Канцелярист. Компиляция (СИ)

Разговор продлился недолго. Как к раз к тому моменту, как невеста положила трубку, «Камри» вкатилась в лабиринт дворов.
Светлану они увидели сразу. Маг миндальничать не стал, а потому попросту въехал на детскую площадку, не смотря на удивленный взгляд успевшего прибыть полицейского.
Вышли из машины они уже с оружием в руках. не демонстративно, но готовые открыть огонь по любой цели.
— Молодые люди! — Воскликнул один из двух городовых, тут же потянувшихся к кобуре.
Но тут же полицейские замерли. Им до оружия тянуться было явно больше, чем прибывшей парочке.
Ученые.
— Господа, мы пришли с миром, — заверил Матвей и, убедившись, что непосредственная опасность отсутствует, вернул «Глок» в оперативную кобуру. Оружие Ольги так же исчезло, скрывшись под балахоном.
— Кто вы такие?
Ответом ему стал зуммер рации. Расслышав что-то в сообщении от дежурного, оба городовых синхронно покинули детскую площадку, не забыв пожелать доброго вечера.
— Мы в стороне постоим, — пообещал один из них, что постарше. — Чтобы… Никто не мешал.
Теперь с диспозицией предстояло разбираться им. А была она презабавнейшей. Светлана смущенно мялась, нервно сжимая в руках небольшую сумочку. Рядом стояла испуганная девушка с явными фамильными чертами Ложкаревой.
«Ира, восемнадцать лет, сестра», — вспомнил маг.
Напротив них стояли парочка крепких ребят, явно немало времени посвятивших спортзалу, а третий здоровячок сидел на земле, сжимая руками левую ногу в районе голени.
— И что это предположительно означает? — Устало поинтересовался Матвей, понимая, что время офигительных историй приближается с неумолимостью несущегося на встречу товарняка.
А народ-то перепугался. Лишь Света все так же смущенно сжимала сумочку.
— Светик, — сняла кепку раздраженная Ольга. — Расскажи-ка нам, милая, кто стрелял.
— Б**дь! — Выдохнул один из крепышей.
— Где она? Гони отсюда! — Тут же отрезала девушка. — Своих хватает!
— Демидова! — Выдохнул второй.
— С утра была, ага. — Тут же усмехнулась Ольга. — И была доброй. А сейчас злая. И если мне кто-нибудь сейчас не расскажет, почему именно у меня сорвался романтический вечер с женихом, то я буду совсем бешеная.
Маг усмехнулся. Их вечная беда покраснела. Остальные застыли почти в священном ужасе. Ну да, «звезды не ездят в метро». И на «Камри» не прибывают на помощь неродовитым, хоть и весьма симпатичным, девицам.
— Она не виновата! — Пискнула блондинка, из чего Матвей сделал вывод, что смелости ей не занимать.
— Дай сюда! — Попросил парень.
Света обреченно отдала свою сумочку. Она была не закрыта, так что Воронцов уже через миг вытащил под свет уличных фонарей тот самый «резинострел», что был у нее во время последней тренировки.
Его невеста негромко хихикнула. Не смотря на всю нервозность ситуации смешок вырвался и из горла Ложкаревой. Вспомнили, стервочки, кто и куда был ранен их этого ствола до этого.
— Отлично… — Протянул он. — Посмеялись? Тогда давайте серьезнее. Иначе веселиться буду уже я. А с чувством юмора у меня сегодня ой как плохо…
История оказалась очень простой. Решили две сестрички посидеть в кафе. Там к ним подкатили бравые хлопцы, решившие составить им компанию. Получив отказ, посланные далеко и надолго по предложенному маршруту идти отказались, а решили «проводить» девчонок и повторить попытку завязать знакомство. Судя по всему, заводила этой подкачанной троицы где-то там с младшенькой был знаком.
Короче, никто не хотел ничего плохого, а получилось как всегда. Догнали парни сестричек на свою беду. Вроде как чуть больше настойчивости проявили, чем положено в воспитанном обществе. Света достала резинострел…
«Не забыть, кстати, разобраться, кто именно ей вручил оружие!», — отметил про себя маг.
Первый же предупредительный выстрел совершенно случайно оказался в ногу. После чего перепугались уже вообще все.
— Да твою же… — Пробормотал маг, закинув голову и наслаждаясь видом хмурого неба.
С этим действительно пора было что-то делать.
У него уже была мысль на этот счет.
  
Но сначала…
  
Глава 20
 
Как случалось все чаще и чаще, Демидова поняла жениха практически без слов.
— Дай посмотрю. — Опустилась она перед пострадавшим, тут же приступив к изучению «страшных» ранений.
Народ замер. С их точки зрения происходило нечто невероятное. Сама уральская принцесса осматривала «подстреленного» простолюдина. Такое же только в телесериалах случается! Или все же нет?
— Ай, больно! — Воскликнул пострадавший от рук их всеми горячо любимой Светланки, состроив несчастную мордочку какающего котика.
Матвею даже захотелось на миг съездить по ней. Просто от раздражения. Спасло «везунчика» то, что у парня где-то что-то даже «вспомнилось» в этот миг. В районе пятой точки. Неприятненько…
— Так, — тем временем вынесла вердикт Ольга. — Перелома нет. Пуля…
Тут девушка усмехнулась и поправилась:
— … Резинка прошла по касательной. Фактически царапина. Без проникновения.
На лице Ложкаревой… Обеих Ложкаревых проступило облегчение. Ремня бы им обеим. Но в их возрасте это уже не столько наказание, сколько некий элемент игры.
— Вставай, симулянт! — Вынесла свой вердикт девушка. — Жить будешь!
Здоровяк с сомнением глянул на Демидову. То ли усомнился в ее оценке, то ли полагал, что на разогретом за день еще летним солнышком песке детской площадки он точно не замерзнет.
«Ну, точно телевизор пересмотрел!», — усмехнулся Воронцов. Не даром существовала целая плеяда сериалов, где отпрысков благородных семей изображают страдающими от собственного богатства несчастными белоручками, которые только и мечтают сбежать из «золотых клеток» на встречу простой, но честной жизни. По замыслу авторов, такой образ снижал градус раздражения в обществе и вызывал более позитивное восприятие. И нет, они вовсе не боялись изображать родовитых этакими инфантилами. Подобный контент был рассчитан на очень определенную социальную страту, от которой не зависело ничего и никогда ни в одном государстве мира. Остальным же, интеллектом чуть превышающим показатель табуретки, бредовость подобных образов была совершенно очевидна.
— Мне же больно! — Наконец выдал он, состроив еще более несчастную гримасу.
Возможно, подобный метод вполне неплохо действовал на его матушку или бабушку, но вот Оля, привыкшая иметь дело несколько с другими мужчинами, только нахмурилась.
— Простиии, — протянула она задумчиво, игриво намотав собственный локон на пальчик. — Ты прав, с такими травмами не живут! Барон, не могли бы вы…
— Конечно, дорогая, — лучезарно улыбнулся маг, доставая уже свой собственный пистолет и демонстративно приводя его к бою. — Мы как люди милосердные просто не можем оставить человека страдать, а потому я просто обязан…
С этими словами парень начал медленно поднимать оружие в сторону головы «раненного».
— Нет! — Взревел тот в ужасе. — Не надо!
Рука застыла на мгновение. Воронцов сделал вид, что действительно задумался. Однако довольно быстро пришел к какому-то решению:
— Не могу! — Словно бы извиняясь сочувствующе пожал плечами он.
Пистолет продолжил свой «подъем».
— Почему? — Тут же поинтересовалась Ложкарева.
Рука вновь замерла. Равно как и все остальные, с удивлением обернувшиеся в сторону девушки. Искреннее любопытство в ее голосе навевало мысли, что такое на ее глазах происходит не первый раз, и красотку действительно гораздо больше волнует вопрос мотивации парня, а не то, что кому-то сейчас вышибут мозги.
Маг же поморщился, но все же ответил с обреченным вздохом:
— Я подкаблучник…
— А, — Света задумчиво оглядела Матвея, и со вздохом констатировала. — Тогда ладно, тогда можно…
Еще бы она против Демидовой поперла!
— Стойте! — Здоровяк буквально подлетел с земли, прочно утвердившись на своих двоих.
Если «страшные раны» и беспокоили его до сих пор, то это было не слишком заметно. Ну и чего, спрашивается, чужие нервы на крепость проверял, заставляя себя ждать?