Невеста-наследница

Они к тому же полагали, что кто бы ни был герцогом Холленбургом, он должен увеличивать их доходы и оплачивать часть их счетов. Дядя Фредерик, их брат, как и их отец до него, поступал именно так. Теперь же они желали, чтобы их расточительству потворствовал Николас. Вот только Николас не мог позволить себе этого, даже если бы захотел. Впрочем, он и не испытывал особого желания потакать капризам тетушек.
  
Размышления о деньгах заставили герцога взглянуть на мисс Пейджет с этой точки зрения. Тридцати тысяч вполне хватило бы на восстановление его поместья. Наследник и огромное состояние – и все это разом, стоит ему только жениться на мисс Пейджет. На его месте любой разумный человек ухватился бы за такую возможность решить все проблемы и сделал мисс Пейджет предложение прямо посреди парка.
Вот только Николас не хотел.
Долорес хорошо знала правила приличия, и в тот самый момент, когда прогулка грозила затянуться, покинула герцога вместе с мисс Пейджет, чтобы избежать ненужных сплетен. Он забрал у лакея свою лошадь, вскочил в седло и поскакал по краю аллеи, отвечая на приветствия тех, кого знал, и терпя любопытные взгляды незнакомцев.
Парк был забит экипажами, прогулочными колясками и верховыми лошадьми. Сидя в седле, Николас с высоты своего немалого роста вглядывался в лица, высматривая Минерву и Розамунду. И вот наконец он заметил их. Дамы стояли на траве неподалеку от главной аллеи. Минерва обмахивалась веером, как будто находиться в толпе было для нее слишком тяжело. Небольшой живот, выступавший под одеждой, выдавал ее положение, но он сомневался, что большинство мужчин его замечает. Но женщины сразу же понимали, что Минерва ждет ребенка. А такие проницательные, как тетя Долорес, могли бы, пожалуй, с первого взгляда назвать неделю зачатия.
Николас спешился и подошел к женам своих кузенов.
– Так где она? – спросила Минерва. Взгляд ее проницательных темных глаз скользнул за плечо Николаса. – Мы все пытаемся угадать, кто из них окажется ею, но, конечно, это невозможно. – Она внимательно посмотрела на него. Минерва умела прочитать человека за пять секунд – что сейчас и сделала. – Она не придет.
– Не придет? – спросила Розамунда, слегка надув губки, так что ее красивое лицо приобрело умилительное выражение. Кевин рассказывал, что в него как будто ударила молния, когда он впервые увидел Розамунду, и любой мужчина понял бы почему. Она была не только хороша собой, но и обладала совершенно роскошными формами. Ни у кого в мире язык не повернулся бы назвать ее неприметной.
– Приношу свои извинения. У мисс Баррингтон была назначена встреча сегодня после обеда. Я послал вам записки, но вас уже не было дома.
– Какое разочарование, – сказала Розамунда. – Я мечтала познакомиться с ней. Мы втроем одного поля ягоды. А еще мне хотелось предупредить ее про тетушек.
– Я уже позаботился о предостережениях.
– Она поступила мудро, решив держать свое местожительство в секрете, – заметила Минерва. – Это, конечно, неудобно для нас, но и для тех родственников, кто настроен к ней враждебно. – Она пристально взглянула на герцога. – Вы, случайно, не знаете…
– Я связывался с нею через Сандерса, – перебил ее Николас, – как и все остальные. Если вы отправите ему письмо, он перешлет его мисс Баррингтон.
– Так мы и поступим, – заявила Розамунда. – Пригласим ее приехать к нам, где ей ничто не будет угрожать. Однако вы должны сказать Сандерсу, чтобы он не пересылал мисс Баррингтон писем от других адресатов. Это опасно.
– Мистер Сандерс достаточно мудр, чтобы выносить собственные суждения. И гонорары ему не платят ни тетушки, ни кто-либо другой.
– Я слышала, мы пропустили интересную встречу у вас дома, – с кривой усмешкой сказала Минерва. – Дошло до кулачного боя.
– Не совсем, но почти. Хорошо, что вас там не было. Однако жены других кузенов присутствовали. Например, Фелисити в своем парижском наряде. Сарказм Кевина по поводу ее одежды и был причиной скандала.
– О, это он умеет, – заметила Розамунда без тени упрека.
Они с Кевином отлично знали, на что шли, заключая брачные узы.
– Чейз сказал, вы велели ему возобновить расследование причин гибели вашего дяди, – сказала Минерва. – Жаль, что он не позволит мне помогать в полной мере. Он очень обо мне тревожится.
Эти слова были произнесены досадливым тоном.
– Твой муж такой милый. Как он заботится о тебе! – воскликнула Розамунда.
– Излишняя забота тоже может немного раздражать, – пожаловалась Минерва. – Беременность – это не болезнь. Утреннее недомогание – очень распространенное явление, и это не причина сажать меня под замок. Как бы то ни было, Чейз уже занимается поиском информации о деловых партнерах вашего дяди. Он сказал, что вы обещали помогать ему, Холлинбург, так что моя помощь, пожалуй, и не пригодилась бы.
– Конечно, пригодилась бы, – с сожалением сказал Николас. – Тем не менее мы с Чейзом…
– Холлинбург! – раздался возглас у них за спиной.
Оглянувшись, они увидели проносящуюся мимо коляску. Лошадь мчалась во весь опор, а колеса оставляли глубокие колеи в траве. В открытом экипаже сидел мужчина с буйно горящими голубыми глазами и ореолом светлых кудрей. Он придерживал шляпку на голове своей спутницы, которая правила коляской, и хохотал во весь голос. Этой спутницей была не кто иная, как Айрис Баррингтон.
Она взмахнула хлыстом, и коляска помчалась дальше, привлекая внимание всех, кто был на аллее.
– Боже мой. Кто это? – спросила Розамунда.
– Сын барона Даубри, – ответил Николас, провожая взглядом коляску. – Его называют в свете Белокурым Адонисом.
Николас находил внешность белокурого молодого человека слишком женственной, но поговаривали, что уже с двадцатилетнего возраста она открывает ему двери в самые изысканные дамские альковы.
– Да не он. Кто та женщина, что правила коляской? – спросила Минерва.
– А, женщина. Айрис Баррингтон.
Глаза Розамунды округлились.
– О боже…
Минерва пристально посмотрела на экипаж, который начал тормозить.
– Восхитительно, – проговорила она.
Николас впился взглядом в коляску, которая в это время разворачивалась. Ее пассажиры хохотали, чуть не падая друг на друга.
– Экипажам запрещено выезжать на лужайки, – сказал он.
Минерва презрительно хмыкнула; коляска уже снова приближалась к ним, на этот раз на малой скорости.
– Вы говорите, как ваши тетушки. Это вам не идет. Скоро совсем превратитесь в чопорного герцога, – заметила она.
Николас перевел мрачный взгляд на Минерву, но она не дрогнула.
Коляска подкатила и остановилась рядом с ними. Мисс Баррингтон спрыгнула с подножки на землю и передала хлыст своему Адонису, который отсалютовал им и уехал прочь.
Айрис подошла ближе.
– Не вы ли, случаем, другие две наследницы? – спросила она.
– Да, это мы, – ответила Минерва. – Холлинбург, пожалуйста, представьте нас.
Николас покорно исполнил ее просьбу, заметив, что женщины с любопытством рассматривают друг друга. Розамунда, казалось, пребывала в замешательстве. Минерва, судя по всему, была очарована новой знакомой. Что же касается Айрис, то она, похоже, была готова отправиться с новыми подругами хоть на край света в поисках рискованных приключений.
Николас решил, что Чейз и Кевин оторвут ему голову, когда узнают, с кем он познакомил их жен.
По дороге к выходу из парка Минерва и Розамунда передали Айрис свои визитные карточки.
– Встретимся в следующий вторник, – повторила Розамунда. – В два часа. Кевин будет у себя в кабинете, так что он нам не помешает.
– Вы слишком добры ко мне, – промолвила Айрис.
– Я уверена, мы подружимся, – заверила ее Минерва. – Нам нужно держаться вместе.
Герцог с довольно кислым выражением лица следовал за ними, ведя под уздцы своего коня. Выйдя из парка, он посадил дам в экипаж Чейза, который ждал у входа.
– Мисс Баррингтон, а как вы оказались в парке? – спросил он. – За вами заехал этот юноша, или вы добирались сами?