Герой должен быть (не) один (СИ)
— Но при определённых условиях эта часть может пробудиться?
— Разумеется, иначе не было бы смысла вообще проводить Бунрей.
— Вы можете определить, какие конкретно это условия?
— В принципе можем. Но для этого Малти нужно либо минимум на трое суток посадить под наблюдение Сплетницы, либо загнать в UBW хотя бы на минуту. Только учти, что условием пробуждения может быть как раз попытка покопаться в печати. Когда ты вглядываешься в бездну… дальше вы оба знаете.
— Удача E, — пробормотал Лансер. — Ладно, это моё дело… я поговорю с Малти. А что насчёт собственно фамильяра? Какие свойства ему даёт кровь бога?
— Во-первых, независимость. В отличие от Высших фамильяров, Бриг не будет выполнять твоих приказов. Она делает, что хочет сама. Однако, если ты и Малти отдадите ей приказ вместе, она будет вынуждена его исполнить, кровь ДВУХ Мастеров перевешивает. Во-вторых, экстерриториальность. Её силы работают в любом Мире, независимо от того, подразумевает ли их местная система магии. То есть в принципе все Высшие фамильяры так могут, но они в большей мере адаптируются под условия сами. Божественный фамильяр же ультимативен — он вписывает свою волю и свои концепции в Мир одним своим появлением там. Концепция нашей Бриг (не путать с кельтской богиней, в честь которой ты её назвал) — соблюдение клятв и наказание предателей. В пределах этой зоны ответственности она может вызывать какие угодно физические и магические явления, конкретный механизм для божественного Авторитета не важен.
Копейщик удивлённо поднял бровь.
— А мне нравится! ТАКУЮ божественную помощь я принять, пожалуй, не против… с тем же Киреем она бы оказалась очень кстати, да и не только с ним. Хотя бы эта волчица из другого мира… Да и Сильвана, в конце концов. «Везёт» мне на таких женщин. Впрочем, насколько Бриг ЗАХОЧЕТ исполнять эти обязанности — как понимаю, вопрос отдельный и к Системе не относящийся?
— Именно так, к сожалению. Это уже вопрос ваших с ней взаимоотношений. Если бы мы знали, что за божество произвело Бунрей…
— А изменять настройки такого фамильяра возможно?
— В одиночку — нет. Вдвоём с Малти — да. Но разобраться, что там к чему — тут не всякий настоящий Магус бы справился… Мы с тобой, уж извини, оказались бы там в положении двух дровосеков на атомной электростанции.
— Ты иногда чересчур перебарщиваешь со скромностью, наёмник. Не забывай, у меня есть воплощение Кастера. Конечно, я не претендую на уровень Катбада или Ку Рои. Но и далеко не все боги сильны в магии.
— ЭТОТ бог в ней определённо силён. Уж поверь, почерк мастера я распознаю, когда его вижу. Это уровень греческого пантеона. Ну или ваших сидов, если с другой стороны зайти. Колоссальная вычислительная мощь и отличное понимание, как и для чего её использовать. Будь там что-то в мезоамериканском стиле — «в любой непонятной ситуации лей больше крови» — я бы может и рискнул. Но изощрённость Магуса, помноженная на божественные силы — это не то, во что стоит лезть грязными руками.
— Ладно, пока поверю тебе на слово. А ты не можешь по почерку попытаться определить, к какому пантеону этот бог принадлежит? Ну и возможно, личность, если у них есть уникальный стиль…
— Не моя область образования, — я развёл руками. — В принципе это возможно, будь здесь Магус, искушённый в мифологии и магической истории… Он по крайней мере мог бы сказать, это божество из нашего мира, или из другого…
— Один такой есть, — хмыкнул Кухулин. — Только она вряд ли согласится нас проконсультировать.
* * *Закончив выкладывать соратникам то, что знал, я отловил Берга, прижал к стенке (фигурально) и поинтересовался, каким образом он и остальные путешественники находят Волны, ведущие в их мир. И вообще определяют, что по ту сторону разлома.
— Раньше нашим «штурманом» был Кё Эснина, — неохотно ответил рыжий. — У него есть форма Книги, которая это определяет. Он предоставил нам выписки с графиком Волн, и до определённого момента эти графики работали. Когда они работать перестали, этот умник занервничал и куда-то смылся. Сейчас у нас два способа найти обратный путь, оба не слишком удобные. Во-первых, нас может выдернуть в наш мир, если тамошняя Волна будет проецироваться на место, где мы находимся. Во-вторых, можно посылать в разломы фамильяров и там пытаться выйти на связь со вторым донором, участвовавшим в их создании. Если связь установилась — значит, мир наш, и надо туда прыгать.
— А Героя Книги из нашего мира тоже может так выдернуть?
— Ну… точно не знаю, но по правде сказать, не вижу, что бы этому помешало. Насколько я знаю, для этого механизма важен только мир, к которому принадлежит Оружие, а не Герой.
— Ясно. Книга сейчас у нашего Героя, попробуем вместе с моим штабом что-нибудь сообразить. Будь на связи, потому что это и для вас напрямую важно.
Опросив Вест Куньлуна о прошлых прецедентах столкновений и добавив показания Птицы-Секретаря (Фэнхуан знал больше деталей, но присутствовал не на всех Волнах, Королева — наоборот), мы получили довольно точную модель, что при каждом столкновении три четверти Волн являются центральными (то есть ведут в мир, с которым происходит собственно столкновение) и одна четверть — боковыми (то есть ведут в миры, слияние с которыми нам пока не грозит). Бодрствующий Зверь-Защитник мог бы определить на расстоянии, какая из них чем является и куда ведёт, но бодрствующий Зверь — сам по себе катастрофа. Его призрак в Оружии мог только делиться старыми знаниями.
По ходу дела Лисия тихо и незаметно получила своего филориала. Это было в принципе такое же милое существо, как Пепе, но когда я услышал её имя, то пожалел, что у меня нет Отваги и Продления Битвы — только ками ведомо, чего мне стоило не согнуться от смеха. Потому что звали её — Дакимакура. Да, буквально «подушка для обнимашек». Мечта Мелти, воплощённая в жизнь.
Другое дело, что настоящие дакимакуры как правило имеют довольно интимный, чтобы не сказать — сексуальный подтекст. На них как правило изображают любимых персонажей в разной степени раздетости и в весьма фривольных позах. Новая подружка Лисии именно этим похвастаться не могла. Чтобы приставать к ней, надо быть полным извращенцем… ну или Тактом. Дело в том, что автор этой мутации решил поэкспериментировать с такими качествами филориалов, как мягкость и пушистость… Ну и доигрался. В птичьем облике она не только имела пуховой слой в разы пышнее и толще, чем у других филориалов, так ещё могла выращивать его с невероятной скоростью, превращаясь в натуральную подушку безопасности размером с крепость. Очень немногие атаки могли пробить этот амортизирующий слой, да… Но обратными сторонами повышенных защитных характеристик стали очень медленное передвижение (максимум со скоростью идущего человека), а также… неполное превращение. В смысле, даже в облике человека Дакимакура оставалась покрыта слоем трёхсантиметровых пёрышек с головы до ног, напоминая плюшевого мишку или детёныша снежного человека. Очень мило, но ни капельки не сексуально.
Однако для Лисии, которая с самого начала качала Книгу в небоевом направлении, подобное прикрытие оказалось весьма полезным. Фетишизмом зеленоволосая не страдала, а вот возможность обнять что-то мягкое в моменты стресса, а то и вовсе спрятаться в груде пуха, изрядно добавила ей уверенности и спокойствия. Единственное, что меня беспокоило — не пожелает ли Первая Принцесса чудесную птицу отнять, когда увидит.
Я уточнил у Сплетницы, кого она подсунула трём оставшимся Героям, пока мы крутились с Книгой.
Оказалось, что своему Мастеру Сэйбер, как я и предлагал, всучила Торондора — того самого летающего Короля, которого в своё время предлагали ей.
Новоявленный Герой Молота получил Короля со странным именем Эд-209. В его перьях загадочным образом умудрился спрятаться целый арсенал… арсенал оружия двадцатого века! Пулемёты, ракеты, миномёт и многое другое, что может унести на себе птица сорока метров ростом. Вообще-то огнестрельное оружие из Мира Героев в этом мире считается неэффективным, так как использующие его солдаты теряют уровень при переходе между мирами — а в руках нубов оно много вреда не нанесёт. Но Эда раскачали до сотого уровня именно в стрелковом классе, так что его залп мог немало удивить… и врагов, и союзников. Дело в том, что птиц получился сильный, преданный, но несколько… как бы это сказать… не очень умный. Его воспитанием, похоже, никто не занимался, и он часто ошибался с распознаванием целей. Но Обадия сказал, что он с этим справится и берёт на себя всю ответственность.