Герой должен быть (не) один (СИ)

Только не прошло и полдня, как Фоур Феон доказал, да так что у неё глаза на лоб полезли! Просто-напросто взял, да и продемонстрировал Звёздный Коготь, которым теперь владел, толпе на главной площади столицы! Ну кто так вообще делает?! Народ чуть с ума не сошёл — кто от радости, кто от страха! Коготь — знаковое оружие нелюдей, в определённом смысле даже более родное им, чем Щит! Герой Щита, хоть и покровительствует зверолюдям, сам всегда является человеком… Ну, по крайней мере являлся… До сих пор. А вот Коготь почти всегда выбирал себе в носители монстра, зверочеловека или получеловека. И сейчас, когда Щит по непонятным причинам осел в Силтвельте, получить такой противовес, ходячее знамя, было просто подарком судьбы!
  
— Но демонстрировать его народу вот так — это даже для хакуко слишком! Ты вообще понимаешь, что наделал, белобрысый полукровка?! Дело даже не в том, что шпионы всех четырёх империй сейчас мчатся с донесениями к своим правителям! Коготь бы скрыть всё равно не удалось, но если бы хотя бы иметь пару дней в запасе, мы могли бы представить его появление правильно! Со всеми надлежащими объяснениями! А теперь все не знают, что думать — то ли завтра революция, то ли война с Силтвельтом!
— Я предложил вам встретиться наедине, чтобы не создавать лишнего шума. Не моя вина, что вы отказались, — пожал плечами Фоур.
— Если бы ты указал в письме, что являешься Героем, можно было не упоминать даже конкретно Коготь…
— И вы бы мне поверили? — ехидно приподнял бровь юноша. Выглядел он лет на двадцать. Переросток… в Силтвельте ускоренное взросление считалось позорной маркой низших классов, аристократы могли себе позволить расти в естественном темпе. Но в Шилдфридене взрослым считался каждый, кто сдал экзамен на совершеннолетие, а физическое состояние тела, как и способы достижения этого состояния — уже личное дело гражданина.
— Нет, — вынуждена была признать Нелишен. — Без доказательств это и в самом деле звучит как наглое хвастовство. Но я бы по крайней мере согласилась на тайную встречу, чтобы проверить, сколько в твоих словах лжи. Ладно, что сделано, то сделано. Чего ты хочешь?
— Вам средства изложить, или цели? — ехидно прищурился переросток.
— И то и другое, — мстительно процедила Нелишен, — потому что я уже убедилась, что наломать дров ты можешь во всём.
— Как пожелаете, Ваше Величество, — сарказм в голосе мальчишки был таким густым, что его можно было ножом резать. — Мне нужна голова Джаралиса. Лучшим средством её получить я считаю войну между Силтвельтом и Шилдфриденом. Поскольку нападение со стороны Шилдфридена в сложившейся ситуации невозможно, нужно чтобы Силтвельт сам на нас напал. Напасть он может только пока Герой Щита в отъезде, а Фобрей слаб из-за безвластия. Поэтому нужно его спровоцировать в ближайшие недели.
Нелишен прищурилась. Звучало разумно. Даже слишком, подозрительно разумно для дикаря-полукровки.
— И у тебя есть средство спровоцировать бывших сородичей на нападение в такие короткие сроки?
— Да. Нам нужно устранить силтвельтского кандидата на фобрейский трон. Помимо того, что это будет неприкрытым оскорблением, пощёчиной, которая приведёт их в ярость — это также заставит Джаралиса и парламент думать, что у нас есть надёжный способ восстановить альянс, как только закончится период безвластия. Им придётся действовать на опережение. Ответить симметрично они не смогут, так как своего кандидата мы заблаговременно из Фобрея уберём, предоставив ему политическое убежище.
Нелишен села в своё кресло и крепко задумалась. Не то чтобы она не рассматривала подобный вариант сама раньше, но с Героем Когтя он становился заманчиво реалистичным.
Силтвельт поддерживал в этой гонке Оберина Лансерза, получеловека-змея, известного мастера поединков и ядов, а также заядлого бабника. Он считался первым реальным кандидатом на составление яда, убившего Такта — хотя поскольку сам в это время находился в своей южной провинции и приехал в столицу лишь пару дней назад, непосредственно отравление в любом случае осуществлял кто-то другой.
— Да, его смерти лев нам определённо не простит и начнёт войну. Но как ты планируешь добраться до одного из известнейших наёмных убийц Фобрея и Силтвельта? Наши шпионы и ассасины — на четвёртом месте, хуже нас тайные службы только у Фобрея.
Фобрей мог себе позволить пренебрегать интригами — обладая сильнейшей в мире армией, он все проблемы решал либо прямой военной силой, либо дипломатией, подкреплённой той же военной силой. Нелишен надеялась, что Шилдфриден однажды тоже так сможет, для чего и уложила, фактически, свою страну под Фобрей. Но пока то время явно не наступило, и слабость на фронтах тайной войны продолжала аукаться им не раз и не два.
— Очень просто. Оберин гордится своими навыками дуэлянта не меньше, чем отравителя. Он, конечно, старше, но дерётся в колизеях раз в неделю, а я — каждый день. Так что по числу боёв у нас примерный паритет. Только у меня преимущество в виде Звёздного Оружия. Я вызову его на поединок и убью в честной схватке.
— Ты думаешь, он не поймёт, какие у него шансы против Героя? Новости о твоём Оружии уже разлетаются по всему свету.
— Против начинающего Героя, ещё не успевшего серьёзно развить своё Оружие. Исход боя будут решать мастерство и Мастерство, а о том, что то и другое у нас почти равное, Оберину узнать неоткуда. Я объявил себя Героем, но не афишировал того, что был бойцовым рабом. В Зелтобле я всегда сражался под маской и под псевдонимом, имя Фоура Феона впервые прозвучало именно здесь, в вашей стране, после десятилетней тишины.
— Да, на таких условиях он может принять вызов, так как любит рискнуть и покрасоваться. Возможно, даже если советники из Силтвельта будут его отговаривать. Его брат Доран куда более осторожен, но он остался на юге, а мгновенные разговоры на расстоянии доступны лишь Героям, и то не всем, и не всегда…
— Мне — доступны, — усмехнулся Фоур. — И в обмен на вашу поддержку, Шилдфриден их получит, как и ещё ряд ценных вещей Героя.
— Только вот… Оберин известен как мастер ядов не только за столом и в постели. В поединке он тоже часто использует отравленное оружие — всегда, когда правила это разрешают, и иногда — когда запрещают тоже. Ты уверен, что только начавший развитие Коготь сможет спасти тебя от отравленного лучшими алхимиками копья?
— Что ж, конкретно с Красным Змеем я не сталкивался, но отравители среди моих противников были, в том числе довольно известные. А я недавно нанял весьма талантливого фобрейского алхимика, который поможет мне подготовиться к поединку, зная, чего ждать.
Нелишен перешла из получеловеческого облика в зверочеловеческий и задумчиво дёрнула себя за ус.
— Наши государственные алхимики, конечно, тоже проверят, чего стоит твой наёмник. Но в целом твой план проходит. Только сначала придётся показать себя в другом деле, вероятно менее привычном. Через два дня — третья Волна Шилдфридена. Лично драться на ней тебе не обязательно. А вот телепортировать нашу армию — будешь должен.
— Понял, сделаю. Но я не настолько дурак и трус, чтобы упустить экспу и трофеи с Волны.
— Ты уверена, что справишься одна… ну, даже с помощью этого самозваного Героя? — Спайк выглядел по-настоящему обеспокоенным. — Я не могу прийти тебе на помощь, но ты вполне можешь взять несколько девушек из гарема, они всё равно пока ничем не заняты…
— Уверена, — решительно ответила Нелишен. — Я аотацу и драконья жрица трёхсотого уровня. А главное — я правительница страны зверолюдей. Мы, конечно, не настолько перенаселены, как Силтвельт, но потерю двух-трёх миллионов перенесём вообще безболезненно, а потеря пяти-шести для нас будет лишь неприятностью. До пятой Волны нам беспокоиться не о чем, для нас гораздо опаснее другие страны. Я справлюсь, любимый.
  
— Но что тебе мешает перестраховаться и взять несколько подруг? Если всё будет хорошо, они останутся сидеть в засаде, только и всего… а вот если Волна окажется какой-то нетипичной, то дополнительная огневая мощь не будет лишней.