Капитан (СИ)

  
Глава 2. Тень посла
 
Я неторопливо шёл в сторону порта, даже не пытаясь догнать быстро удалявшееся молодое пополнение. Утренняя «пробежка» меня измотала; надо было использовать передышку, чтобы восстановить сбитое дыхание и хоть немного утолить жажду. Размечтался, Капитан… Вот он, неприятный сюрприз ― крохотная дыра в старой фляге, и в итоге ― полное отсутствие долгожданной воды. Бесил не сам вопрос ― откуда она взялась ― вариантов ответа было достаточно, просто безумно хотелось пить… Да и умыться не помешало бы ― въевшаяся в кожу соль в этот не по-осеннему жаркий день только усиливала нестерпимое желание от души почесаться.
Хорошо ещё, что я вовремя вспомнил о находившимся совсем рядом недавно забившем роднике, который святоши тут же объявили целебным, взяв под свою «защиту», ибо тот умудрился высунуться из-под земли как раз напротив маленькой кособокой часовни. Попросту говоря, теперь, чтобы выпить несколько глотков чудо-воды, надо было закинуть медную монету в их жадный бездонный карман, чего я уж точно делать не собирался…
Под раскидистым деревом с едва начавшей желтеть листвой из воткнутой в землю узкой трубы струился тоненький, готовый вот-вот покинуть этот мир ручеёк. Ещё неделю назад искристая влага буквально рвалась из глубин навстречу солнцу, а сегодня ― еле плакала, роняя одинокие слезинки в подставленное монахами огромное корыто.
Вокруг с унылым видом бродил тощий послушник, бросая расстроенные взгляды на утекающее из рук монастыря богатство. Посаженная на цепь кружка уже не бодро плавала по поверхности целительного озерца, а печально скребла дном быстро обмелевшую жестяную посудину.
Я присел на корточки и, зачерпнув остатки воды, жадно опрокинул их в себя. Хватило разве что на пару небольших глотков, не способных не только утолить жажду, но даже как следует смочить пересохшее горло, так что пришлось повторить попытку. Понятно, что легче не стало, и, разозлившись, вылил оставшиеся капли на лицо, сердито глядя на протянутую к моему носу руку «водного стража» в сутане с зажатой в ней плошкой, где бренчало несколько монет…
― Смотрю, улов у тебя, друг, сегодня не богатый, ну, не переживай, завтра повезёт, поймаешь рыбку покрупнее… ― кряхтя, встал, с усмешкой наблюдая, как наивный послушник тоже разгибает спину, продолжая усердно подсовывать мне свою «сеть» и доверчиво заглядывая в глаза.
Пришлось его разочаровать, ободряюще, но достаточно сильно похлопав по плечу, так что физиономия неудачливого торговца «чудом» скривилась:
― В другой раз, друг мой, в другой раз. Слишком спешу по государственным делам, император ждёт. Ты же ведь не хочешь огорчить нашего Владыку, нет? Вот и славно, храни тебя бог…
И не давая ему опомниться, резво потрусил вслед уже скрывшимся за поворотом новичкам, посмеиваясь над раздававшимся за спиной жалобным блеянием нерасторопного монашка:
― Ну как же так, господин Cтражник, целительный источник…
Стоило только пройти полсотни шагов, как мирная тишина уютного переулка сменилась многоголосьем большой торговой улицы, где, усердно поработав локтями и даже отвесив пару оплеух обнаглевшим попрошайкам, обрёл искомое ― на горизонте сверкнуло море.
Ускорив шаги, подставил разгорячённое лицо порывам лёгкого бриза, но вместо ожидаемой солоноватой прохлады ощутил ни с чем не сравнимые ароматы портящегося на жаре непроданного с утра улова. Значит, я у цели… Зажав нос, как можно быстрее миновал рыбные ряды и, наконец, вошёл в не менее шумную гавань, где человеческую брань перекрывали резкие вопли нахальных прожорливых чаек.
Сегодня мне было не до любования строгой красотой величественных кораблей, чьи паруса полоскали суровые северные шторма, некогда было рассматривать галеонные скульптуры в виде чудных птиц, голов лошадей или кабанов, а то и сказочных драконов. Мне нужен был, чтоб его, Посол иноземной страны, умудрившийся умереть, когда я и так устал, а ноющая после драки челюсть недвусмысленно намекала, что и нормально поесть сегодня не удастся…
 
Коренастая фигура Бина, усердно подававшего загадочные сигналы, видимо, означавшие, что он нашёл покойника, отвлекла меня от грустных размышлений. И уже через пару минут я убедился в правильности своей догадки ― оба моих помощника топтались около лежащего на голой земле, закрытого простынёй тела. Возле них крутился человек в длинном цветном халате с такими широкими рукавами, что в них при желании можно было спрятать солидный бараний окорок.
В суетливом старичке с собранными на макушке седыми волосами, из которых торчали резные костяные шпильки, я без труда опознал Чена, хозяина самой известной в городе лавки, торгующей дорогим шёлком. Как же хотелось, застонав от обиды, надавать крепких затрещин нерадивым новичкам, умудрившимся затоптать возможные следы преступника. Но после падения с крыши плечо болело, и даже не было сил как следует наорать на дураков, поэтому пришлось ограничиться воспитательной беседой.
Прислонившись к ближайшему дереву и скрестив руки на груди, я сверлил растерянных помощников недобрым взглядом, от которого Чен попятился, попытавшись спрятаться за широкой спиной Бина. Пришлось его остановить:
― А ну-ка выходи, старый хитрец. Раз помогал этим недоумкам уничтожать улики, будешь отвечать вместе с ними…
Чен вытаращил на меня свои тёмные раскосые глаза и, беспрерывно кланяясь, залепетал:
― Чен ни в чём не виноват, Чен просто хотеть помогать славной Страже…
Я улыбнулся подобно зубастому морскому дракону, нарисованному на вывеске его лавки:
― Брось, старик. Для кого ломаешь комедию? Ты живёшь на этой земле втрое дольше меня: много лет назад я играл с твоим внуком на этой улице и до сих пор помню, как ты гонял нас метёлкой. Неужели не узнал?
Брови торговца вспорхнули, губы растянулись в довольной ухмылке:
― Это когда вы двое чуть не разгромили мою мастерскую, перепачкавшись краской с головы до пят? Нет, не помню… Как смею я помнить такое о нашем замечательном Капитане Городской Стражи?
Засмеявшись, осторожно похлопал его по всё ещё на удивление прямой спине ― и это в таком-то преклонном возрасте, тогда как некоторые в тридцать лет уже чувствуют себя настоящей развалиной, чтоб меня…
Я переключил внимание на виновато понуривших голову ребят:
― Ну, неучи и вредители, докладывайте, что успели узнать об этом деле. Вернёмся в казармы ― не сносить вам головы…
Газ встрепенулся, бодро отрапортовав:
― Командир, Посол Горного княжества, примыкающего к Великим Равнинам, примерно час назад пришёл в лавку, чтобы купить шёлк на платья для своих дочерей. После покупки, выйдя на улицу, он неожиданно вскрикнул, и выбежавший ему на помощь хозяин лавки «Красный дракон» нашёл беднягу уже лежащим на земле. Он клянётся, что ничего не трогал и к покойному не прикасался, только укрыл его от любопытных глаз…
Я присел на корточки возле тела и, приподняв ткань, внимательно его осмотрел. Не понадобилось много времени, чтобы понять ― несчастный, скорее всего, умер от страха ― на лице застыла гримаса ужаса: глаза были вытаращены, рот перекошен, немногочисленные седые волосы стояли дыбом. И никаких следов насильственной смерти.
Недовольно упиравшийся лекарь, которого за шкирку притащил Бин, подтвердил мои подозрения ― у Посла отказало сердце. Что же могло его так напугать?
Я почёсывал нестерпимо зудящую шею, грозя разодрать кожу до крови:
― Чен, Посол был один? Ни охранника, ни сопровождавшего? Это странно…
Старик снова вскинул брови:
― Как же, как же… С ним был невысокий человек в длинной тёмной одежде, похожий на монаха, но точно не он: лицо пряталось в глубоком капюшоне, а руки всё время перебирали чётки. Необычные такие ― вместо бусин нанизаны крохотные черепа… Вряд ли почтенный служитель церкви позволил бы себе подобное. Думаю, незачем хорошему человеку прятать лицо, ― Чен приблизил ко мне вплотную морщинистую физиономию, понизив интонацию и делая упор на последние слова. От его дыхания, отдававшего запахом сырой рыбы вперемешку с кислым вином, меня замутило.