Уроки черного бусидо Димы Сабурова (СИ)

— Да.
— Но почему⁇
— Я почувствовал волю Богини.
На это самураю возразить было нечего. Такахиро поднялся повернулся было к выходу, но задержался, внимательно на меня посмотрел:
— Вижу я вас не убедил Омо-доно. Что ж, буси из сотни Чжинсу будут счастливы видеть ваш личный штандарт рядом со своим знаменем.
Коротко поклонившись, Такахиро покинул шалаш.
* * *
— Еще быстрее! — громко скомандовал Чжинсу асигару — Держать строй! Кто отстанет, того лично зарублю!
Всадники Ючи уже спешиваются у ворот. Строятся в колонну по четыре и входят во внутрь. «Быстрей, быстрей» — шепчу я про себя. Если сейчас гарнизон навалится и выбьет наших из надвратной башни, а потом закроет ворота — всё насмарку.
И мы успели! Прошли сквозь ворота, выкатились на замковую площадь где уже скопились порядка сотни воинов Сагары. Помимо самураев и асигару там стояли и бездоспешные крестьяне вооружённые копьями. Похоже подтянули под ружьё всех кого только смогли. Повсюду шли схватки, которые пока носили индивидуальный характер. Общего боя еще не было.
— В атаку — прорычал самурай в ярких доспехах и в шлеме с полумесяцем. — Выбить их за ворота!
С диким рёвом сагары навалились на наших воинов, но…
— Конные! Вправо, влево разомкнись! — проорал Чжинсу — Пикинеры вперед!
Всадники Ючи чётко разошлись в стороны и сотня Чжинсу приняла набегающих сагаров на длинные пики. «Небесники» как один шагнули вперёд и надавили на самураев в красных доспехах. Те дрались с отчаянностью обречённых, но ничего не могли поделать со стеной, ощетинившийся длинными копьями. Оставляя трупы, откатились назад. Приготовились к новой атаке. Но не тут то было. Вперёд рванули спешенные всадники. Бронированными тисками они сдавили с флангов отряд сагаров. А спереди ударила пехота вооружённая нагинатами. И под сверкающим взмахом чей-то нагитаны рухнул знаменосец. Знамя сагаров дрогнуло, дрогнули и люди. Шёлковое полотно смялось в кровавой пыли и строй «красных» посыпался как сыплется зерно из разбитой глиняной корчаги. Со стен в разбегающихся защитников замка полетели стрелы. Значит Ивакура занял стены и поставил на них наших лучников.
— Чжинсу-сан — крикнул я сквозь звуки битвы — башня Тэнсю!
Если не возьмем донжон — пиши пропало. Все жертвы зря. Для правильной осады у нас ничего нет, одним тараном тут явно не обойдешься. Над привратной башней, как я уже успел заметить — висел специальный каменный блок. Веревки обрубают, и тяжелый валун ломает любой таран. Такой же может быть и в тэнсю.
Чжинсу был занят и меня просто не слышал. Все приходится делать самому.
— Пятый, шестой, седьмой десяток за мной! — я выбрал бойцов с нагинатами
— И вы тоже — кивнул кавалеристам.
Мы бежали через замковую площадь, мимо каких-то хозяйственных построек к донжоную. Но как не торопились, нас обогнал какой то самурай в порванном и запылённом одеянии из чёрного шёлка. Весь в крови, хвостик прически срублен…
— Ворота! — вопил он, благим матом. — Закрывай ворота!
Я оглянулся. Вроде все бегут за мной, не отстают.
— Убей этого — крикнул я лучникам, размахивая мечом в сторону донжона
Но увы. «Модник» успел первым. Ворота Тэнсю закрылись перед самым нашим носом. А мы внизу, на открытом всем ветрам и стрелам месте, без тарана и осадных прибамбасов, растудыть его в качель! Через клюз! Пятьдесят пьяных бабуинов занимающихся нетрадиционным сексом! Так как орал я всё это на великом и могучем, то вокруг меня мигом образовалось открытое пространство. Но внезапно небеса вняли моему «чёрному» колдунству, что напугало даже бесстрашных «небесных буси». Створка ворот приоткрылась и из неё спиной вперёд выпал давешний паникёр в черном кимоно. Он хрипел и сучил ногами, но не мог издать и звука, что не удивительно. С перерезанным горлом не поговоришь. А над ним стоял Ёсио в доспехе с гербом «Сагары» и кинжалом танто в руках. Позади него виднелись тела ещё двух стражей башни. Ай да синоби, ай да сукин сын!
И мы бросились вперёд. Узкий вход в башню, за ним крутая уходящая спиралью вверх лестница. Первый уровень. Ёсио с «небесниками» врубаются в группу самураев в красном. Крик, лязг железа…
 
— Не останавливаться — кричу я
Мы бежим дальше. Второй уровень.
Площадка с бойницами, тремя самураями и большим запасом стрел в колчанах. Сагары были заняты делом. Один с луком смотрит в бойницу. Двое других разогревают смолу на большой жаровне, удерживая руками чан на длинных ручках.
Я шагнул к ним. Бегущие за мной «Небесники» помчались дальше, на верхние этажи. Удар крест накрест. Полоснул правого и тут же левого. Просек доспехи возле шеи, оба, роняя, чан, повалились на пол. Лишь бы ничего не вспыхнуло! Не потушим. Я отскочил прочь, обежал лужу смолы.
Третий самурай уже приготовился, натянул тетиву. Спрашивать меня — «Кто я такой и что здесь делаю?» он почему-то не стал, а просто влупил в меня, в упор. Бамц! Меня отбросило к стене, стрела сломалась и упала на пол. Больно, блин как будто молотком по ребрам. Но кираса из пещеры выдержала. А грёбанный стрелок отбросил лук, выхватил клинок и кинулся меня добивать. Ду-урак! Всадил бы вторую, третью стрелы в конечности, поножи и наручники бы не выдержали.
Я парировал его удар, сунул в лицо цубой, саданул лезвием, оттолкнув противника. Потом рубанул в бок хитрым ударом снизу вверх. На этом его воинская служба закончилась. Самурай закричал, скрючился. Потом повалился на пол. На всякий пожарный я врезал ему по шее, отделяя голову от тела. И сделал контроль двух остальных. Запачкался только в смоле — благо она еще не успела как следует нагреться.
А тут и Кукуха залетел в помещение. Еще с двумя небесниками из копейщиков.
— Мы чуть не потеряли вас, Владыка!
Мой адъютант был весь в крови и даже словно вампир, слизывал красные капли с губ. Неслабо он кого-то так приложил.
— Главное, чтобы вас Богиня не потеряла — многозначительно произнес я, морщась. Ребра побаливали.
— У вас доспех помят
Все трое удивленно меня разглядывали.
— Так бывает в бою. Что у нас дальше по расписанию? — поинтересовался, очищая клинок меча тряпкой — Сначала торжества, потом аресты, потом решили совместить?
— Простите что?
Разумеется, никто любимую шутку отца из «Того самого Мюнхгаузена» не понял.
— Владыка, я думаю, что…
Кукуха не успел договорить. Башня содрогнулась от соединённого рёва многих глоток — Победа!
* * *
Живых защитников в башне не осталось. Пошатываясь, мы выбрались на свежий воздух и я увидел как над башней Тэнсю реет знамя «Небесной справедливости». То-то удивлялся, куда Кукуха делся? Пока я значит воюю, он знамя над «Рейхстагом» водружает, Кантария недоделанный.
— Владыка — Ючи Омохиро подскочил ко мне уже верхом на лощади, колчан пуст, в руке окровавленный тати, но собой бодр и свеж имея вид лихой, натуральный весельчак — Такахиро-сама велел передать: — нами взяты казна-сокровищница, тюрьма и пороховой склад замка. Стены и башни под контролем. Замок Кумамото — Ваш! — и тихо добавил свесившись с седла — Вы ранены, Омо-доно?
— А? Да нет. — я нащупал в панцире дырку от стрелы — Со мной всё хорошо. — тут меня повело и я чтобы не упасть оперся о стену. Ючи спрыгнул с коня и подхватил меня перекинув мою руку через плечо.
— Носилки сюда — зычно крикнул он — быстро!
* * *
— Я возвращаюсь в свою деревню — улыбнулся староста Хару — с вашего разрешения отправлюсь завтра с рассветом.
— Вместе поедем — сварливо сказал монах Сёгэн, очень недовольный, что лысый пройдоха таки выцыганил лошадей для доставки своей части риса — необходимо быстро подготовить людей из лагеря для переезда в замок.
Я сижу в личных покоях даймё Сагара Ёсихи, голый по пояс, а Ёсио старательно бинтует мою геройскую грудь, куда попала вражеская стрела. Пробив панцирную пластину, она сломалась не только по середине, но и у самого наконечника. Жало вспоров суконный поддоспешник, рассадило мне кожу на рёбрах и утратив силу, съехало на левый бок, застряв между поддёвкой и самим доспехом.