Темный контракт. Том 4 (СИ)

Не прошло и тридцати секунд, как девушка уже находилась в полуквартале от больницы, на высоте двадцать третьего этажа, оставив за собой след разрушений, как после небольшой войны. Но Юлию это не волновало, когда она ворвалась в закрытый на ремонт офис, откуда по её расчётам был произведён выстрел.
Но преступника на месте уже не было. Ничего не было!
— Юлия, ты где? — звонок пришёл не на коммуникатор, а сразу в сознание Юлии.
Ей не требовалась большая часть технических ухищрений, но Артур старался быть вежливым и всегда обращался с ней как с человеком. Когда мог…
— На месте преступления. Ищу цель.
Пока сообщения было отправлено, синт успела отсканировать помещения в нескольких спектрах. Киллер мог укрыться за магией… но следов изменения магического фона не наблюдалось. А вот тепловая сигнатура присутствовала. Хотя и очень быстро распадалась. Но Юлия успела вовремя.
Удар рукой пробил стенку из гипсокартона и ухватил за шею человека, который вздумал спрятаться в нише, экранированной от сканирования. От обычных средств проверки охранников, что наверняка будут прочёсывать здание, отреагировав на выстрелы — это бы наверняка спасло. Но не от разъярённого синта.
Рывок и телом киллера синт разворотила гипсокартонную стену, подняв облако пыли. А следом за телом из тайника выпала и снайперская винтовка.
— Не вздумай убивать, когда найдёшь, — распоряжение брата пришло ровно за миг до того, как пальцы синта должны были смять в кровавый фарш гортань наглого преступника. — Он нам ещё нужен. Мы должны выяснить, кто его послал!
Порыв ярости начал спадать. И девушка тут же просчитала всё последствия чуть не совершённого глупого поступка. Более того, она уже просчитывала, как теперь убраться после поимки преступника. Высока вероятность, что если её найдут в таком состоянии, то не оценят её разрушительные порывы.
— Я его взяла. Что мне делать? — Юлия имела больше полудюжины вариантов решения проблемы, но решила уточнить мнение брата.
— Уходи. На одну из наших баз, — чётко выдал Артур. — Сейчас я должен заняться делами, но к завтрашнему утру цель должна быть готова рассказать всё, что знает! Но без излишнего членовредительства, — последние слова брат выделил особо. — Утром доставят импланты и наш гость должен «добровольно» стать донором для Елены. Всё понятно?
— Да, — выдохнула она.
К этому моменту пыль опала, и девушка увидела лицо киллера. Анализ личности сработал мгновенно и практически автоматически. И когда синт понял, кто перед ним, то стало очевидно — заказчика можно не искать. Более того, мотив преступника очевиден…
Но хуже всего было другое: брату знать о личности убийцы не стоит… по крайне мере, не сейчас. Это может очень сильно его надломить.
Вот только и отступить от пожелания брата Юлия не могла! Не сейчас.
* * *
Я был в ярости. В той самой тихой ярости, когда готов не просто убивать. А делать это долго и очень жестоко. И мою ярость ничуть не успокаивали новости о том, что Юля поймала наглого киллера. Мне было плевать на эту ничего не значащую пешку.
Но меня буквально физически корёжило от того, что я не мог быть рядом с Еленой и никак не мог облегчить её боль. Вместо этого я должен лететь во флаере на встречу с Послом Адрианом и наёмниками, дабы помочь в выполнении контракта.
Контракт превыше всего, будь он проклят!
Флаер тем временем приземлился на небольшой полянке в паре десятков километров за городом. Одинокая сторожка в лесу… Хотя, как сторожка? Двухэтажный дом со всеми удобствами. Вокруг которого почти с десяток флаеров и десятка три или четыре бойцов «Прохвостов». Однако если не знать об этом месте, то его точно не найти.
Всё же когда готовишь заговор, то стоит позаботиться о собственной безопасности. Ну ничего, мне в этой дыре сидеть недолго. Так или иначе, к ночи всё решится. А завтра утром я вернусь к Елене и уже ничто не отвлечёт меня от неё.
— Не думали, что ты уже прибудешь, — встречала меня у флаера самолично Кицуне.
— Думали, меня уже убили? Или надеялись, что я не буду мешаться с вашим «гениальным планом»? — даже и не удосужился я включить режим вежливости и, не обернувшись к азиатке, двинулся к бревенчатому дому.
 
Я был слишком в большом раздрае, чтобы сдерживаться.
— Просто весь Питер знает, что ты крайне бережно относишься к своим друзьям и слугам. И я не говорю о семье. Все ожили, что сейчас ты весь город поднимешь на уши, ища мести, и пустишь много крови.
— Я человек законопослушный, так что линчеванием не занимаюсь. Расследование уже началось, и я буду его всячески поддерживать, но в рамках закона. И не более!
Ага, так я тебе и начну рассказывать, что планирую. Обойдёшься! Мне не нужно, чтобы когда найдут трупы моих врагов, то ко мне были лишние вопросы. А слухи? Слухи пусть ползут… Я и сам не побрезгую их распустить и усилить, просто доведу их до нужного мне направления.
Веранда. Небольшой коридор, пахнущий деревом и смолой. Несколько поворотов и наконец небольшая дверь в кабинет. Я без стука её открыл, входя в помещение, где над большим деревянным столом в задумчивости стоял Адриан Рувье.
После смерти сына Рувье очень сильно изменился. Если в первый месяц он постарел и очень сильно осунулся, даже похудел почти вдвое, то после привлечения в наш небольшой клуб по интересам, посол получил новую цель и смысл жизни. И заматерел буквально на глазах, превратившись в мрачного старика.
Стоило мне подойти, как он одарил меня лишь коротким взглядом и бесстрастно кивнул. Я ответил зеркально и присоединился к изучению данных на столе.
А стол, над которым он стоял, стоил отдельного внимания: множество архитектурных чертежей, графиков различной степени сложности и вырезки из информационных статей. Если не знать, к чему всё это относится, то можно и запутаться.
— Цели воздействия остаются те же? — обернулся я к подошедшей Кицуне.
— Нет. Вместо пяти точек, из-за смещения сроков мы сможем атаковать только три, — наёмница выделила три маркера на общей карте города. — Каждый из нас будет руководить своей группой. Передовые отряды уже выдвинулись. Хакеры проводят проверку систем. Однако из-за уменьшения числа целей, силовая поддержка будет увеличена. Главное, чтобы данные по охране оказались верные.
— Они верные, — не поднимая глаз ответил Рувье. — Можешь даже не сомневаться.
Данная операция была инициирована и практически полностью спланирована послом, потому все данные были по большей части от него. Мы с «Прохвостами» выступали по большей части как усиление и небольшой контроль от Суворовых.
Вот только то, что являлось для посла местью, для участников заговора — шагом в разрушении репутации Расстригина, то для меня должно стать частью одной из сделок.
  
Глава 6
 
Какой максимально эффективный удар по репутации и благосостоянию Расстригина можно нанести? Честно говоря, вариантов не так уж и мало. Расстригин либо владеет, либо участвует в управлении больше, чем в нескольких десятков предприятий. От мелких, почти местечковых, до огромных конгломератов, которые присутствовали в десятках стран мира.
Именно последние стали нашей целью.
Во-первых, репутация мирового уровня. Во-вторых, здесь крутятся максимальные суммы. И в-третьих, часть этих конгломератов работают также и с Британской империей — следовательно, через Рувье мы могли получить доступ к части внутренних систем охраны данных предприятий.
Это стало основой для плана.
Три флаера с разгону протаранили прозрачные стены первого этажа высотки в Питере, где располагался главный офис инновационного центра «Визир». Да-да, того самого, инсайдерскую информацию о котором я пообещал корпорантам. И, разумеется, это было не случайно. Ну, может, самую капельку.
Несмотря на всю прочность стеклянных панелей, они не выдержали давления и разлетелись на осколки. Из флаеров тут же высыпалось не меньше двух дюжин бойцов в масках, что буквально выкосили немногочисленных охранников, находившихся в фойе. Безусловно, огонь вёлся игольниками со снотворным, но тела падали, словно замертво. Кроме того под их огонь попали и камеры с датчиками, о расположении которых мы точно знали из предоставленных данных.