Одержимость. Моя любой ценой (СИ)

Чёрт! Этого ещё не хватало!
– Кх-м, кх-м, – кашлянул кто-то за спиной у моего окончательно сбрендившего босса. – Дима, брат! Я, конечно, понимаю, что к подбору кадров надо подходить тщательно, но надеюсь, ты не всех своих сотрудников так жарко целуешь?
Насмешливый мужской голос с едва различимым восточным акцентом всё же вернул Бушуева в адекватное состояние, и он от меня отлип. Я стремительно отвернулась и села на свой стул, бармен тут же пододвинул мне бокал мартини – сообразительный парень! На автомате сделав щедрый глоток, я затаила дыхание.
В том, что нас прервал турок, которого мы встретили с Дашей сегодня днём, я была уверена на все сто, как и в том, что Бушуев сейчас дико зол. Зол и возбуждён, впрочем, как и я! Зато перестал занудствовать! Раз уж я для него постельная игрушка, буду функционировать по инструкции!
Сзади послышались обоюдные приветствия, затем Бушуев позвонил Даше, и наконец, обратил своё внимание на меня:
– Варвара Андреевна, вы ещё не знакомы с нашим партнёром и моим другом, – с нажимом в голосе выдал он, недвусмысленно призывая меня подойти.
Быстро глотнув из бокала для храбрости, я встала со своего места и повернулась к мужчинам:
– Дарья сегодня нас уже познакомила, – как можно более уверенно сказала я и улыбнулась турку, старательно игнорируя Бушуева. – Добрый вечер, господин Кая.
Да, никогда ещё в моей жизни не водилось поблизости столько красивых и богатых мужиков! Давно надо было, чтобы кто-нибудь обворовал нашу фирму! Хоть какая-то польза! Да и какая радость для глаз! Так и хочется спросить: где же вы родимые обитали и почему раньше меня не замечали?
– Добрый вечер, Варвара, – приблизившись и отточенным движением целуя протянутую мной руку, промурчал Амирхан-бей. – Кстати, о Дарье! Она же к нам подойдёт? – посмотрев на босса, спросил он.
Я нерешительно взглянула на Диму и тут же пожалела! Бушуев хмурил брови и сверкал гневными очами, старательно делая вид, что продолжает контролировать всё и вся!
– Сейчас подойдёт, но учти – будешь должен, – насмешливо улыбнувшись турку, сказал он. – А нам с Варварой Андреевной пора.
Я вопросительно уставилась на Диму: мы на этом банкете от силы полтора часа и уже уходим? Какого хрена! Меня собирали сюда дольше!
Правильно истолковав мой взгляд, Бушуев недовольно хмыкнул:
– Мы здесь уже час и ещё не танцевали, – решительно подхватив меня под локоть, выдал он.
Мне оставалось лишь улыбаться, пока он, словно локомотив, тащил меня сквозь толпу к танцевальной площадке, где под напевы вокалиста, тщательно подражавшего Фрэнку Сенатре, уже двигались несколько пар. Сзади слышался раскатистый смех Амирхан-бея, гости вечера с интересом поглядывали на нашу парочку, а я недоумевала, что вообще нашло на Бушуева? С чего вдруг танцы?
– Надеюсь, танцевать ты умеешь? – останавливаясь у края площадки, спросил он.
– Я занималась в школе, – сбивчиво ответила я и получила в ответ иронично изогнутую бровь.
– Даже представить страшно, чем именно, – улыбнулся Дима.
Вот почему всегда так? Как ему удаётся из разъярённого демона превращаться в обаятельного мужчину мечты? И так каждый раз! Вгоняя меня в идиотское состояние трепетной школьницы!
– Лучше тебе не знать! – в тон ему ответила я, и мы закружили в медленном танце.
 Глава 20. 
Глава 20.
Даже представить не могла, что будет так приятно ощущать на талии его руки, уверенно ведущие меня в танце. Бушуев всё делал основательно, и танцевал он также превосходно, как занимался сексом. Где-то я читала, что танец – это тест на сексуальную совместимость, так вот: если бы я не знала, каков Дима в постели, то сейчас решила бы, что нашла идеального партнёра.
Я настолько утонула в музыке и Диминых прикосновениях, что ощутила внутри непривычное нежное тепло. Я просто захотела насладиться моментом, просто забыть на короткий миг, что мы друг другу чужие, что для него я лишь воровка, отрабатывающая долг натурой.
  
Мне казалось, что на нас пялится весь присутствующий бомонд, так гармонично и в то же время на грани приличия мы двигались. Я даже выхватила из толпы восторженный взгляд Даши и мрачное лицо Мингирова. Как всё-таки скучно я раньше жила!
– Чему ты улыбаешься? – завершая танец, спросил Бушуев и поцеловал мою руку.
– Вспомнила о том, какой однообразной была моя жизнь до нашей встречи, – честно ответила я.
Он лишь хмыкнул в ответ и повёл меня к Даше, вокруг которой, словно кот возле баночки сливок, крутился красавчик-турок.
– Почему ты так спокойно реагируешь на поведение своего турецкого партнёра по отношению к Даше? – не удержалась я. – Он же преследует её!
Бушуев вопросительно уставился на меня и даже замедлил шаг:
– Тебе не стоит в это вмешиваться. Амир никогда её не обидит, иначе я бы запретил всякие ухаживания, – уверенно сказал Бушуев.– Он знает, что я отвечаю за девочку.
– А если уже обидел?
Дима остановился и внимательно посмотрел на меня:
– Ты уверена? Назови мне конкретную ситуацию! – жёсткие ноты в его голосе заставили меня внутренне сжаться.
Он был прав: я наверняка не знала, что происходит между этими двумя. Зачем только рот открыла!
– Нет. Ты прав, – пробормотала я еле слышно. – Это не моё дело.
Лицо Бушуева неожиданно просветлело, хмурая морщинка на лбу разгладилась:
– Я ослышался? Ну-ка ещё раз и погромче, – улыбаясь, потребовал он.
Детский сад какой-то честное слово! Что он хочет этим доказать?
– Что именно? – начиная злиться, спросила я.
Бушуев улыбался всё шире и шире:
– Ты знаешь! Громко скажи, что я прав! Иначе я до конца своих дней буду думать, что у меня была слуховая галлюцинация, – с иронией в голосе ответил он.
Что ж, проще всего сделать как он просит! Я уже открыла рот, но он меня опередил:
– И то, что было у барной стойки тоже повтори, – уже не улыбаясь, а жадно глядя на мои губы, добавил он.
А вот это, мой дорогой босс, хрен тебе обломится! Я на бис не исполняю!
Сделав шаг и почти уткнувшись лицом в Димину грудь, я подняла голову и уставилась на его губы:
– Говорю громко: ты иногда, крайне редко, но всё-таки бываешь прав, – я посмотрела в пылающие тёмные глаза. – То, что я это признала, вовсе не значит, что я вдруг начну делать то, чего не хочу.
Я планировала грациозно отвернуться и быстро затеряться в толпе, но Бушуев оказался проворнее. Поймав меня за руку, он так стремительно притянул меня к себе, что я чуть не упала, запутавшись в платье. Я уже приготовилась к новому оглушительному поцелую, но Дима лишь осуждающе покачал головой:
– Вот теперь, нам действительно пора, – решительно повернувшись в сторону лифтов, сказал он. – Этикет мы соблюли, твоё платье выгуляли, – вновь исполняя роль тягача, заявил мой коварный босс. – Надо бы разобраться с тем, чего ты так не хочешь. Посмотрим, что ты скажешь через пять минут, когда я буду тебя трахать!
От последнего заявления внутри вспыхнула жаркая искорка и побежала от низа живота к груди, заставляя лицо заалеть румянцем.
В лифте мы целовались как ошалелые, Дима вытаскивал шпильки из моих волос и бросал на пол. Он пытался расстегнуть моё платье, но я не далась. Мы чуть не проехали наш этаж, а когда заметили, что лифт остановился, Бушуев подхватил меня на руки и не выпускал до самого номера.
– Наконец-то я сниму с тебя эту тряпку, – прорычал он мне в шею.
– Не вздумай его порвать! – закричала я.
Мой испуганный крик был кстати, Дима уже тянулся к потайной молнии на спине, явно планируя дёрнуть её в стороны!
– Значит, оно тебе нравится? – хитро улыбнувшись, спросил он и в тёмных глазах заплясали такие черти, что я поняла – жди беды.
– Говори сразу, что ты хочешь?