Герой должен быть (не) один (СИ)
Вальнар мне не понравился. Скользкий тип, полная противоположность Бахаррота, хотя они и принадлежат к одному и тому же виду (и как я позже узнал — являются родственниками). Ему бы стоило змеёй родиться, а не фениксом. Знаете, есть такие люди, которые если пригласят вас на чай, то будут два часа рассуждать именно про чай. Пусть даже за окном разворачивается война богов. Вальнар, конечно, не человек, но он именно из таких.
— Как вам понравился Силтвельт, господин Герой? Не сама местность, там смотреть по сути нечего, — тонкие пальцы феникса коснулись изящного веера. Он вообще был манерным типом — в частности, держал руки на определенном уровне, чтобы кисти всегда сохраняли бледность. — Знаю, что вы интересовались нашей религией. И тем, что суть Щита есть защита. Толковать это, конечно, можно по-разному…
— Это не вопрос интереса, это вопрос необходимости. Без понимания моего Оружия и без союза со жрецами я в равной мере не смогу исполнять свои обязанности Героя. А это означает, ни много ни мало, гибель вашего мира.
— То есть вы всё же за интересы целого мира. Это радует. Мир, знаете ли, многообразен, и правду можно найти только в консенсусе.
И вот так с ним всегда! Он такие беседы может часами вести, ничего толком не сказав! Специально их этому учат, что ли?!
— Большинство силтвельтцев не разделяют ваш космополитизм. Они полагают, что настоящий Герой Щита сосредоточился бы на защите одной страны, максимум — также Шилдфридена и нелюдей в других странах.
— Понимаете, защита — она бывает разная. В том числе и через нападение. Постоянно приходится искать оптимальный путь… потому что есть зверолюди, которые будут чувствовать себя защищёнными, только когда они станут единственной расой в мире.
— Ваш аналог короля Мелромарка? Что ж, такой исход я допускать не намерен. Моя цель — остановить Волны. За этим меня призвали в этот мир. От Волн страдают и люди, и полулюди, и зверолюди, и даже монстры, для которых этот мир уже успел стать родным. Потом, когда Волны закончатся — хоть трижды взаимоистребитесь, это уже не будет моей проблемой. Но пока Волны продолжаются, всякий, кто помешает мне с ними бороться — познает на себе мой гнев.
— Задача Героя, но не монарха. Жаль, что у нас многие не понимают и не разделяют подобный подход.
— На титул монарха я и не претендую. Один раз пытался уже. Результат мне слишком не понравился, чтобы я желал его повторить.
— Занятно. При том что вас хотят видеть сакральным монархом… впрочем, учитывая, какие были Герои, «царствовать, но не править» вполне могут предложить. Ну и вы знаете, что из себя представляет король у нас. Более заинтересованный в работе короля, а не героя, человек или не человек, стал бы смотреть на то, на что похожи другие государи. И брать с них пример. Хотя управлять государством в одиночку, без советников, честно скажу, ноша непосильная.
Как я хорошо понимаю в этот момент Джаралиса. Я с этим крылатым всего пятнадцать минут беседую, а уже хочу его убить, хорошо, что Щит не позволит. А лев вынужден иметь с ним дело чуть ли не всю жизнь.
— Собственно, парламент и создан из-за того, что абсолютная власть… развращает абсолютно. Посмотрите на короля Фобрея. Посмотрите на короля Мелромарка. Это умные люди? Монархия — это лотерея, жребий, в котором выигрывает далеко не всякий…
— Ну положим, в Мелромарке у короля не больше власти, чем у вашего… Насчёт Фобрея, — я не смог сдержать усмешку, — вы про какого из королей? Прошлого или нынешнего?
— Новый особо не успел себя проявить. Занят геройской работой, чего, я так понимаю, следует ждать и от вас.
— Если он не проявил себя так, как старый, это уже достижение. И да, я не собираюсь никому из вас помогать во внутренних разборках. Дело не в том, что я кого-то считаю правым или виноватым, а в том, что у меня просто нет на это времени.
На самом деле я слегка… ну, не то чтобы врал, но преувеличивал. Где-то внутри меня точил червячок искушения попробовать настоящей царской власти. Всего того, чего не досталось в смертной жизни. Умом-то я прекрасно понимал, что это абсурдно, и ничего, кроме новых хлопот, не даст. Не то время, не то место… но желание вкусить запретного плода от этого слабее не становилось. Хорошо ещё, что потомки выдумали меня с таким острым чувством долга.
— Отлично. По крайней мере буду знать, что наш народ может рассчитывать на вашу защиту, — понимающе кивнул Вальнар. — Многих Героев прошлого власть сводила с ума… и оказавшись у власти, они творили странные, страшные вещи. Нужна система сдержек и противовесов.
Незнакомое мне выражение я понял по контексту.
— Зверолюди — не одна раса. У нас есть разделение на простолюдинов и аристократию, в частности. У всех их разные интересы. Партия войны, конечно, может и рада завоевать все человеческие народы, пользуясь поддержкой Героя Щита, да вот беда… после этого начнут искать врагов внутри общества. Один из Героев прошлого употребил для этого слова «популяционная динамика». Поясняю — зверолюди быстро размножаются. Нам надо искать выход или во внешней агрессии, или резать друг друга потому, что у кого-то панцирь, а у кого-то крылья. Вот такие вот дела, господин Герой.
— Что характерно, Джаралис говорил мне о том же. Что у вас каждые десять лет начинается дискуссия — устроить очередную резню с Шилдфриденом, которая гарантированно кончится ничьей, или в союзе с ним идти воевать одно из человеческих государств.
— Это было до Волн. Шилдфриден экономически более завязан на торговлю с человеческими государствами, и зачастую в схожей ситуации рассматривал вариант блокирования с ними… Я надеюсь, что благодаря вам мы снова увидим, что такое «мир без Волн».
— Если предыдущие Герои справлялись, то думаю, и мы справимся. Лишь бы нам не мешали. Но вы понимаете, что именно благодаря вашему парламентаризму Джаралис смог возвыситься и усиленно толкать ваш народ к войне?
— Понимаю, но проблема не в парламентаризме как в целом. Джаралис — простолюдин, не очень довольный положением кланов аристократов. Для него война — это нормальный социальный лифт. Особенно после дискредитации клана Хакуко, к которому он приложил руку. Вы слышали об этой истории?
— Да, от некоторых моих любовниц. Что Четыре Семейства — это сейчас фактически три, поскольку белых тигров осталось мало и к ним никто не прислушивается. Но вот что к их падению причастен Джаралис — впервые слышу. В основном говорят, что они просто неудачно воевали и потеряли слишком много людей, особенно значимых.
— Он очень хорошо выиграл как генерал на испорченной репутации наследника клана. Там была интрижка со слепой человеческой аристократкой, о которой я не знаю подробностей. В итоге наследник оказался опозорен, вдобавок наплодил полукровок, а Джаралис в той же войне завоевал славу и репутацию. У других кланов таких уязвимостей особо нет. По крайней мере нет порочащих связей, в которых замешаны знатные вельможи и которые позволяют говорить об испорченности аристократов.
— Поэтому он хочет подорвать саму систему власти кланов?
— В целом да. Его можно в чём-то понять, армия для простолюдинов самый быстрый способ набора уровней, среди аристократов «переростков» куда меньший процент. Это не может не сказываться на мышлении нации.
Да уж, когда я мечтал стать царём, я совершенно не думал о том, что мои подданные могут оказаться чем-то средним между кентаврами и сатирами. Хотя сам, с точки зрения некоторых сочинителей, недалеко от этой публики ушёл.
— Потому что аристократы куда реже вступают в армию на боевых должностях? Или они это делают уже после совершеннолетия? Или следят за количеством убийств в день, чтобы не набрать больше одного уровня в день?
— Какой толк от уровня самого по себе, если к нему не прилагаются очки мастерства? Второй и первый варианты предпочтительны. Вся парадигма аристократического воспитания именно на это и направлена. А когда тело взрослое, а мозг детский…