Топит в тебе

А внутри прямо закипает все! Что за цирк?! Еще и Анжелика сейчас глаза об нас сломает.
Душка ей вообще что-то рассказала о ночи, нет?
Не хотелось бы! А то до Яра быстро информация дойдет. Это кстати тоже надо бы обсудить…
– Так тут говори, – надменно предлагает Душка, – Если по работе.
Хрустнув челюстью, мажу выразительным взглядом по Лидиной подружке и дергаю бровью, вкладывая о-очень много смысла в произносимые слова.
  
– Выходи давай, – рычу на нее сквозь зубы.
– Отвали, – шипит она.
– Лида!
– Я в курсе, что я Лида.
– Да блять! – психую, уже не сдерживаясь.
– "Блять" у тебя в штанах! – выдает Душка убежденно.
Что?!
Я уверен, что вот сейчас у меня из ушей повалил пар! Охренеть, какие вредные полтора несчастных метра с сиськами тут сидят!
С секунду еще смотрю на нее, медленно моргая, а затем разворачиваюсь и с грохотом захлопываю за собой дверь.
Ну и пошла сама!
Все, будем считать – извинился!
Влетаю на техническую лестницу и застываю у распахнутого окна. Торопливо выбиваю из пачки сигарету. Внутри аж воет. Чиркаю зажигалкой и жадно раскуриваю. Спасительная горечь по легким ползет. Медленно выдыхаю.
Ну и пошла, да…
Попозже напишу, чтобы языком не трепалась, и на хрен. Хочет обижаться, удачи. Пусть…
Рассеянно слежу за проезжающими мимо машинами, пока методично привожу свои эмоции к состоянию штиля. И тут знакомый электрический синий БМВ цепляет взгляд.
Яр. Точно не ко мне – он бы позвонил.
Интересно, за сестрой явился или за ее кудрявой подружкой, с которой ночью закрылся и тем самым выпер Душку из комнаты прямо ко мне.
Друг встает на аварийку у самого входа в клуб. Я закуриваю вторую, наблюдая.
Через минуту из здания выбегает одна Анжелика и тут же садится к Яру в машину. БМВ какое-то время так и стоит на аварийке, пока ей не начинают сигналить, и только тогда Яр резко трогается.
Тушу сигарету, провожая тачку друга взглядом. И тут сердце делает мощный адреналиновый толчок, больно ударяясь о ребра, а затем пульс начинает возбужденно частить.
Так, стоп.
Значит, Лида сейчас в кабинете одна?!
 
10. Макс
 
Поворачивая дверную ручку в этот маленький кабинет второй раз за последние пятнадцать минут, ловлю дежа вю. Плечи заранее сковывает напряжением, и я уже будто чувствую на себе агрессивный Душкин взгляд.
Резко распахиваю дверь и сразу шагаю внутрь. Закрываю за собой с громким хлопком.
Лида, склонившаяся над ноутом, заметно вздрагивает от неожиданности и замирает, уставившись на меня. Ее губы размыкаются, а зеленые глаза широко распахиваются. Вот только теперь мы здесь одни, и в ее зрачках вместо вызова плещутся лишь растерянность и что-то еще такое щемящее, едва уловимое. Раненое.
Я вижу это и мигом теряю весь пыл. Я ведь вообще извиниться хотел… В начале. И теперь меня вновь размазывает этим смутным чувством вины перед ней.
Смотрим друг на друга и молчим.
Ее ноздри дрожат, когда пытается вдохнуть. А я вот даже не пытаюсь. Воздух плотный как кисель.
Помедлив, Лида вопросительно выгибает бровь. Отмираю и приближаюсь к ней на расстояние вытянутой руки. Едва заметно отшатывается. Стучу пальцами по столу, возле которого она стоит, наблюдая за Душкой исподлобья.
Надо что-то сказать, но в голове звенит пустота.
Жадно ее разглядываю, и у меня полное ощущение, что вижу ее в первый раз. Вижу по-настоящему. Не как сестру друга, не как девчонку из общей компании, а вот так… Как отдельного человека. Как девушку.
Очень притягательную девушку, надо признать.
Не классическую красавицу, но ей это и не нужно. В Душке и без этого очарования через край. Она – просто сгусток живой, манкой энергии. Сексуальной…
Непроизвольно сглатываю, косясь на ее губы, и очень четко ощущаю их мягкость и вкус. Я вообще сейчас, все что было прошлой ночью, слишком четко ощущаю…
А она? Снова смотрю в глаза. Их выражение меняется. Первый шок от моего появления прошел, и Лида уже выглядит холодной и закрытой. Что вообще нехарактерно для нее.
– Что-то забыл? – враждебно.
Дергаю уголком губ, обозначая кривую улыбку, и еще сокращаю расстояние между нами, пока нос не начинает щекотать неуловимый теплый запах ее кожи. На Лиде нет духов. Не взяла на дачу Эмиля, наверно, а дома, понятно, еще не была.
– Поговорить. Не хочешь? – уже натурально нависаю над ней, пользуясь разницей в росте.
– Не совсем понимаю о чем,– быстро облизывает губы, запрокидывая голову, чтобы держать зрительный контакт.
– О том, что было.
– А ничего особенного не было, – прямо смотрит мне в глаза, – Если переживаешь, что Яр узнает или Малевич твоя, то я точно ничего не скажу. Выдыхай. Что еще?
И она вроде бы ровно это говорит, без сарказма, и да, я хотел это услышать, но у меня все равно неприятно царапает внутри и рефлекторно дергается щека. Задевает.
Значит "ничего особенного", да?
– Чего тогда злишься? – Я не злюсь. – Злишься, – давлю. – Ну тебе видней, – пожимает плечами равнодушно.
И хочется ее за эти самые плечи встряхнуть. Этот ее ледяной тон… Реально выморажвает.
– А почему вообще дала? Если раньше не было никого? – уступая раздражению, бью ниже пояса.
У Лиды на секунду шире распахиваются глаза, и я тут же жалею о том, что меня слегка занесло… Не понимаю, почему я вообще веду себя так… Как мудак.
– Напилась и поддалась порыву, – суживает глаза мстительно, – А ты почему за презервативами побежал, а не просто покурить? Думаешь, я не догадалась?! "Не буду приставать" говорит!
– Напился и поддался порыву, – хмыкаю ей в тон, даже не собираясь отрицать.
Да, побежал. И не зря. Понадобились же. Делаю к ней еще шаг. Лида косится на мою футболку, которая уже почти касается ее шикарной груди. Я тоже туда кошусь, во рту собирается слюна. Вокруг словно электричество потрескивает. Жарко…
– Ну вот и все выяснили, – сбивчиво шепчет Душка, розовея и не поднимая на меня глаз, – Я могу идти?
Отступает, разрывая слишком тесный контакт.
– Лид…– зову хрипло.
– Мой рабочий день окончен, – суетливо хватается за сумку.
– Лида, стой.
– Да что еще? – оборачивается уже у двери.
– Если бы ты точно так же позвонила посреди ночи и попросила помочь, я бы к тебе тоже приехал. Обязательно, – говорю.
И чувствую облегчение. Наконец! Да, это оно. Вот, что меня выкручивало все это время. Обида ее, что так ушел. Лида смотрит на меня и будто на глазах оттаивает. Длинно выдыхает, прикрывает глаза.
– Я знаю, Макс, – устало.
– Тогда почему обижаешься?
Слабо улыбается. Искренне.
– За нелюбовь, – отзывается тихо. И тут же добавляет. – Но на это все девушки обижаются. Забей. Пройдет. Короче, я пошла.
– Нет. Стой.
Мне достается недовольный взгляд. Лида застывает, держась за дверную ручку.
Я и сам без понятия, почему никак ее не отпускаю. Просто… Не хочу.
– Кхм, я сейчас на площадку опять. Поедешь со мной, – выдаю в итоге приказным тоном, удивляя не только ее, но и себя самого.
Рациональная часть меня внутри сейчас орет "Что?". Но мне нечего ей ответить.
– Что? Зачем? – хмурится Душка.
И действительно, блять, зачем? Хороший вопрос…
Ничего вменяемого в ответ на него в голову не приходит.
– Надо, – отрезаю вслух.
– Надо…– тянет Лида эхом, склоняя голову на бок и разглядывая меня,– Макс, если теперь ты чувствуешь себя обязанным со мной носиться, то я тебя от этого чувства избавляю, – и крестит меня широким жестом, – Все, отпускаю грехи, иди с Богом. И меня отпусти!
– Ты когда в церкви была в последний раз, святоша? Крестятся справа налево, – фыркаю, заулыбавшись.
  
Лида розовеет и тоже смеётся.
– Зануда какой, – ворчит.
– Ну не надо. Не всегда, – с умным видом смотрю на часы на запястье, – Все, поехали.
– Макс, я же на машине, – Лида все еще пытается сопротивляться. Наивная душа.