Наследный принц (СИ)

Потом, одно за другим, засветились окна в спальных покоях. Видимо, кое-кто из свиты княжны достаточно устал за день, чтобы уже отправляться спать. Вспомнив, что и он не собирался гулять допоздна, кронпринц встал с валуна и широким шагом направился в Принценхауз. Там его уже ждал ужин. И, наверняка, слуги уже успели нагреть воды, чтобы наполнить огромную дубовую ванну. Отдельных купален здесь не было, так как особняк строился по образцу большинства господский домов средней руки.
А на следующее утро, сразу после завтрака, Генрих отправил одного из своих людей следить за замковым садом. А еще передал записку в замок через управляющего. Пусть там ненавязчиво намекнут старшей даме из вендской делегации, что княжна должна сегодня особенно сиять. Пора было начинать осаду вендской крепости. И Генрих очень сомневался, что ему когда-нибудь простят, застань он при первой встрече Либуше врасплох. Нельзя сказать, что такая мысль не возникала, но принц на то и принц, чтобы уметь успешно бороться с искушениями. Внимательно оглядев себя в зеркало и весело хмыкнув, Генрих отправился в разведку боем.
В замковый сад он вошел через неприметную калитку для садовника, скрытую в зарослях. Там, где пологий холм переходил в довольно крутой холм, Их Величества велели насадить ягодники. В частности, потайная калитка была хорошо спрятана зарослями бузины. Неприхотливый куст отлично разросся, скрывая переход между поместьем Принценхауз и, собственно, замком, а, заодно, снабжая замковую кухню сырьем для пирогов, ликера и целебного чая.
Пройдя еще немного вверх по склону, кронпринц увидел княжну. Окруженная стайкой девушек, Либуше гуляла по розарию королевы Арианы. Надо отдать должное сопровождающей, она проследила, чтобы княжна заметно выделялась среди остальных девушек. Одета, вроде, неброско, но перепутать невозможно. Отметив про себя не забыть позже поблагодарить «союзницу», Генрих вышел на открытое пространство и двинулся в сторону гуляющих.
Краем глаза он отметил, как напрягся вендский воин из сопровождения княжны. Официально, с момента пересечения пограничного моста все заботы о безопасности высокой гостьи становились заботой исключительно принимающей стороны. Но Любомир не был бы Любомиром, отпусти он дочку просто так. Поэтому, пара бравых ребят, что маячили в свите, делая вид, будто сильно увлечены подружками княжны, никого не обманули.
Предположение, а, скорее, уверенность, кронпринца подтверждало и то, как расслабился венд, получив сигнал от люнборгского товарища. «Спелись» — мысленно усмехнулся Генрих. Но пока обе гвардии делали одно дело — защищали его невесту, большого греха он в этом не видел. Пусть лучше вместе следят за княжной, чем из-за своих склок упустят что-то важное.
Приветливо кинув как своим ребятам, так и Любомировым, кронпринц направился к дамам. Те уже заметили незнакомца и теперь напряженно ожидали, кем окажется неожиданный гость.
— Генрих фон Люнборг, — представился кронпринц неофициально, для полных титулов еще придет время. — Дамы, раз приветствовать вас в нашем королевстве! Благополучно ли добрались?
Старшая из дам, как и подозревал Генрих, ею оказалась упомянутая уже сестра князя Любомира, представила ему княжну, а потом и ее подружек. Завязался ничего не значащий разговор. Дамы, конечно же, добрались отлично. Разместились еще лучше. Всем довольны и за все благодарны.
Отвечая какую-то чушь на ответные расспросы, кронпринц внимательно следил за реакцией девушек. По иронии судьбы, и Генрих сам прекрасно это знал, он считался самым некрасивым из братьев. Однако, пару откровенно восхищенно взглядов ему все же удалось поймать. Не сказать, чтобы эти взгляды позволяли питать какие-либо надежды, но приятно же. Остальные глаза выдавали разные эмоции, от полного равнодушия до внимательной заинтересованности. Но принца волновала, в первую очередь, реакция невесты.
Увиденное не порадовало. На лице княжны, казалось, намертво приклеилась приветливая маска. А вот в глазах была пустота. Словно вся жизнь ушла из них в момент знакомства. Девушка кивала в нужных местах, спрашивала о чем-то, но опытный глаз видел, что она всего лишь старательно следует этикету. В конце концов, так он и сам умел, возможно, немного даже лучше.
  
Поговорив еще немного и предупредив княжну, что на следующей неделе Ее Величество королева планирует посетить летний дворец, чтобы поближе познакомиться и обсудить свадебные приготовления, кронпринц поспешил откланяться. Этот раунд остался за княжной. Ну что ж, проигрывать он тоже умел. Одно сражение — еще не война, а у них впереди целая жизнь.
Вернувшись в особняк, Генрих постарался не забивать себе голову лишними мыслями. Брать с собой служебные бумаги строго настрого запретил король, боясь, что сын вместо ухаживаний за невестой снова закопается в работу. Поэтому принцу ничего не оставалось, как подыскать себе какое-нибудь занятие. На рыбалку выходить уже было поздно, рыбаки как раз возвращались с озера. Поэтому Генрих не придумал ничего лучше, чем устроить конную прогулку.
Когда вечером, уставший и запыленный, Генрих возвращался в поместье, он сожалел только об одном: что ему, как и всем братьям, достался именно отцовский огненный дар. Водник или, на худой конец, земляник пригодились бы сегодня намного больше, но и огневику нашлась работа в деревенской кузнице. И вообще, день получился гораздо лучше, чем можно было ожидать, судя по его началу.
Не став снова гонять слуг, кронпринц в сопровождении охраны опять спустился к озеру. Туда, где прикрытая мысом от любопытных дамских глаз, пряталась небольшая купальня. Вода в озере, несмотря на теплую погоду, была холодной. Вынырнув, Генрих отфыркался размашисто поплыл вдоль берега, наслаждаясь каждым движением.
Отплыв немного, повернул обратно. Над озером постепенно начинали сгущаться сумерки, а Генрих слишком давно не позволял себе длительных отпусков в Принценхауз. Не хотелось бы в темноте угодить в течение, о котором он не знает или забыл. Осенние и зимние шторма постоянно меняли рельеф берега, создавая новые мели, течения и омуты. Выбравшись на мостки, принц с благодарностью принял полотенце, поданное одним из охранников.
Растершись и одевшись, Генрих предложил ребятам тоже освежиться. Но те ответили, что лучше сначала сдадут смену. Понятливо кивнув, кронпринц не стал тянуть, отправившись в дом, где его уже ждали ужин и последние новости. Там, сменив охрану и отпустив тех, кто сопровождал его целый день, Генрих устроился на балконе, любуясь видом. Вот теперь можно и подумать о завтра.
* * *
Кронпринц не знал, что в замке Либуше сейчас точно также прикипела взглядом к озеру. Пани Мерана уже несколько раз пробовала зазвать княжну в комнаты. Балкон, хоть и широкий, продувался всеми ветрами. Застудится перед свадьбой, князь со всей свиты голову снимет, что не уследили. Но княжна уперлась, что ей не холодно и все тут. И так и осталась сидеть, позволяя ветру играть выбившимися из косы прядями.
Не вытерпев, Мерана позвала Добыславу. Поначалу они с воеводиной косились друг на друга, выясняя, кто из них главнее в невестиной свите. Мерана, вроде, и старше, и роду не хуже, и муж ее покойный князю Любомиру в столице служил, а не по захолустьям. Но Добыслава, хоть почти и не появлялась в Любице, все равно оставалась князю сестрой. Ну вот как тут быть?
В конце концов, почтенная женщина рассудила, что делить им нечего. Рано или поздно Добыслава со своим воеводой уедут, ведь у них дома и граница, и воеводство, и дети малые. А она — пани Мерана — останется с княжной по велению князя: утешить, присмотреть, посоветовать… Так стоит ли ссориться из-за какого-то месяца? Вот и сейчас, вместо того, чтобы мучиться самой, выясняя, какая муха укусила покладистую, в общем-то, княжну, Мерана велела звать воеводину. Пусть сама родню увещевает.
Добыслава как раз шепталась с мужем когда за ней прислали.
— Что, не глянулся нашей княжне заксонский крулевич? — С тревогой спрашивал Богувер.