Герой должен быть (не) один (СИ)

Герою Щита нельзя использовать оружие для нападения — но всё, что я для нападения не использую, не является оружием!
Пока я использую меч только для парирования вражеских выпадов, но не пытаюсь им ткнуть в тело врага — меч остаётся щитом. Продолговатым, узким, импровизированным одноручным щитом.
Пока я использую лук, чтобы сбивать вражеские стрелы на лету — лук остаётся щитом для перехвата чужих дистанционных атак.
  
Пока я использую копьё, чтобы отбивать камни из пращи… Ну вы поняли. Пусть я в этом и наполовину не столь изящен и эффективен, как Лансер с его Защитой от Стрел — зато я могу отбить пятитонный булыжник и остаться стоять на том же месте, а Лансера таким снарядом попросту унесёт (если Копьё не сломается).
Пока я не нападаю на что-то, имеющее собственный рейтинг Защиты — я могу сражаться чем угодно! Нет никаких ограничений в том, чем я пользуюсь для создания проломов в стенах, для рытья ям в земле, для рубки леса и сноса старых домов. Однако если я имею намерение кому-то повредить — даже косвенно — оружие немедленно выпадает из рук. Отмазки вроде «я всего лишь хотел сделать вместо вон той горы премиленькое озеро, а то, что на склоне горы стоял вражеский замок — их проблемы» — тут не прокатят. Щит очень остро чует казуистику и карает за любую попытку таковой вдвойне.
Мне можно использовать своё оружие в полную силу, чтобы уничтожать метательные снаряды — стрелы, пули, камни. Но нельзя даже попытаться повредить меч или лук в руках врага — те имеют собственную Защиту, так что попытка их ударить по ним является Атакой и карается немедленным разоружением.
Нельзя уничтожать в полёте то, что является оружием само по себе — копья, дротики, метательные ножи. Однако можно их отбивать в сторону, в том числе и довольно жёстко. А вот меч или топор, когда они в руке — только аккуратно отводить в сторону. Если враг ощутит боль в ладонях, не то что сломает руки от быстрого обезоруживания — удар тока и привет.
Кстати, Щит злопамятен. Если он хотя бы единожды обозначил для себя некий предмет в качестве оружия, средства нападения, повторно брать его мне уже было нельзя, даже с самыми мирными намерениями, даже искренне желая исправить допущенную ошибку. Однако другой точно такой же предмет брать для защиты или работы было можно. До следующей ошибки в мыслях или действиях.
Правда, копировать луки или мечи (открывать для них новые формы) Щит всё равно отказывался.
Заодно я обнаружил у Священного Щита ещё одно приятное и полезное свойство: уменьшать массу и физическую силу всех, кто меня атаковал и всего, чем меня атаковали. Делалось это, судя по всему, не столько для защиты меня, сколько для предотвращения ещё одной дыры в правилах Щита. Без этого «эффекта массы» я мог бы просто встать на пути противника и позволить ему об меня разбиться. Столкновение со сверхтвёрдым телом на скорости в пару сотен километров в час вполне эквивалентно удару палицы. Видимо, предыдущие владельцы просто достали Щит этим «а я что, я ничего, они сами об меня разбились — а что я встал на их пути быстрее, чем они успели отвернуть — так это прямая обязанность Героя Щита, врагам путь преграждать». Если бы я обнаружил это свойство раньше, то мог бы вытащить Тираннодракона Рекса из города аккуратно, не дав ему повредить ни одного здания. Всего-то и надо было — дать ему хотя бы один раз меня ударить и после этого не выпускать из захвата. А я слишком быстро перехватил инициативу.
Словом, в ходе этой тренировки мы с моим Легендарным изрядно сработались и научились лучше понимать друг друга. Он дал мне понять, что можно и чего нельзя, я — принял эти правила. Осознанно и добровольно, а не вынужденно.
Утром к нам на постоялый двор наконец-то пришёл Арчер. Это было тише и менее заметно, чем тащить меня во дворец.
Мы обменялись новостями. Его многое заинтересовало из моих открытий, меня — из его.
Я его поздравил со вступлением в ряды героев — в Элладе ходила специфическая шутка, что ты не можешь считаться настоящим героем, пока не убьёшь хотя бы одного царя и не посадишь на трон нового. Хотя формально, толстяка он и не убивал, Такт всё сделал сам, но именно Арчер всё устроил.
Однако гораздо важнее и интереснее оказались «методы усиления», которые, оказывается, есть у всех Оружий. В особенности, конечно, метод Кнута. С методами Лука понятно, всё те же маленькие жертвоприношения, по сути. Жаль, что я не мог ответить Арчеру тем же — методов Щита я пока не нашёл, но надо будет порыться в меню и потыкать в Щит разными предметами — может, чего и найду.
А вот Кнут… это да. С ним я могу пробовать разные методы развития для Лисии, не опасаясь навсегда испортить её потенциал неправильным обучением — всегда можно сбросить и начать сначала. Арчера, кстати, её феномен тоже заинтересовал. Он позвал Сплетницу и попросил её осмотреть Лисию с точки зрения Системы. Айвиред краснела как рак, когда филориал изучала её заинтересованным взглядом.
— Я конечно не знаю, как это называется в ваше время, — ехидно заметила Лиза. — Но в моё время её бы назвали идеальной заготовкой под стиль Непобедимых Адаптаций.
— Звучит… несколько самонадеянно, — заметил я. — Что это за стиль, и насколько он оправдывает своё название?
— Ну… есть слух, что в эпохи, когда этот стиль был развит, нужды в Героях по сути не было вообще. В течение нескольких Волн их не призывали — Волны успешно отражались регулярными войсками, а боссов уничтожали и Волны закрывали монахи из специальных орденов.
— Ого! — мы с Арчером выдохнули почти одновременно.
— И в чём этот стиль заключался?
— Никто не знает. Даже когда были его бойцы, я с парочкой общалась, но… Он… не отображается в SMS. Монахи говорили, что Стиль Непобедимых Адаптаций позволяет манипулировать всеми четырьмя энергиями, составляющими мир — маной, ци, статусом и духом — за пределами возможностей Системы. Он основан не на правилах, а на ощущениях.
Ого! А звучит и правда впечатляюще и перспективно. Становится понятно, почему Лисия представляет собой существо, по местным правилам невозможное.
— И начинать изучать её можно только с нулевого уровня? Более высокий мешает этому?
— Нет… вроде бы нет. Были те, кто начинали учить даже на сотом уровне, и достигали успехов не хуже. Но я не уверена, потому что Стиль Непобедимых Адаптаций в системе не виден. Вроде бы были дети, которых специально для него выращивали… и вот у них были такие системные показатели, как у этой девочки. Но зачем и как выращивали — для меня такая же загадка, как для вас.
— Я так понимаю, без учителя этот талант бесполезен?
— У людей — в основном да. Полулюди и монстры, бывает, осваивают этот стиль инстинктивно. Полулюди реже, монстры чаще. У нас инстинкты сильнее.
— Ясно… что ничего не ясно, — мрачно протянул Арчер. Судя по взгляду, это ему что-то напомнило. — Значит так. На следующем рейде на безлюдные земли, спросим у Птицы-Секретаря — не знает ли она чего об этом стиле, и нет ли среди Запечатанных Королев тех, кто им бы владели. А ты, Берсеркер, как только вернёшься в Мелромарк, загляни к Айвиредам и хорошенько тряхни их на информацию…
— Не надо! — зажмурившись, выкрикнула Лисия. — Пожалуйста, господин Герой Щита, умоляю, не трогайте мою семью! Вы же хороший, вы ведь спасли нас от Трилориала!
Арчер подошёл к девушке и взял её за руку. Почему-то это движение её успокоило, хотя когда я сам нечаянно касался Лисии в повозке, она вся сжималась от страха.
— Госпожа Айвиред, речь не идёт о вооружённом налёте, как вы могли подумать. Ни я, ни Герой Щита не собираемся прибегать к убийствам или грабежам. Речь идёт всего лишь о разговоре… на повышенных тонах, если понадобится. Потому что от информации, которую мы можем получить, зависит выживание всего мира.
  
— А… но… моя мама очень скрытная… И… волевая женщина… она может даже Героя Щита не испугаться…
— Это уже зависит от него. Если он не найдёт достаточно убедительных аргументов, к тебе претензий не будет.