Его одержимость (СИ)
Да, блять, это не побег.
Чика умная. Максимум бы за кустом спряталась от обиды. А так у нее ни денег, ни документов, ни вещей. Да и местность она не знает.
Добираться на попутках не ее вариант — с такой внешностью ее любой пиздюк завалит.
Мне, блять, до трясучки хочется выпить или закурить.
Вместо этого я, как больной, гоню по платной дороге домой, не зная, что меня там ждет.
Правда, Рамос ничего не пишет, а обычно уебки присылают свои требования сразу.
Ты — мой демон из самого пекла, чика. Ты поджариваешь то, что осталось от моей души, на самом медленном огне.
Я пройду весь ад и заберу тебя. Только дождись.
* * *Я бросаю играть в футбол, когда понимаю, что вместо игры в мяч тупо ломаю игроков прицельными попаданиями.
А ведь я хотел отвлечься на что-то вместо спарринга. Поберечь пока руки. Мало ли кого еще придется бить.
Прошло полдня с тех пор, как я дома, но еще до сих пор нихера не ясно.
Никто так и не прислал требования, угрозы или наводки. Как будто Анхела Рубио бесследно растворилась.
Зато ведьму мы нашли.
Эту тварь зовут Кармен Дельгадо Торрес, и людям она известна как говорящая с духами. Народ считает, что ее дар настоящий. Уважает ее и любит.
А у меня новый приступ бешенства, и я сваливаю с площадки.
Вчера Кармен Дельгадо Торрес ушла из дома и не вернулась. И где она ошивается, мне никакие духи не скажут.
Я прикуриваю сигарету и сразу бросаю ее на землю. Нехер. И так ни к черту нервы.
Иду в подвал, где меня давно ждут приятели бывшего мясника.
Один, щуплый и хлыщеватый, прогулялся с Анхелой Рубио около моей крепости и теперь все время ссытся. Его звать Вико, на фамилию мне насрать.
Второй, здоровый, как бык, отпиздил ее братца. Этот — Густаво.
Пожалуй, Густаво хватит, чтобы притупить мою боль.
Живой бой без правил один на один лучше любой тренажерки.
Правда, Густаво чуточку изможден и провел парочку дней на цепи. Но если ему захотелось поучить недоедающего мелкого шкета, то какое мне дело до его состояния?
Все честно.
На короткий миг я забываюсь, выбивая зубы, ломая кости и зная, что говно не выживет. Бой пролетает, как вспышка. Мои руки вхлам. Я опять не надел перчатки.
Да какая нахер уже разница.
Вико воет в углу и делает новую лужу, глядя на тушу Густаво.
Я даю распоряжение опустить его и отпустить.
А семью Рубио всем составом переселить в имение и дать им землю. Ну, кроме старшей сестры, которая уже замужем. Хотя ей тоже предложить переезд.
Разговаривать пока с ними не буду. Нечего им сказать.
Я проебал их сестру, и мне погано. Паршивее, чем им.
Ах да. Всех их накормить, всех нормально одеть и аккуратно пересадить их любимые растения, если такие есть. А если они любят свою лачугу, перенести ее камень за камнем и заново собрать в крепости.
Соседям переезд никак не объяснять. Диего Рейес так решил и достаточно.
Я, блять, не знаю, куда деваться.
Варианта всего два.
Анхелы Рубио уже нет на свете. Виновата Дельгадо.
Но мое сердце орет, что это не так.
Или я тупо не хочу верить в смерть Анхелы. Нелепую, глупую и в самом расцвете.
У меня уже случилась Клара. С меня хватит.
Вдруг падла Дельгадо слилась просто так, а моя чика у Раулито, мать его, Фуэнтеса.
Я обязан рассмотреть этот вариант.
Неужели пидор осмелел и пошел на открытую войну? Как-то прознал про Анхелу и выебнулся.
Если да, то ему незачем слать мне открытки. Он подождет, пока я сойду с ума от неизвестности и сам наворочу дел.
Твою мать. Идеально.
Я иду к морю и бухаюсь на песок у самой кромки воды.
Фуэнтесы охренели всем составом, а значит им будет сюрприз вне зависимости от того, что я выясню о чике.
Если они непричастны, то все равно давно пора сжечь их гнездо и узнать правду о том, как погибли родители.
Прости, Клара, я больше не хочу оберегать твои чувства.
* * *Единственное правило, которое я нарушаю ради Фуэнтесов, касается одежды. Я люблю все немаркое, неброское, простого кроя и удобное. Хотя оно, конечно, стоит своих денег.
А эти все время одеты, как на выход в высший свет. И дом у них обставлен так же.
На самом деле мне будет немного жаль его разрушать. Но контраст между их внешностью и гнилыми душонками поражает.
Сынок — садист, мать — лицемерная сука, ну а папаша Фуэнтес — тот еще гад. Зато все годятся на обложку какой-нибудь книги о благородном семействе.
Странно, что Клара не была такой же, как они. Или была. Я не знаю.
На самом деле я на многое закрывал глаза и сам немного привирал ей. А еще гулял с другими. Тут, конечно, чтобы научиться и потом Кларите было со мной хорошо, но ее бы вряд ли устроило такое оправдание.
К Фуэнтесам я одеваюсь, как хлыщ, и даже повязываю галстук. На руки — перчатки.
Нехер им свои рожи воротить.
Я запрещаю себе думать, что чика не у них. Иначе я тупо сойду с ума от боли.
На пляже мне и так хотелось выть, и я не знаю, как сдержался. Да еще эти чертовы морские брызги на лице.
Если Фуэнтесы хоть что с ней сделали, то узнают настоящий садизм. Но скорее всего они взяли ее в заложницы и что-то от меня потребуют.
Что — пока сложно угадать. Я не палился ни перед кем, что она мне прям нравится.
Я танцевал с девками на тайных вылазках в клубы. Я ебал их в мотелях.
Единственное, что не так — я не вывозил никого за пределы поместья, чтобы их развлечь.
До двенадцатого еще очень далеко, но я нанесу родственничкам «внезапный» визит. Мол, мимо проезжал и заехал со всеми своими парнями.
Все будет, блять, красиво.
* * *У Фуэнтесов меня не ждут.
Дом нашпигован моими и их людьми, но в гостиной только самые сливки. То есть достопочтимая госпожа Фуэнтес. Господин на охоте, а Раулито отбыл по делам.
Догадываюсь, по каким. Под меня копают.
Клара была ужасно похожа на свою мать в юности.
Та предлагает:
— Диего, дорогой, хочешь кофе?
Хочу, блять. От пустой светской беседы у меня скулы сводит.
Зато пульс сумасшедший и отдает в виски.
Мне могут тупо подать яд. С этой лощеной суки станется. Но мне кажется, она сделает по-другому.
— Да, пожалуйста.
Госпожа Фуэнтес звонит в колокольчик, и в комнате появляется служанка.
Хорошенькая, как куколка. Волосы умело завиты и уложены волнами. На красивом лице стильный макияж. Платье темно-синее и скромное, но при этом кокетливое.
Прямо горничная из порно.
А зовут это прелестное создание Анхела Рубио.
И в глаза мне куколка смотреть не хочет. Пялится в пол.
Зато Кортни Фуэнтес смотрит в оба и ждет мою реакцию. Не дождавшись, заявляет:
— Принеси господину Рейесу кофе.
Я сижу с самой бесстрастной рожей, а когда чика уходит, спрашиваю:
— Можно украсть вашу служанку на пару минут?
Госпожа Фуэнтес пожимает плечами. Я знаю, сука, что ты ради этого все и задумала.
Анхела возвращается с кофе, и я вижу, что руки у нее не дрожат.
Зато она так на меня и не смотрит.
Я переставляю чашку на столик, встаю из кресла и кивком головы приглашаю чику следовать за мной.
Красивая пиздец. До боли в яйцах тянет перегнуть ее через подлокотник кресла и выебать.
Чика подчиняется.
Громко взвизгивает, когда прямо за дверью я резко прижимаю ее к стене, стискиваю ей запястья, просовываю колено между ног и тесно вдавливаюсь в ее теплое хрупкое тело.
— Молчи, Анхела Рубио. И знай две вещи. Вся твоя семья теперь живет у меня в крепости. А с предателями у меня особый разговор.
Глава 14. Кофейная девушка. Анхелика
АНХЕЛИКА
Я ожидаю увидеть в бандитском логове кого угодно, только не высокую худощавую иностранку с гладкими каштановыми волосами. Такая гладкость явно не от природы. Дама тщательно за собой ухаживает.