Темный контракт. Том 4 (СИ)

— Почему я?
— А это мой дар тебе… И испытание…
Я не могу без контракта влиять на чужие души. Но у всего есть исключения и нюансы… Например, я могу уничтожать более слабые души. И точно так же, силой я могу вторгнуться в чужие души, пусть и с помощью ритуала! А уж если на моей стороне тень, чьих возможностей я до сих пор не знаю…
Короткий жест и, прорвав иллюзорные небеса внутреннего мира, появился метеорит. Десяток секунд мы наблюдали за крайне ярким падением пламенного болида. А затем тело упало с грохотом на землю, подняв клубы пыли.
Пока пыль не рассеялась, я жестом руки сотворил несколько рун «цепей» — мне не нужны импульсивные выходки гостей. Потому, когда пыль осела, в кратере, на коленях, с руками, распятыми цепями в разные стороны, стоял мужчина и буквально рычал…
— Ты! — ярко-красные от ярости и безумия глаза сосредоточились на мне. — Что ты сделал со мной, тварь⁈ Где я? Твои уловки тебе не помогут! Я всё равно уничтожу тебя! Ты заплатишь за смерть моей дочери!
— Папа? — с невыразимой смесью ужаса и недоверия прошептала одними губами Мария.
Да, это был отец Марии. Слуга рода Суворовых без амбиций и желаний, как некогда описывала его сама девушка. Вот только как выяснилось, имелось то, что заставляло старика действовать: любовь к дочери. Именно ради неё он верно служил. Именно ради неё он был готов на всё.
И когда она погибла при поездке в аномальную зону вместе со мной, то старик бросил Суворовых и посвятил всего себя подготовки мести мне.
Юлии, пусть не без труда, но удалось выяснить историю старика-отца за эти пару месяцев.
— Что это за дрянь? — бросив на Марию лишь мимолётный взгляд, вновь зарычал старик, тряся цепями, из которых не мог выбраться. — Запутать меня хочешь? Не получится! Я знаю все эти ваши магические уловки! Ты меня не проведёшь!
— Папа, это я… — попыталась вновь Мария.
Но старик не обращал на неё больше внимания, поливая меня отборнейшей руганью. И девушка обернулась ко мне в полной растерянности и ужасе. В её глазах стоял немой вопрос.
— Я его не пожалею. Он слишком много знает и слишком опасен. И ты сама сказала, что я обязан показать свою силу, — не дал я девушке проявить слабость и за неё решил самый главный вопрос. — Но я могу дать тебе возможность самой его убить.
— За… за… — девушка судорожно сглотнула. Медленно вдохнула. И выдохнула. После чего чуть дрожащим, но уверенным голосом произнесла: — За смерть своего рода ты мстишь. Почему ты думаешь, что я прощу тебе это?
— А ты думаешь, что я прощу ему это?
Второй короткий жест и без всяких спецэффектов на земле появилась совершенно обнажённая Елена. Она лежала, свернувшись в клубочек и тихо подвывая от боли и ужаса.
Я подошёл к девушке и стал гладить её по голове. Крайне бережно и заботливо. Моё сердце болезненно сжалось… Во внутреннем мире физические слабости всё равно доставали мою слугу, корёжа её разум.
Но реагируя на ласку, мандраж, что бил её тело, стал пусть немного, но меньше.
— Кроме того, он больше не твоя семья… — с яростью я обернулся к девушке. — Я предлагал тебе вчера отказаться от ритуала. Не идти на него… Но ты захотела силы. Так будь добра заплатить за неё. Будь верна своему новому роду!
— И что? — девушка сжала кулаки. — Что я должна сделать?
— Чертим ритуальный круг… банальный ритуал переноса сути. Я укажу нужные руны. Но ты должна будешь уничтожить душу, когда ритуал достигнет пика. Ты сможешь?
  
Глава 8
 
Я сидел у кровати Елены в больнице, держал её за руку и вздрагивал от каждого пиканья, которое обозначало удар сердца моей верной слуги. Операция закончилась пару часов назад и по заверению доктора Щербакова, прошла успешно — ритмы мозга стабильные. Однако на несколько дней, пока продлится самая опасная часть восстановления, слуга введена в искусственную кому.
Хотя я находился здесь, но разумом я раз за разом проигрывал случившееся во внутреннем мире. И до сих пор гадал: правильно ли я поступил, приведя во внутренний мир отца Марии?
 
По всем резонам, я должен был это сделать: тайна стала бы проблемой в дальнейшей перспективе, что могла бы расцвести шипастой розой предательства. А открыв правду и дав выбор, я дал возможность девушки примириться с будущим. Или, может, сам подорвал созданное до этого доверие?
Я прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла.
— А тебе настолько важно её доверие? — стоило мне расслабиться, как в сознание просочился разъедающий душу шёпот тени-кошмара. — У тебя ведь были альтернативы… И не одна. Но ты поставил ультиматум. Решил, как истинный глава рода.
Тень глубоко проникла в мою душу и знала о чём говорит… Я мог решить всё намного меньшей кровью. Дать возможность Марии разделить боль от операции Елены со своим отцом и даже мной. А после отпустить отца, накачав его амнезиаками, взятыми у «Прохвостов» до такой степени, что он бы забыл не только последние месяцы, но и в целом свою дочь. Вариант ненамного лучше смерти… а то и хуже. Но рисковать я не мог!
Я не могу назвать себя хорошим человеком, как бы ни хотелось. Контракты вообще не приемлют таких понятий, как «хорошо» и «плохо». Есть буква контракта и она должна быть выполнена. И эффективность превыше всего.
— Сложно прислушиваться к кошмару, — не смог сдержать я от комментария.
А в ответ лишь тихий шелест смеха. Тень надёжно хранила свои секреты, лишь время от времени ударяя меня в самые болезненные места в самое неподходящее время. И благодаря этому я становился сильнее, осознавая свои промахи.
Лёгкий шелест открываемой двери заставил меня приоткрыть глаза. И на пороге тёмной палаты я увидел фигуру Белова, нелепо выглядящего в белом медицинском халате, неуверенно мявшегося с пакетом в руках.
— Ты принёс то, что я просил? — вопросил я в пустоту.
Мужчина вздрогнул и перевёл взгляд на меня, сидящего в тени. И тут же расслабился, узнав. После чего поспешил ко мне по широкому кругу, обходя кровать, на которой лежала Елена и, кажется, даже боясь глубоко дышать в её сторону.
— Да, всё принёс, — оказавшись рядом, Белов словно бы спрятался от болезни за мной и поспешно стал вытаскивать из пакетика множество различных склянок.
Я напитал силой душу своей слуги во время ритуала. Укрепил её разум, перенаправив боль во время операции. Врачи сделали своё дело на высшем уровне и установили военные импланты, тем самым восстановив тело Елены, насколько это вообще было возможно. Но моей слуге ещё предстояло побороться за свою жизнь, и я должен был облегчить этот путь, как мог, потому попросил Белова принести все собравшиеся у меня зелья.
Вкалывать их самостоятельно и смешивать с лекарствами я бы не рискнул. Но доктор Щербаков наверняка разберётся, как их оптимально применить.
— Артур, может, выйдем? — покосившись на Елену, чуть ли не взмолился Белов.
Покидать Елену не хотелось… но я видел, насколько некомфортно моему товарищу, потому только кивнул. Поднялся и бережно поцеловал Елену в небольшой уголок над глазом, что не был укрыт бинтами. После чего направился с Беловым на выход.
— Елена… Она… С ней ведь всё будет в порядке? — мужчина от волнения даже растерял всю свою болтливость.
— Иначе и быть не может, — не выказал я и толики сомнений. — Она героиня!
— Да… Она выполнила свой долг достойно. Она защитила тебя… — чуть нервно кивнул Белов, когда дверь в палату закрылась. — Но все эти раны… Ты уверен, что стоит её так мучить? Да и себя… на тебе же лица нет! А сколько ты уже потратил на её восстановление? Только набор зелий стоит целое состояние… — мужчина нервно потёр руки. — Елена — прекрасный воин и человек, но она слуга…
— Продолжишь свою речь и я выкину тебя из окна, — даже не подняв взгляда на товарища, предупредил я негромко.
Белов вздрогнул и попытался, было, ухмыльнуться «шутке»… Но тут же чуть отшатнулся, когда понял, что я ни в малейшей степени не шучу. Да, Елена не аристократка… Она даже отказалась стать частью моего рода.