Герой должен быть (не) один (СИ)

Почему шлюхи? Потому что они сопровождают Такта ради его известности, силы и власти, ради привилегий, которые это даёт. То есть продают себя.
Почему второго сорта? Потому что ни на ком из них нет печати Арчера, а значит, к телу господина они не допущены. Первосортные сейчас с ним.
А почему уважаемые? Потому что это никак не влияет на моё к ним отношение, в конце концов, это мой народ придумал гетер. Вот то, что они себя ведут как драчливые малолетки — при их-то положении — влияет. Но если бы я перевёл их за это в статус неуважаемых — мне бы пришлось туда же поместить и Топороклюв, потому что она себя проявила не лучше, хоть и на моей стороне. А я к ней уважения терять не хочу, нам ещё много вместе работать.
  
Пока девушки пытаются это осмыслить, я оказываюсь рядом с драконицей и вкладываю ей в рот указательный палец.
Это не атака — я не то, что вреда не причиняю, я даже к ней не прикасаюсь. Но ощутив во рту посторонний предмет, она инстинктивно сжимает челюсти.
Даже в человеческой форме её зубки способны запросто перекусить железный лом. Только вот мой палец попрочнее будет. Зубы не оставляют на нём ни царапины. Болью его обжигает совсем по другой причине.
Рот человека (или дракона в человеческом облике) — очень влажное место. Песчаная форель, надетая на мой палец, чувствует новый, гораздо более обильный источник воды, и радостно устремляется ему навстречу, бросив прежнего сухого владельца. Её щупальца-усики присасываются ко внутренней поверхности губ драконицы, к её дёснам, языку, нёбу. Аморфный сгусток мгновенно разбухает от поглощенной воды, заполняя всю ротовую полость.
Самый совершенный кляп на свете. Более упругий, чем резина, более прочный, чем сталь. Ни выругаться, ни пламенем дохнуть, ни заклинание прочитать.
Правда, можно превратиться в дракона. Для применения родной видовой магии заклинания не нужны. А для двадцатиметрового чудовища паразит размером с кулак — не более, чем соринка в пасти.
Разъярённая Императрица драконов выдыхает в мою сторону пламя, от которого плавится камень пола и вспыхивает всё, что есть горючего в помещении. Я больше для порядка прикрываюсь Щитом — броня песчаной форели обладает исключительной термостойкостью. Остальные девицы вместе с Топороклюв, ругаясь, выскакивают наружу. Что стало мягко говоря жарковато — это полбеды, в конце концов для этого существует Защита. А вот то, что выдох разъяренной ящерицы спалил в зале добрую половину кислорода, а вторая половина сейчас будет вытеснена дымом и угарным газом — это уже гораздо серьёзнее. Это мне воздуха не надо, я Слуга…
Выносливость, правда, позволяет им не дышать долго, даже очень — на их-то уровне. Но это «долго» — если стоять и ничего не делать. Быстрые движения, сильные атаки — всё это жрёт очки Выносливости с аппетитом Эрисихтона.
Поняв, что огонь мне вреда не причиняет, драконица неожиданно выдыхает… струю ледяного тумана. От перепада температур пламя гаснет, пол трескается, а моя броня застывает и осыпается ледяными осколками — холод оказался её второй уязвимостью после воды. Теперь я заживо освежёван и понёс много очков урона — замораживающая атака практически игнорирует Защиту. Интересно получается. Второго такого попадания мне не пережить!
Несколько более поспешно, чем позволяет достоинство, меняю экипировку на Щит Длани Божьей. Атака Императрицы драконов вполне тянет на ранг A по системе Грааля — так что неуязвимым я не стал, однако если она меня и убьёт, я смогу возродиться. Причём с иммунитетом к тому, что убьёт. Вряд ли у неё найдётся двенадцать разных столь же опасных видов дыхания.
От следующего ледяного выдоха я уворачиваюсь, хоть и с заметным трудом. Параметр Ловкости у нас почти одинаковый, но она бьёт по площади. Однако сгустившийся от холода туман даёт мне небольшое преимущество — теперь ящерица меня не видит. Воспользовавшись этим, прохожу в ближний бой — тут громадные размеры ей хоть немного, но мешают. Проскакиваю между передних лап, ей под брюхо. Ящерица не колеблясь выдыхает облако мороза прямо под себя — благо к собственному дыханию у неё иммунитет. Пользуюсь этим и укрываюсь за её передней лапой как за колонной. Хорошо, что потолок в зале слишком низкий и она не может по-настоящему взлететь — только перепархивать с места на место.
Забавно, что формально поединок я уже выиграл. Поединок воль, поединок умов. Я заставил её напасть на меня первой, нарушив приказ Такта. Остался сущий пустяк — выжить после этого. Было бы слишком большим позором позволить ей меня убить хотя бы один раз.
Выворачиваю из пола здоровенную каменную плиту и прыгаю с ней вперёд и вверх метров на тридцать. Драконица со злоехидным оскалом поворачивает голову в мою сторону — ага, попался! Пока я не приземлился, моя траектория предсказуема, её направляют только инерция и гравитация — одно удовольствие подстрелить в полёте. Дурочка, а плита у меня зачем, как ты думаешь? Защищаться? Или может, я для красоты себе надгробие заранее прихватил? Не дождёшься!
Выдох пронизывает то место, где я только что был. За долю секунды до атаки ящерицы я отшвырнул плиту и использовав её массу как противовес, полетел в противоположном направлении.
Куда и собирался — точно на загривок Императрицы. В единственное место, куда она не может достать ни ледяным, ни огненным, ни любым другим дыханием. Всё равно что себя за затылок укусить. Усаживаюсь верхом и вцепляюсь в неё, словно клещ.
— Как источник силы я, Императрица драконов, повелеваю…
Ага, сообразительная — поняла, что прямым выдохом меня не достать, и, готов поспорить, кастует что-то, что перенаправит её атаку.
Но зато у меня предостаточно времени на уклонение. За четверть секунды до того, как заряд вылетит — хватаюсь рукой за правый рог рептилии, подпрыгиваю и прокручиваюсь вокруг него над мордой, точно гимнаст вокруг шеста. Замороженный воздух проливается дождём в том месте, где я только что сидел — а я уже снова там.
— Ты! Раздражающее насекомое! Я так и знала — всё, что ты можешь — это крутиться и дёргаться! Опасности от тебя никакой, но бесишь! Сдохни уже наконец, рано или поздно я всё равно тебя достану!
— Ты меня уже достала, девочка. До печёнок достала, клянусь Герой! Ты только посмотри, во что превратила хороший красивый зал для церемоний! Да я в свои худшие дни столько мебели не ломал!
Мне очень хотелось спросить, на что она в принципе рассчитывает. Ну допустим, ей удастся убить Героя Щита. Её же свои в первую очередь за это на куски разорвут! Потому что придётся либо отбивать более частые и мощные Волны, либо срочно резать трёх остальных.
Но поставить вопрос таким образом я не мог — во всяком случае, пока бой не закончится. Потому что могло возникнуть впечатление, будто я торгуюсь за свою жизнь, апеллируя к полезности.
Она снова ударила — на этот раз широким, рассеянным выдохом, накрывшим всё её тело. Уклониться от такого было невозможно, не покидая удобного насеста на загривке — но и не нужно. Из-за распределения по площади сила атаки упала ниже ранга A, так что Длань Божья легко её отразила.
— Ладно, придётся по-жёсткому, — вздохнул я, извлёк из Щита кисть и тушь, прокусил себе палец, добавил немного крови в раствор, и начал наносить на её загривок некий рисунок.
— Какого… Ты не смеешь! Я ещё не проиграла!
— Верно, — согласился я. — Когда нанесу — проиграешь.
Она атаковала льдом — я опять увернулся, потом вернулся назад и продолжал рисовать.
Она ударила огнём, надеясь не меня достать, так хотя бы готовую часть печати стереть, сжечь. Я экипировал Щит Шаи-Хулуда, прикрыл рисунок ладонью, переждал, пока огненный шторм утихнет и продолжал рисовать.
  
Разъярённая драконица ударила себя лапой по загривку, пытаясь прихлопнуть назойливого паразита или хотя бы скинуть с себя.
Это-то мне и было нужно. Её когти врезались в поднятый Щит Туунбака. Всё тело сразу обмякло и медленно сползло на пол — сработало Связывание души. Я ухватил её за расслабившиеся пальцы и крепко прижал к поверхности Щита, чтобы не было «разрыва физического контакта».