотной ткани.
Глава 10
Я лег вслед за Чириком. День вышел нервным, обычных двух часов «сна» мне на отдых могло не хватить. Черту я у Чирика специально не забрал. Он наверняка заметил, что сплю я немного, но не мог узнать, что я способен определить спит ли он. Да и про само мертвозрение, ясен пень, помалкивал.
И спутник как раз не спал. Храпел старательно, но его желтый огонек был распределен по всему телу, а не сужался до пределов головы, как когда он засыпал. С выводами я не спешил. Именно в этот момент между двумя сторонами его души мог зарождаться диалог. И лишь одна из них утверждала, что со мной надо поступить как Киса с Остапом Бендером в конце романа. Вторая спорила и говорила, что это неправильно, что вернее будет подождать час-другой, пока сон не станет крепче, а уж потом… Могла быть и третья сторона, что выступала за мир во всем мире и доброе отношение ко всему живому, но пока попутчик выглядел человеком далеким от гуманистических ценностей.
Уснул Чирик через час. Я еще раз прошелся мертвозрением по окрестностям, после чего тоже расслабился. Мысли замедлились. Шелест журчащей неподалеку реки не пугал, как в первые дни на Острове, а успокаивал, словно колыбельная. Лежа на спине, я разглядывал невероятное местное небо. Красная покрытая трещинами луна, казалось, пожирала саму себя. Синяя сияла словно источник. Неделю назад, когда мерзкий гремлин Джонни только «спас» меня с Острова, расстояние между ними было намного больше. Еще неделя или около того и одна из них должна будет закрыть собой вторую. Версию, что они могут столкнуться и накрыть осколками планету я предпочел не рассматривать.
Время текло. Я не отводил взгляда от неба… и вдруг «проснулся». Не плавно, как бывало, а резко, будто меня за одно место ущипнули. Уже по привычке я первым делом «шевельнул затылком»… и сразу ощутил рядом мертвяка! Насыщенную зеленую точку с большим количеством зелени в районе головы.
Я вскочил, достал Черту. Не пистолет, потому что катастры работали тише: сжигали воздух с негромким «вжих!», но не более. Чтобы не будить Чирика, направился за пределы лагеря. Судя по мертвозрению, мертвяк двигался прямо на нас. Ночи в этом мире были светлее, и спустя минуту я без труда разглядел приземистую фигуру. Мужчина, и, очевидно, мертвый: живые с откушенным носом так спокойно себя не ведут. Одежда грязная, видимо не раз падал по пути. Когда расстояние сократилось до десяти метров, я расслышал характерный мертвячий хрип. В пяти метрах от меня зомбак остановился. Если бы не красные огоньки в глубине неподвижных глаз, можно было бы подумать, что в статую превратился. То, что я сначала принял за грязь, оказалось копотью. Амулетом что ли подпалили? Или сам в огонь греться полез, как мы тогда с Катей видели?
– Здорово, что ли? – произнес я негромко.
Понять бы, какого черта он здесь оказался. В этом мире тоже эпидемия?
– И чего с тобой делать?
По моей теории я мог неким образом «договариваться» с мертвяками «синего» цвета, а «черные» на меня нападали. «Зеленые» просто не нападали.
– Может, откормить тебя?
Это, кстати, мысль, хотя… хотя нет. Если кормить, то чем? Животными? Мертвячий вирус перерабатывал чуждые ДНК под свои нужды. Что, если из–за животной диеты он утратит возможность вернуться в человеческий облик? Мне ведь по какой–то причине колбаса в рот не лезет. Ну а кормить его другими зомбарями как-то неэтично.
Не придумав ничего лучше, я отвел его глубже в лес и привязал к дереву его же ремнем. Заодно обшарил карманы и даже нашел кошелек с деньгами, что меня очень сильно удивило. Дело в том, что ни у Чирика, ни у кого другого из их разбойничьей братии при себе денег не нашлось. Ни монеток, ни купюр, ни ракушек. Я даже предположил, что оплата может производиться с помощью магии. Приходишь в магазин, а там по твоей ауре очередной катастр определяет, насколько ты платежеспособен. И когда расплатился, делается отметка, и информация автоматически распространяется по волшебному интернету. Ну или лепрекон отправляет ее через радугу, частности не так важны.
Видимо, идея с универсальным платежным средством была достаточна очевидна, чтобы до нее независимо додумались в паре разных миров. Кошелек выглядел, как кожаный мешочек с завязками, который внутри делился на несколько отделений. Всего я обнаружил четыре вида монет: рыжие сильно покоцанные монетки, такие же рыжие монетки с дырками по середине на манер старых китайских, серебристые монетки с дырками и серебристые монеты без дырок. Последних было четыре штуки и они привлекли внимание тем, что светились вполне отчетливо красным в мертвозрении. Совсем не сильно, примерно как те «деревянные камни», которых на тупоруке был мешок литра на три. На одной стороне монеты были надписи, со второй смотрело ехидно–хмурое лицо. Не уверен, что художник так и задумывал. Лицо на монете говорило скорее: «Ладно, ладно, я сделаю вид, что мне не все равно, но на самом-то деле вертел я вас всех на одном месте», а не о том, что «Я мудрый и грозный правитель». Хотя может у них на монетах и не правителей изображали, а, к примеру, ученых или поэтов. Или стенд-ап комиков. А что, хорошая идея!
Остаток ночи я стоял в джанджуане и крутил круги. Импульса все еще не было, но внимание от точки к точке я вел уверено, что не могло не радовать. Как известно, мысль ведет ци, а ци ведет тело. Если есть первая составляющая, остальные две равно или поздно подтянутся.