Герой должен быть (не) один (СИ)

Которому запреты нипочём,
Готовься к битве, мой безмолвный рыцарь,
Разить врага невидимым мечом.
Оттуда же, «Песня принцессы Альбины».
Сэйбер, Герой Меча:
Всё-таки талант военачальника не пропьёшь. Интуиция у моего Мастера всё ещё не хуже, чем в дни войны. Учуял, что после возвращения из Фобрея жена ему устроит порядочную головомойку — и вовремя смылся приключаться, заодно прихватив с собой любимую дочку. Уверена, за то время, пока Мирелия успеет остыть — он как раз наберёт сотый уровень, да и Мелти подтянет до пятидесятого минимум. И урона чести здесь нет, потому что гнев любимой женщины — единственная вещь, которой взрослому воителю разрешено бояться. По понятиям Мелромарка, конечно же.
  
Мне было куда сложнее — пришлось иметь с ней дело лично.
— К сожалению, Ваше Величество, без вас дела пошли не так гладко, как хотелось бы. Хотя бы потому, что влияние Церкви Трёх выросло до состояния, когда ваша роль низведена до… ну, я бы не назвала это декоративной мебелью, но это близко к тому. Вашу партию возглавляли наместник Сеавет и его кузен… а после их гибели оказалось, что и партии как таковой не существует, и консорт для будущей наследницы будет безропотно принят после его назначения Церковью Трёх… а все созданные вами структуры оказались прямо или косвенно взяты под контроль Церковью. Скажите, что я упускаю?
— И как исправить ситуацию? — Мирелия улыбнулась одними уголками губ. Лицо было бесстрастной фарфоровой маской. Впрочем, женщине её положения иное и не положено.
— Я не могу потушить пожар, не зная, где находится источник возгорания. Партии Церкви легко заигрывать с патриотическими лозунгами после того как, скажем, поступок клана Айвиред стал известен.
Я не стала пользоваться термином «предательство», потому что понимала отношение королевы к этой семье. С другой стороны, явных обвинений в ксенофилии королеве пока не предъявляли — законы об оскорблении величества в Мелромарке существовали. Но поднять бунт под лозунгами таковых это Церкви не мешало.
— И кстати… сейчас, когда во главе провинций, где требуют сменить управление, оказались молодые девушки… не готовится ли Церковь подбирать консорта для оных. Кстати, ваш муж, будь у него хоть капля политических амбиций, мог бы воспользоваться этим. Ведь после смены власти в Фобрее много младших принцев из ветви Лансерз оказались на бобах, а статус наместника-консорта, пусть и в относительно слаборазвитой стране, это лучше, чем статус «никто и звать никак».
— Если бы эти претензии мне выдвинул обычный Герой, я бы, вероятно, смогла дать ответы, которые его удовлетворят. Но я говорила с господином Арчером о связи Мастер-Слуга, да и мои маги кое-что исследовали. То, что я вам скажу, мой супруг может увидеть во сне… или заставить вас выдать Командным Заклинанием.
— Меня устроит, если вы напишете ответы на бумаге, положите в конверт и передадите господину Арчеру. Я прочту его обезличенную аналитику… и буду принимать решения, исходя из неё. В обезличенном формате, полагаю, там будут данные, которые и вашему супругу полезно бы знать. В воспитательных целях.
«Она реально боится, что муж будет играть против неё? При таком развале её партии подобное не случилось по одной простой причине, которая вряд ли поменяется от королевского признания — Его Величеству лень».
Через минут десять ко мне в самом деле подошёл Арчер. С ним работать — это отдельное испытание. Он постоянно норовит видеть во мне не рыцаря, а девушку, требующую помощи. Это лестно, но мешает! Нет, он не липнет ко мне так, как лип Широ, эта часть наших отношений в прошлом… Хотелось бы надеяться. Но всё же он полагает, что как мой бывший, несёт за меня особую ответственность. И при первой возможности норовит что-то «исправить» или «улучшить» в моих делах, причём не спрашивая моего мнения и зачастую даже без ведома.
— В общем, тут такая неприятная ситуация…
— Я в курсе, что она неприятная, потому и затеяла этот разговор. Давай уже по делу.
— Если кратко, то королева и Церковь сейчас играют в состязание нервов. Кто дёрнется первым — умрёт. У Мирелии достаточно сил, чтобы расформировать Церковь, у Церкви — чтобы убить Мирелию. Но если одна из сторон сделает это без ясно обозначенного повода — её добьёт как минимум Олткрей, который равно уважает Церковь и любит жену. За «мученицу Мирелию» вмешаются ещё и страны зверолюдей, а за «гонимых слуг истинной веры» — народ Мелромарка. Поэтому каждой стороне сейчас отчаянно нужно, чтобы вторая оступилась.
— А зачем расформировывать то, что можно реформировать? Я понимаю, что подобное «расформировать с концами» в моём духе, но не понимаю, почему Мирелия не может найти симпатизирующих её взглядам епископов. Не можешь предотвратить — возглавь.
Немного моей лени… в том, что я не слишком хорошо изучила потенциального врага, в смысле, принципы отбора местного духовенства. Секуляризировать монастыри, как делали некоторые мои потомки на Земле, смысла не было — а вот найти более симпатичного и менее склонного к стяжательству мирскому вроде завязывания на себя системы связи и перехвата разведки князя Церкви было бы полезно. Не могло быть, чтобы у партии королевы не было никаких мыслей в этом направлении! Всегда существует голодное до денег и земель духовенство второй линии, которое можно — и нужно — привлечь, учитывая стяжательство, которым заняты нынешние высшие церковные чины. Собственно, а зачем им такие средства? «В гроб с собой не заберешь», а Церковь долго и последовательно старалась установить контроль над экономическими активами.
— Дело в том, что это… не Церковь в нашем понимании, — пояснил Арчер. — То есть отправлением культовых обрядов они, конечно, тоже занимаются, тут не подкопаешься, но по своей структуре все Церкви этого мира больше напоминают скорее закрытые спецслужбы. Там все признаки — глубокая многоуровневая фильтрация, промывка мозгов, устранение всех, кто вызвал хоть какое-то подозрение. Ассамблея Восьмого Таинства или там Похоронное Агентство — кучка раздолбаев по сравнению с ними.
— Погоди, в каждой стране существуют такие вот «закрытые спецслужбы», как ты выражаешься, со своей иерархией, своими связями и методами управления, а светские власти знают обо всём этом и ничего не делают? Кроме тех случаев, когда церковники прямо переходят им дорогу? Что-то не верится…
При таких раскладах не то странно, что Балмус пытается в Мелромарке теократию построить — странно, что до него никто не пытался. Да и сама иерархия слишком напоказ для чего-то тайного. При таком раскладе такая структура может быть либо сколь угодно догматична в плане доктрины, но допускать разногласия членов по… светским вопросам типа накопления денег и артефактов. Либо наоборот — быть жесткой структурой с четко выстроенной вертикалью, где промывка мозгов направлена на подчинение лидеру, а догматические ереси считаются нормой. Второе нормально для тайных обществ, но не является чем-то, что любая здравомыслящая страна будет терпеть как общепринятый институт.
— Ну, насколько я успел понять… всё началось с Церкви Четырёх. Она была создана Героями, а с Героями спорить не принято. Потом, когда пришли новые Герои, было немного не до того, а когда и они ушли, и стало ясно, что новые поколения таковых не намерены Церковь прикрывать, она уже так укрепилась, что… выкосить её было в принципе можно, но себе дороже. Пользу она приносила, в политику не лезла… Потом уже от неё отделились еретики разного рода — вначале Церковь Щита, а несколькими веками позже — Церковь Трёх. Они были созданы по образцу своей прародительницы, но ярко выражено под текущие политические запросы.
  
— То есть политический клуб по интересам? Тогда они должны были ставить себе задачу либо подчинить себе политическую систему, страны, либо вариант один.