Герой должен быть (не) один (СИ)

— Во владениях Рэйбии тоже был порядок десятилетиями, — быстро парирует жрец. — Бунт начался, лишь когда дьявол Щита грубо вмешался в его политику. Это форс-мажор, такого нельзя предусмотреть!
— Нельзя предусмотреть, однако Идол Рэйбия именно это предусмотреть и пытался. Он сам признался, что ХОТЕЛ, чтобы Герой Щита пришёл к нему, и что сам создал для этого все условия. А следовательно — и для бунта!
  
Церковники ещё с полчаса потрепыхались, однако решающий удар был уже нанесён, и Сэйбер «ничего не оставалось», кроме как признать Героя Щита невиновным, а Рэйбию — виновным в некомпетентном командовании и снять с поста губернатора, передав его земли во временное управление Ван Рейхнотту в дополнение к его собственным. Поскольку Рейхнотт не мог присутствовать в обеих землях одновременно, на одну из них он должен был назначить временного управляющего, подчинённого ему, а уже через него — короне.
С мятежниками всё было сложнее — они не были безоговорочно оправданы, однако их взяли на государственную службу с обязательством «искупить кровью».
Затем бывшего Рэйбию (фамилии он лишился вместе с землями) судили повторно — уже не как губернатора, а как обычного подданного. Для простых людей искать и доказывать вину не требовалось — с ними вполне можно было расправляться по принципу «ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». Зверолюди требовали его крови, церковники напоминали, что бойцов сотого уровня в стране не так уж много, и предлагали сделать с ним то же, что с мятежниками, то есть отправить в армию искупать кровью. Артурия постановила — казнить без предварительного понижения уровня, который обычно проводили обвиняемым. Тогда его убийца получит достаточно опыта, чтобы это компенсировало снижение боеспособности страны.
Арчер при помощи Сплетницы вычислил, что палач должен быть примерно восьмидесятого уровня. Если он будет ниже — не сможет пробить Защиту Идола, а если выше — часть опыта будет потеряна, так как повышение выше сотого невозможно (кроме как для Героев).
Однако бойцов нужного уровня в регионе было слишком мало — а те, кто были, далеко не всегда имели желание работать палачами — кто-то из своеобразного понимания воинской чести, а кто-то до сих пор бывшему губернатору симпатизировал. К тому же гражданское лицо, осуществившее такую казнь, было бы немедленно мобилизовано — а желающих на фронт к Волнам призвали уже давно.
Пробить его Защиту можно было бы комбинированным заклинанием десятка магов сорокового уровня — но чтобы опыт не пропал, им предварительно нужно было провести процедуру Повышения Класса, снимающую первый барьер уровня. А проводить её может только Церковь — представители которой наотрез отказались работать с нелюдьми. Я предложил попросту разломать парочку храмов, чтобы изменить их мнение, но Сэйбер сказала, что для таких радикальных методов убеждения пока ещё не пришло время.
— Простите, я не очень понимаю, — подала голос Лиза. — А почему нельзя зарегистрировать несколько сотен магов ниже десятого уровня в одну армию и убить его групповой атакой, предварительно понизив Защиту?
— Потому что у нас нет магов, способных настолько понизить Защиту персонажу сотого уровня, — вздохнул Арчер.
— Как нет? У Сильваны же дебаффы — одно из самых развитых направлений магии!
Так Идол и отправился на тот свет — под душераздирающее в прямом и переносном смысле пение Королевы-Баньши, от зубов, когтей и подручного оружия толпы малолетних нелюдей, значительную часть из которых мы вытащили из его же подвалов.
Тут же у меня перед глазами начали всплывать пачками сообщения о повышении уровня бойцов моей армии — всю компанию мелких убийц зарегистрировали на меня, потому что они слишком настоятельно просили. Но это были не только системные изменения. Детишки росли на глазах, становились шире в плечах, у мальчишек набухали мускулы, а у девчонок — грудь. Они восхищённо кружатся на месте, вытягивают руки и ноги (и хвосты, у кого есть), ощупывают друг друга и себя, приседают, отжимаются, наслаждаясь новой непривычной силой. Артурия успела выдать всем лёгкие рубахи, чтобы не ходили в своих прежних лохмотьях, но сейчас более половины из них полопалось. То, что явилось взору, было бы достойно усладить и взор моего горячо любимого папеньки на Олимпийских играх, которые я, помнится, учредил в его честь. От Фатума не уйдёшь, если на Олимпе на тебя пытались свалить ведомство юности (деленное с супругой Гебой) и атлетических состязаний.
— Что… с ними произошло?! — выразил общее недоумение Арчер.
— А вы не знаете, господин? — изумлённо глянула на него Лиза. — Я думала, это и было вашей целью. У каждого вида нелюдей есть свой критический возраст. Обычно он в районе от четырнадцати до восемнадцати, но есть виды и с критическим возрастом в 12, и в 24. Если нечеловек в течение одного дня поднимает больше одного уровня, то за каждый уровень, кроме первого, он взрослеет на год — до своего критического возраста.
А я их слушал вполуха… если слушал. Вот он, дар богов. Неважно кого, хотя на скотину волоокую по профилю похоже. Сотня юных, крепких телом воителей — женщины тут также могли воевать. Не легендарные герои, которые в свое время принимали участие в первых Олимпийских играх — но тоже сойдёт! Вот, вот она возможность показать жалкому мирку этой вычислительной игры, ЧТО называли играми в Элладе! А если уж делать из этого разношёрстного стада настоящих гоплитов — то, для чего такие игры были придуманы, вполне неплохой способ.
Пока я продумываю, как бы лучше всё это организовать, чтобы жрецы не сожгли нас на месте, из толпы выбегает стройная девушка-ласка с розовыми волосами — кажется, это та самая, которую я застал в пыточной комнате Рэйбии, она ещё активнее других показания на суде давала, — и с разбегу запрыгивает на меня, обхватив всеми конечностями, словно обезьянка на дерево.
— Господин Герой Щита! Я всегда верила в вас! Никто уже не верил, а я верила! Я всегда знала, что вы придёте, спасёте нас всех и женитесь на мне!
Вспомнишь Гебу — вот тебе и семейные дела по принципу «без меня меня женили»… Н-дааа…
— Тебя как звать-то, Галантида? — тут поневоле поверишь в реинкарнацию! Впрочем, если кто из небожителей умудрился бы дотянуться именно сюда — так это… нет, не моя царственная мачеха. Геката.
— Родители назвали Рифаной, господин Герой Щита, — эй, не надо так тереться об меня грудью, я и без того заметил, что она у тебя выросла, но тебе же десять лет, в конце концов! — Но вы можете меня назвать как угодно, я на любое имя согласна!
Между тем остальные детишки (хм, а можно ли их звать детишками, если телесно они теперь взрослые, но в головах-то осталось то же самое?) закончили шуметь и неожиданно выстроились в шеренгу, словно настоящая армия:
— Господин Герой Щита, — ко мне, чеканя шаг, подходит тот самый мальчик-акула, теперь превратившийся в стройного бледного рыжеволосого юношу. — Разрешите доложить? Казнь гражданина Идола приведена в исполнение полностью, опыт, полученный от его смерти, усвоен. Уровень бойцов от двадцать первого до двадцать седьмого включительно. Какие будут дальнейшие распоряжения?
  
Глава 17. ЭХ, ДОРОГИ, ПЫЛЬ ДА ТУМАН…
 
Бежит, бежит дорога, блуждая средь полей.
Уводит от порога детей и королей,
Ведет на земли Юга, за окоем лесов,
Где госпожа Фортуна вращает колесо.
Куда ведет — не знаю, ты только выбирай:
Одним — Земля Святая, другим — до срока в Рай.
  
В дороге той немало посеяно костей,
Она уже устала считать своих гостей.
Канцлер Ги, «Дорога»
Если б я был султан, я б имел трёх жён
И тройной красотой был бы окружён
Но с другой стороны при таких делах
Столько бед и забот, ах, спаси аллах!
Фильм «Кавказская пленница», «Если б я был султан»