Севера. Часть 2 (СИ)
-Андрей Владимирович, Андрей Владимирович!
По лестнице следом за ним скакали через три ступеньки два паренька, те самые, которые занимались нефтеперегонкой. Запыхались, лица красные, видать бегом бежали чуть ли не от самого НПЗ. Добежали, и стали наперебой, отпыхиваясь, что-то объяснять.
- Так, добры молодцы, давайте спокойнее. Вот ты, излагай.
Андрей выбрал одного из парней, того, что успел уже слегка перевести дух.
- Андрей Владимирович, возьмите в поставку цетанометр!
- Это что еще за зверь?
- Это прибор такой, для измерения цетанового числа солярки. Ну, у бензина октановое число, а у дизеля – цетановое.
- А вы что, солярку забацали? Вы же, вроде, бензин пытались сделать.
- Да у нас с бензином все как-то плохо, прямой перегонкой выше шестьдесят шестого не выходит, а с крекингом проблемы, никак не получается. А тут вчера Лешка, - рассказчик ткнул своего напарника кулаком в бок, - с вечера начитался про технологию получения дизтоплива. У нас тяжелых фракций накопилось прилично, вот мы и провели эксперимент. Вроде, что-то получилось, если на глаз. То есть, по органолептическим показателям. А надо бы хорошо померить, полноценно, моторным способом.
- А какой вам нужен?
- Да хотя бы маленький для начала.
- Нет, ребята, так не годится. У нас не такой большой канал, чтобы тащить всякую гадость. Брать нужно сразу самое лучшее. Сколько сейчас на часах? Так, у вас есть сорок минут. Берите книги, каталоги, ищите нужную вам железяку и приходите ко мне с готовым предложением.
- Ага!
Орлы развернулись и ссыпались по лестнице вниз, а настроение Бородулина поднялось еще на ступеньку. Определенно, день складывался весьма удачно.
Андрей только успел разобрать бумаги, приготовить список на сегодняшнюю поставку, как два «химика» ворвались к нему в кабинет. Глаза горят, энтузиазм через край плещет.
- Андрей Владимирович, вот, мы тут нашли!
На волне эмоций парни говорили громко, почти кричали.
- Тише, тише, - Бородулин поморщился, - так и оглохнуть недолго. И давайте не одновременно, кто-нибудь один. Вот ты, Алексей.
Пацан, назначенный докладчиком – классический ботаник, худой, лохматый, в очках. Но, опять же, доходяг и тормозов Хорин с собой не брал, значит, внешность несколько обманчива.
- Мы с Серегой нашли в справочнике полный лабораторный комплект для экспресс-анализа топлива. Вообще крутая штука! Годится для любых фракций, даже масло можно определять. Погрешность минимальная, работает почти мгновенно. Только к нему еще нужен ноутбук для вывода результатов. Ну, хотя бы маленький.
- А сколько весит ваш комплект?
- Да он совсем легкий, меньше килограмма.
Бородулин думал недолго. Даже если приплюсовать еще три-четыре килограмма ноута, получается вполне приемлемо.
- Хорошо. Давайте вашу бумагу и топайте к себе. Как пришлют, позову.
После обеда пацаны рванули измерять свою солярку, а Бородулин засел у себя, склеил еще одного змея, и полез наверх осуществлять эксперимент. Он запустил «конверт» и битых полчаса стоял на башне, ожидая ворон. Никого. Андрей опустил змея, прицепил видеокамеру, включил и снова поднял его в воздух. Не успел аппарат толком набрать высоту, как от ближайшего леса наперерез понеслось несколько черных точек. Вот, собственно, и результат. Андрей даже не стал пытаться спасти змея. Птицы протаранили хрупкую конструкцию и, круто развернувшись, улетели обратно в лес. Для чистоты эксперимента стоило бы запустить еще одного змея без камеры у кромки леса, но Бородулин был практически уверен в том, что его не тронут. Из этого следовало, что Экспериментаторы наблюдают за своими подопечными куда как жестко. А еще получалось, что они категорически против полетов. Ноги есть, мол, вот и топайте. А он еще задумывался о малой авиации, прикидывал… Ладно вот так, погибло несколько реек и кусок бумаги. А если бы взлетел самолет с человеком? Впрочем, не случилось беды, и ладно.
За хлопотами незаметно подошли сумерки. Мысли Бородулина переключились на экспедицию. Они должны были либо дойти до болгар, либо вставать лагерем. И в любом случае выйти на связь и доложиться. Может, не прямо сейчас, еще полчаса-час можно подождать, но если за это время не объявятся, это означает, что у группы возникли проблемы. Конечно, может быть, что на таком расстоянии связь не работает. Или еще что-нибудь, не позволяющее отправить донесение. Но если до завтрашнего полудня никаких сведений не будет, нужно будет готовить спасательную группу. Тогда все поставки побоку, он возьмет два снегохода, привезет из Озерного Старого Юру и, может, еще кого-то, кто согласится пойти на поиски. И отправит еще четверых с наказом никуда не ввязываться, только узнать о судьбе людей. А уже потом будет решать, что делать.
От тягостных мыслей Бородулина отвлекли все те же два «химика». От парней за версту несло соляркой и, судя по довольным рожам, чего-то они смогли добиться. У одного в руках была десятилитровая канистра, явно не пустая.
- Ну, герои, докладывайте, что у вас получилось. Давай ты, Алексей.
- Вот, Андрей Владимирович!
Парень приподнял канистру.
- Мы подобрали параметры процесса, получилось неплохо. Температура помутнения минус десять градусов, цетановое число пятьдесят два, серы немного, в районе второго класса. Можно смело лить в любой мотор. Хоть в машину, хоть в генератор.
- Молодцы, ребята. На словах объявляю вам благодарность, а материальное поощрение выпишу чуть позже, с учетом ваших пожеланий. И сколько такой солярки вы можете сделать в день?
- Ну, за тонну-другую я поручусь. Может, и больше можно, но тут точно не скажешь, нужно пробовать.
- Пока что нам столько не нужно. Но все равно, вы здорово поработали. Просите что хотите, по пятнадцати килограмм на брата. Завтра приходите с заявками, я вам все обеспечу.
- А это куда? – они указали на канистру.
- Да в генератор вылейте. Знаете, где стоит? Вот туда и определите.
Химики удалились. Что ж, одну головную боль они сняли. Теперь можно смело ставить мощные дизель-генераторы, крепость всегда будет обеспечена электричеством. Можно создавать запасы топлива в поселках. И освещение там появится, и «Аврору» можно будет спокойно гонять по любой надобности. Теперь и малую механизацию можно запускать, тот же мини-трактор взять для Валека, пусть дорожку пробивает, да уголь машиной таскает. Теперь еще бы бензин получить, хотя бы восьмидесятый, а лучше – девяносто второй. Но до весны это терпит. А вот как лед сойдет, нужно будет все лодки и катера обеспечивать. Хочешь-не хочешь, а основной путь – по реке. Чтобы к Озерному, например, дорогу проложить, хотя бы грунтовку, это нужно несколько десятков человек занять на пару-тройку месяцев. Нет таких ресурсов, и вряд ли в обозримом будущем они появятся. Впрочем, что сейчас об этом, и так неплохо вышло. Тонна солярки в день легко перекроет все сегодняшние потребности анклава. Собственно, с такими ресурсами можно было и к болгарам не спешить. Правда, кто ж знал позавчера…
В комнате радиоузла было тепло и уютно. На грубо сколоченной тумбочке стояли заварник, сахарница и несколько фаянсовых кружек. За столом у аппаратуры сидела девушка из дежурной смены и при свете настольной лампы что-то писала в журнале. Бородулин вошел, кивнул дежурной и присел на свободный табурет, прислонившись спиной к стене. Света, дежурившая с утра, сменилась. Эту девушку, кажется, звали Людой. Лица ее не было видно, лишь иногда, когда она поворачивала голову, на фоне яркого света лампы обрисовывался красивый профиль. Вошел Сережа Ковальчук, притащил белый эмалированный чайник с цветочками, держа его за обмотанную тряпкой ручку. Налил кипятка в заварник, прикрыл крышкой, аккуратно поставил чайник рядом на тумбочку.
Бородулин выждал несколько минут, поднялся, плеснул себе в свободную кружку чаю покрепче и вернулся на свое место. По привычке взял кружку обеими ладонями, какое-то время посидел так, затем отхлебнул глоток.