Инженерный Парадокс 4 (СИ)
В любом случае, надо продолжать работать с тем же центром. Вооружённые силы в них самих не разместишь, не нарвавшись на агрессивный ответ Империи. Но разместить блокпосты, орудийные башни, заминировать подъезды минами с дистанционными взрывателями, ракетами с самонаведением… Империя никак не помешает.
Дорого, но программа трансплантологии гарантированно окупит затраты, а контроль над окрестностями Донорского центра, как и уничтожение этого отребья — вернёт страх корпоративный в сердца распоясавшихся бандитов. Точнее, вернёт быстрее, чем если начинать всё на новом месте.
Но показательно уничтожить ту банду просто необходимо. Они и так вскоре сдохнут, но уничтожение именно их сэкономит массу времени и средств, рассудил Мстислав и занялся планированием ближайших действий.
* * *Я прислушался к внутренним ощущениям, и как-то они меня не слишком радовали. Впрочем, радости добавилось, когда до сознания достучался процесс развертывания баз. Так что если сравнивать с прошлым разом — выходило ГОРАЗДО лучше. Правда, я чуть не сдох… но назовём это ошибкой недопонимания. Тем более, что реальность вполне соответствует этому названию.
В целом, вышло скорее хорошо. Я жив, развёртывание идёт — неприятно, но не более. Правда, надо понять, что творится вовне. Несколько смущает ощущение инородных предметов и условная невесомость тела…
Так, траты питательных веществ. Это иглы и катетеры, моему телу не давали умереть. Но у Эскулапа нет подобного оборудования, точно. Значит, я не в Гараже, на что указывает и ощущение невесомости и тёплого плотного объекта вокруг тела. Медицинский гель, похоже, а я — в полноценном госпитале.
Открыл глаза и немного удивился. Во-первых, в довольно просторной палате был только один пациент, в полноценном медсаркофаге (хоть не закрытом) обставленном кучей приборов и датчиков. Во-вторых, несмотря на то, что я в одиночестве, вокруг суетилась десятка медиков. По-моему — занимались Имитацией Бурной Деятельности, но точно не давало понять «в-третьих».
А оно было таким: поверх рубашек и халатов на всех присутствующих болтались пластинки на цепочках. Алхимические блокираторы, раздел артефакторной алхимии. И блокировали они работу менталиста.
— О, вы очнулись! Прекрасно! — с редкостной фальшивости улыбкой обратился ко мне мужчина лет шестидесяти.
Очевидно — главный в месте, где я нахожусь.
— Где я?
— Погодите, сейчас…
— Где я⁈ — немного повысил голос я, с некоторым удивлением отметив рефлекторную пси-активность.
— Вы — в госпитале при Донорском центре…
— Отлично. Я встаю…
— Вам нельзя! Нам надо обследовать…
— Не надо. Я в достаточной степени контролирую своё тело, чтобы поставить более точный диагноз, чем способны вы. Себе, — уточнил честный я. — Моё пребывание в медсаркофаге излишне. Как и в госпитале.
— Да погодите же! — чуть не заламывал руки медик. — После вашего… приступа, вы можете дать гарантию, что ваши ощущения достоверны?
— Да, — на секунду прислушался я к своим ощущениям.
— А я предпочту проверить…
— Я — пленник⁈ — повысил голос я.
— Нет конечно…
— ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ! — рявкнул я.
С некоторой оторопью, но и интересом наблюдая за последствиями. А именно, золотая пластинка на груди общающегося со мной врача просто… треснула на две половины, соскользнула с цепочки и зазвенела на полу. Сам врач скрючился, зажмурился, хватаясь за виски. А остальные медики, проявив редкостное единодушие, просто убежали.
— Занятно, — констатировал я. — И надо будет в первую очередь заняться самодисциплиной и контролем…
— Золотые слова, — раздался голос Эскулапа, через секунду засунувшегося в палату. — Ты что с врачами творишь, шустрый парень?
— А чего они⁈ — после недолгого раздумья нашёл я оптимальный ответ.
— Э…кхм… гыг, — выдал Эскулап. — Ладно, с тобой всё в порядке?
— Не вполне, но госпиталь не поможет. Питание и нормальный сон.
— Ладно, тогда будем тебя выковыривать. Только ты поосторожнее, шустрый парень. Угробишь меня или сожжёшь мозги — кто будет ваших придурков лечить⁈
— Слушай, Эскулап, — обратился я к старику, проводящему манипуляции с терминалом управления, вследствие которых из меня вылезали иглы, а медицинский гель понижал уровень.
— Ну?
— Я вот подумал. Что бы со мной ни случилось, кто бы на тебя не воздействовал Даром, ни черта у него не выйдет сжечь мозги.
— Это ещё почему? — удивлённо уставился на меня он.
— Конкурировать с тем количеством спиртного не сможет ни один одарённый. Говорю тебе как квалифицированный инженер. И если после того количества спирта, что ты потребляешь, у тебя остались мозги… они неуязвимы.
— Шутник, — фыркнул Эскулап. — Но так, ничего. Смешно немного. Верю, что ты в порядке, шустрый парень.
— В относительном.
— И в это тоже верю. Твоя одежда, — указал он на белый стеллаж, сливающийся со стенами. — Полотенца, — указал он на гигиенические полотнища. И моя рука, — мелко захихикал старик, подхватив меня за плечо, поскольку меня ощутимо «повело».
Не без его помощи привёл себя в некоторый порядок и оделся. Всё же Эскулап — медик, и принимать его помощь… несколько непривычно и даже немного напрягает. Но правильно и логично. И силён, дед! Он ведь не силовой одарённый, я — не пушинка, а придерживал и помогал идти одной рукой, без особых усилий.
А ещё раздражает текущая ситуация… ну точнее, ситуация с развёрткой баз. У миньонов — инструкции, запас питательных инъекций, всё… Вот только в этот раз не помогло. И предусмотреть это… просто невозможно. Я просто не знаю ценностей, мотивов, социальных взаимодействий остроухих валаров, создавших эти базы. Так что раздражаться бессмысленно… Но подумать, хотя бы как дрянной генерал, над «прошлой войной» — в принципе будет не лишним.
И Сивер — точно сволочь, определил я место «покупателя» моего Проклятого Дара во Вселенной.
Доковыляли с Эскулапом до выхода и немного удивились оба. Как я понимаю, медик торчал в госпитале, следил чтобы у бесчувственного меня не свинтили чего-нибудь лишнего, с точки зрения медицинского персонала.
А зрелище выходило… ну мягко говоря — впечатляющим. Несколько мощных бронемашин чадили дымом, представляя из себя остовы. Компанию им составляли броневики, хотя там, может, и сохранилось что-то интересненькое… Хотя пока не до этого. В общем, следы такого, впечатляющего боя с применением техники между Гаражными, практически в полном составе присутствующими тут. И какими-то корпоратами, тела которых парни стаскивали к обочине.
Дорога тоже несла на себе следы весьма впечатляющей баталии, а я, разглядывая это, произнёс:
— Какое-то время я инвестировал в Гаражную банду силы, время, умения и средства. И чёрт возьми, я назову слепошарым идиотом того, кто при виде этого скажет, что это была плохая инвестиция!
— И трахнутым агнозистом, — поставил диагноз гипотетическому «кому-то» Эскулап.
Тем временем перед ступенями у входа в госпиталь лихо затормозил мой джип. А в открытую дверь выскочил взъерошенный, явно усталый, но довольный Федька.
— Очнулся, — улыбнулся друг, приобнявший меня и чуть не поваливший на ступеньки вместе с Эскулапом.
— И почти здоров. Если не добьёшь от полноты чувств, — уточнил я.
— Постараюсь, — усмехнулся Федя. — В госпитале ты закончил?
— Да. Домой. И что тут…
— Погоди, Марк, давай по дороге. Мне не хочется тут слишком задерживаться, — кинул косой взгляд на последствие боя Федя.
— Понимаемо, — кивнул я.
И тут Федька подскочил к джипу, вытащил здоровенный кейс с наличными и стал, сверяясь с планшетом, перекладывать пачки в мешок.