Йера для командора (СИ)

Я закусываю губу и представляю свою силу в виде руки, которой тянусь к Ротору. Неожиданно из моей световой ладони выскакивает шарик. Он похож на семечку, которая летит под толстую стену защиты барсийца. Прямо на моих глазах она прорастает в щите, делая сначала маленькую трещину, а потом расширяя ее все больше и больше.
Такого у меня ни разу не было. Обычно я ментально касаюсь щита и проникаю сквозь него, как сквозь трясину. Но тут совсем другая ситуация.
  
И когда стена трескается от низа до верха, меня резко вышвыривает из ментала Ротора.
Туман рассеивается. Я вижу желтые глаза. Они пылают.
Взгляд Ротора - буря и безумие. В нем столько намешано, что я не могу понять, что он чувствует.
- Пошла вон, - угрожающе тихо говорит он.
Гонит прочь.
Но я не могу уйти.
Молчу. Упрямо смотрю на него. В моем рту больше нет его пальца, и его руки нет вокруг моей талии.
- Я пригожусь вашей команде, - говорю я, глядя словно сквозь командоса.
- Если ты останешься, я буду иметь тебя каждый день, - говорит он с угрозой, и мое тело покрывается мурашками.
Пугает? Не поведусь.
Ничего не слышу, ничего не вижу.
Барсийцы не спят с землянками.
Мне надо только улететь, и все будет в порядке. Поэтому я перетерплю унижения, но выживу, получу свободу.
Я вскидываю вверх подбородок, смотрю прямо на Ротора.
- Остаешься? - спрашивает он.
- Да, командир, - стараюсь говорить как можно сдержанней.
Ротор резко отходит, проходит мимо шеренги барсийцев и командует:
- Готовимся к взлету. Все на места.
Он проходит мимо меня, останавливается и поворачивает голову. Протягивает мне ключ-карту:
- Каюта и должность ваши, госпожа Наяна Велес.
Я сглатываю.
Слухи же не врут? Барсийцы никогда не дотронутся до землянок, ведь так?
***
Моя каюта маленькая, словно каморка под лестницей. Здесь только все необходимое: узкая кровать, стол, стул, комод, санитарная зона с туалетом и нанодушем.
По сравнению с моей комнатой дома просто коробка, но я не жалуюсь. Мне надо всего лишь долететь до любой остановки, и я подам заявление на увольнение и получу свободу.
А то, что сказал командир - выкину из головы. Он шутил. Точно шутил.
Менталисты нужны каждой военной команде на случай психического воздействия во время боя. Я могу как убрать щиты вокруг разума, так и поставить блок. Ведь не каждый военный имеет такую защиту, как у Ротора. Такие щиты, как у него - дичайшая редкость.
И да, я могу пробить и их.
Наверное, только это убедило его оставить ненавистную землянку в составе команды. Это, и мой золотой диплом менталиста с кучей побед в олимпиадах.
У двери раздается писк - это робот-помощник привез мой чемодан из багажного отсека. Я открываю дверь, забираю свою спортивную сумку, которую схватила наскоро, и разбираю вещи.
Светило, сколько же я сюда покидала ненужного хлама! Просто на все сезоны, но где же белье? Я что, взяла всего двое трусов? Зато теплую куртку впихнула. Вот голова - два уха.
Но не мудрено. Я в такой панике собирала вещи из отеля, в котором мы два месяца жили с мачехой, что хорошо, что не забыла документы и деньги. Это главное.
Если бы я не подслушала разговор, случилась бы беда.
Наверное, сейчас Миная рвет свои черные волосы до проплешин и мечется по космопорту. И врет моему дяде по коммуникатору с три танкера, что со мной все в порядке. Одному ему есть до меня дело, и то - на отдалении. Он - военный министр на Лагроде, и у него адова куча дел.
Я смотрю в крохотное окно на бескрайний космос, радуясь, что сегодня вечером по мне не будут ползать восемь рук.
У меня получилось - это главное.
Таб на столе пищит сообщением от руководства. Ого, мне уже пришел распорядок дня, штатное расписание и личный рабочий график!
И начинаю я работать через… сколько?
Десять минут? Серьезно?
Изверг, а не командир!
И что на повестке дня?
“ Мониторинг команды ” - читаю я. 
Что ж. Это будет интересно. Поработаю, пока летим. Мне же будет выгодно, если у нас с командой и Ротором сложатся хорошие отношения. Это значит, что нужно выложится по полной.
Мне очень интересно изучить ментал барсийцев. Говорят, они лучшие воины в галактике.
Зал номер два стоял в расписании как место проведение мониторинга. Именно поэтому я прошу голосового помощника корабля скинуть мне схему помещений на коммуникатор. Изучаю ее и понимаю, что нужно идти прямо сейчас, чтобы прийти перед пациентом, а не после.
Я смотрюсь в зеркало перед выходом. Форма на мне сидит безупречно. На мой вкус слишком в облипку и вызывающе, но новейшая ткань комбинезонов всегда обтягивает фигуру. Зато она дышит, защищает от перепадов температур и вредной окружающей среды.
Но что у меня за лихорадочный румянец? А блеск в глазах? Не очень-то профессионально выглядит. Я сейчас тяну лет на восемнадцать, когда как мне двадцать три, между прочим. И я хочу выглядеть профи, а не неумехой.
Я на несколько секунд закрываю глаза и делаю два упражнения из дыхательной гимнастики.
Вот, другое дело! Теперь я больше похожа на себя.
Еще сплету пепельные волосы в высокий хвост, чтобы добавить строгости образу. Бросаю еще один взгляд в зеркало и сама себе киваю.
Вот теперь я готова к работе!
Пока иду по коридорам крейсера, думаю о том, что все к лучшему. Если бы не эта ситуация, то я бы никогда не выбралась из-под влияния мачехи. Она всегда говорила, что моя сила очень опасна, и я должна найти себя в другом. Что должна быть рядом с ней, чтобы не случилось беды.
Теперь мне абсолютно ясно, что она нагло врала!
После смерти отца она встала у руля компании и уверяла, что я, как истинная дочь, должна работать только в семейном бизнесе. Из-за нее я отказалась от трех выгодных предложений после университета, потому что верила, что действительно помогу делу, на которое отец жизнь свою положил. Отсеивала ненадежных в психическом плане инвесторов, настраивала на соглашение надежных.
Я и не думала, что Миная хочет выгодно меня продать на уродской дальней планете. Вот до чего доводит жажда наследства!
Теперь я ощущаю, что меня больше не держит никакое чувство долга. Это отец был ко мне добр и катал на шее. Но теперь его нет. И его логистический бизнес изменился. Мне давно нужно перестать жить прошлым и трезво взглянуть на настоящее.
Больше у меня нет больших денег, но по-прежнему есть невероятная ментальная сила. Я стану ценным и высокооплачиваемым специалистом.
Именно с таким настроем я вхожу в зал номер два и замираю на пороге.
Это точно комната для ментальных практик?
Да это же зимний сад на крейсере!
Столько зелени: высокие деревья в кадках, лианы по стенам, зеленый ковер под ногами.
Это же сколько ресурсов жрет поддержание здесь жизни!
У всех барсийцев есть такие зеленые зоны? Даже интересно.
Взгляд падает на высокие военные сапоги у двери. Похоже, здесь снимают обувь.
Первый член команды уже здесь. И у него здоровенный размер ноги. Впрочем, барсийцы, вообще, очень крупные мужчины с развитым телосложением. Настоящие атлеты. Ротор, например, в высоту больше двух метров. Я со своим метро семьдесят чувствую рядом с ним себя крошкой, что бывает редко.
Я снимаю свои военные сапоги, ставлю рядом с большой обувью клиента. Моя обувь кажется такой крохотной в сравнении с его, что я на миг зависаю от контраста.
Прохожу по зеленому ковру зелени, наслаждаясь каждым шагом. Это чистый кайф! Как я давно не ощущала этого. Года три? Все спешила куда-то, бежала, не могла найти минуты для такого простого дела - пройти пешком по траве.
И где я это сделала? На военном крейсере! С ума сойти.
Но нужно найти моего первого “пациента”.
Я иду вперед, миную поворот и останавливаюсь от прямого взгляда командира крейсера.
Ротор сидит на краю кресла, опершись локтями на колени и подавшись вперед. Он словно готов вскочить и кинуться ко мне в любой момент, если я соберусь уйти.