Герой должен быть (не) один (СИ)
— А вы не в курсе, что когда бойцы сил специальных операций носят ясно различимую униформу своего государства, они временно приравниваются по юридическому статусу к линейным войскам? — парировал силтвельтец. — Нахождение десяти дивизий войск Силтвельта на территории Фобрея санкционировано предыдущим королём с целью сопровождения нашего представителя. Орден Феникса входит в одну из этих дивизий.
— При условии передвижения по заранее обозначенному маршруту! — поднял палец фобрейский командир. — Ваша дивизия сейчас должна быть минимум на сорок пять километров южнее! Будете утверждать, что заблудились? Можем проводить в расположение части…
— В связи с покушением на представителя Силтвельта — со стороны гражданина Фобрея, между прочим! — все ограничения на передвижения войск временно сняты. Или вам об этом не сообщили?
— Они были сняты только для того, чтобы войска могли прийти на помощь своим монархам! И сейчас эта причина уже не действительна, кризис окончен, монархи вне угрозы!
— Тем не менее, король Алсахорн, — крылатый выплюнул это имя особенно ядовито, — не отдавал приказа об отмене чрезвычайного положения. Не поступало такого приказа и от нашего представителя. Так что я нахожусь здесь совершенно законно, а как к этому относитесь лично вы, меня меньше всего интересует. Повторяю, я требую встречи с Героем Щита, который является национальным святым моей страны и подвергается не меньшему риску, чем монархи. Можете постоять над душой и посмотреть, или проваливать ко всем трём Самозваным Героям.
— Не буду врать, господин Герой Щита, среди правящих кланов Силтвельта действительно наблюдается некоторый… разброд и шатание, — генерал с неприязнью покосился на парочку шпионов. — И некоторые из лидеров нации действительно… не настолько вам преданы, как пытаются сейчас изобразить. Но я готов поклясться своей жизнью, что в армию — во всяком случае в ту часть армии, которая присутствует сейчас в Фобрее — эти еретические настроения не проникли. Все десять дивизий полностью и беспрекословно вам верны и готовы сражаться под вашим знаменем против кого угодно. Вы можете приказать нам атаковать столицу Фобрея, или арестовать нашего национального представителя, или даже пойти обратно в Силтвельт и устроить военный переворот. Я не могу ручаться, что мы выполним любую из этих задач, в особенности первую или третью. Однако я гарантирую вам, что каждый из нас до последнего вздоха будет пытаться исполнить полученные приказы. Любой ценой.
— Это… радует, — ну а что я мог ещё ответить? В такое внезапное и всеобщее проявление преданности к человеку, которого они увидели впервые в жизни, мягко говоря, трудно поверить. Но и оскорбить крылатого воителя подозрением, к которому он пока не дал никакого повода, мне тоже не хотелось. — А десять дивизий — это сколько по головам?
— Конкретно наши, на территории Фобрея, насчитывают в сумме четыре тысячи воинов. Но вообще военную силу по головам не считают, — Бахаррот говорил спокойно, без снисходительности, но и без подобострастия. — Дивизией называется подразделение, сумма квадратов уровней воинов которого равна миллиону. То есть это может быть сотня стоуровневых воинов, или десять тысяч десятого уровня, или миллион нубов…
— То есть вы хотите сказать, что средний уровень воинов в ваших войсках — пятидесятый?
— Среднеквадратичный, строго говоря, но в целом — да. Хотя это — элитные дивизии. Войска, которые остались на родине, в основном гораздо многочисленнее.
— То есть ниже уровнем… и лояльностью, как я понимаю?
— Смотря что понимать под лояльностью, — невесело усмехнулся птицечеловек. — Чувство преданности Щиту у них в основном даже выше. Солдаты с десятого по двадцать пятый уровень — это в основном переростки…
— Переростки — вы имеете в виду детей во взрослых телах, которым ускоренно набрали уровень?
— Да. Наше благословение и проклятье, основа военной силы нелюдских государств. Пушечное мясо. Они в вас абсолютно фанатично верят, готовы умереть по первому вашему слову… Но для них воля Щита — это то, что командиры и наставники назовут волей Щита. А руководят ими ставленники совета кланов. И если командиры прикажут порвать вас на куски, объявив самозванцем…
Мрачно киваю. Звучит вполне знакомо. Помнится, у Бусириса меня чуть не принесли в жертву моему же папе Зевсу. Да и мне самому ещё при моей жизни порой пытались людей жертвовать… Вот правда, объединить эти две «традиции» и зарезать меня в честь Геракла-олимпийца никто не пробовал. Но чую, проживи я подольше — и до этого бы дошло. Дурь людская не знает границ.
— Но даже такие переростки с годами всё-таки умнеют, судя по существованию ваших дивизий? Начинают понимать, когда ими манипулируют, и вытравливают из своих рядов ставленников совета?
— К сожалению, далеко не все. Существование наших десяти дивизий — для совета неприятная необходимость, поскольку армию переростков нельзя послать на территорию чужой страны в мирное время. Она всё сожрёт, изнасилует и загадит — даже собственные командиры её остановят не сразу. Пришлось подбирать ветеранов, умеющих думать головой. Однако сразу же после окончания миссии нас расформируют и разошлют по обычным низкоуровневым дивизиям.
— Насколько я понял картину, должно быть множество агентов совета в ваших рядах, а также элитные войска, преданные непосредственно лидерам кланов.
— Их как раз НЕ должно быть, — мрачно поправил меня генерал, — но они существуют — и те, и другие — этого отрицать не могу.
— Каким образом в таком случае вы можете гарантировать мне лояльность десяти дивизий? Ведь, как я понимаю, они были сформированы специально под фобрейскую миссию, то есть большинство зверолюдей там вы видите впервые, и не знаете, кто кому служит…
— Я знаю основную часть старших офицеров, а также настрой простых солдат. Это моя специальность, Орден Феникса — разведывательно-диверсионное подразделение.
— Только не надо путать военную разведку с инфильтрацией, — фыркнула лиса. — Господин Герой Щита, основной профиль Фениксов — воздушный десант в тыл врага, для захвата или уничтожения важных лиц и объектов. Резать глотки и жечь амбары с зерном они действительно прекрасно умеют, но читать в сердцах — не по их профилю.
Глаза генерала полыхнули яростью и я уже на всякий случай приготовился разнимать драку. Но он сдержался.
— Я не претендовал на умение читать в сердцах ВРАГОВ, шпионка. Мне и вправду чаще приходится убивать неверных, чем договариваться с ними, а уж подлизываться к ним я и вовсе не умею. Но вот понимать, кто чем дышит среди своих и в чём состоят настоящие интересы Родины — уважающий себя разведчик обязан. Иначе он не сможет правильно поставить и выполнить боевую задачу, действуя без связи с Центром. Да и желающих задействовать сработанное подразделение спецназа в своих закулисных играх — более чем хватает. Приходится самому себе контрразведкой работать — потому что настоящая, во-первых, осталась дома а во-вторых, куплена на корню советом.
Я уже с трудом следил за ходом их аргументации. Нет, смысл до меня доходил, благо папино наследие наделило меня не такими плохими мозгами… Но эмоционально это утомляет. В двадцатом веке слишком много людей и от того слишком много противоречивых интересов, которые сплетаются в клубки — вовек не распутаешь. Отчасти я понимал Гильгамеша с его желанием уничтожить «лишних» людей. Не одобрял, но понимал. В моё время политика была проще — все политические и экономические реформы проводились одним и тем же инструментом — большой дубиной. Разведка сводилась к задаче «проползти до вражеского лагеря через кусты и посчитать костры». В этом мире, конечно, не ТАК много народу, как на Земле конца железного века, но достаточно, чтобы простому герою было неуютно.
— Довольно. Генерал, когда представитель Силтвельта возвращается на родину, и соответственно, с ним уходят войска?
— Планировалось — через две недели, затем из-за самоуправства Мелромарка было продлено ещё на две, а сейчас конкретные сроки вообще отменены из-за нападения Такта. Нам приказано быть в постоянной боевой готовности. Но вряд ли до следующей Волны успеют всё согласовать.