Заклинатель 2 (СИ)

— Если мертвитель действительно настолько опасен, то не лучше бы идти против него вместе с поддержкой? — покачиваясь справа в седле, Нильс вопросительно уставился в мою сторону. Придется ответить, а точнее дать пояснение. Хотя на мой взгляд, все и так кристально понятно.
— Сейчас очень большое значение имеет фактор времени, — терпеливо принялся объяснять я. — Мертвитель и правда силен и опасен, но станет еще сильней и опасней, если дать ему возможность обзавестись полной свитой. Сам подумай, одно дело сражаться с одним черным магом, и совершенно другое, когда его окружает толпа умертвий, каждое из которых легко может разорвать на клочки закованного в доспехи латника. Эти твари обладают чудовищной мощью, и со временем она только растет. Любое промедление и придется сражаться против целой армии живых мертвецов.
  
— Но… — неуверенно протянул следопыт. Рука в перчатке машинально коснулась ложа притороченного к седлу арбалета: — … вы уверены, что мы с ним справимся? Даже магичка при поддержке отряда воинов не смогла его остановить.
— Ведьму и ее солдат разбили андарцы — обычные солдаты под предводительством группы рыцарей, — напомнил я. — Уверен, она даже не встречалась с мертвителем.
— Почему? — Нильс недоуменно нахмурился и возразил: — Вы этого не можете знать наверняка.
Я мысленно усмехнулся. Иногда чувствую себя гением в стране дураков. Может это наследие землянина двадцать первого века дает о себе знать, а точнее привычка обрабатывать в короткий промежуток времени огромное количество информации. Мозг поневоле анализирует поступающие данные, делая выводы, не всегда очевидные для местных, привыкших к более размеренной и неторопливой жизни.
Это не значит, что Нильс тупой, скорее заторможенный по сравнению со мной. Для других этого не видно, мне бросается в глаза. Пока следопыт размышляет, я успеваю все обдумать и сделать соответствующие выводы.
— Потому что магичке дали прямой приказ: любыми средствами избавиться от угрозы. Если бы они встретились, то либо мертвитель был бы мертв, либо она, в зависимости от того, кто бы одержал победу. Другого просто не могло случиться. И если она при нашей встрече была жива, то…
— То значит она не встречалась с черным магом, — понятливо завершил Нильс, помедлил и задумчиво пробормотал: — Да, в этом есть смысл.
Говорю же, сообразительный, но слегка замедленный по сравнению со мной. Особенности окружающей среды. Если парня поместить в быстрый век изобилия информации, то рано или поздно он тоже начнет мыслить молниеносно по сравнению с земляками.
Впрочем, он и без этого быстро адаптируется, подстраиваясь под мой темп. Уверен, еще пара месяцев, и следопыт сам себя не узнает. Как говорится, с кем поведешься.
— Там что-то есть, — рука Нильса поднялась, указывая вперед.
Сквозь пелену падающих хлопьев сырого снега проступил темный вытянутый к небу силуэт. Широкое основание покоилось на занесенной снегом возвышенности.
Дозорная башня времен Старой империи.
Давно покинутая гарнизоном, одинокая и заброшенная, как памятник былому величию имперских полков.
Я посмотрел на мир глазами заклинателя, тонкий след в магическом фоне вел к подножию башни, там расплывался пятном, и тянулся дальше, уходя на северо-восток едва заметной нитью.
— Может он там, — предположил Нильс, кладя правую руку на арбалет, одновременно левой потянувшись к мешочку с болтами.
Я покачал головой.
— Нет, мертвителя там нет, хотя он и задержался у башни зачем-то.
— Откуда вы знаете? — удивился следопыт и понятливо замолк. Магия. Он тоже обратился к своей способности чувствовать присутствие магических проявлений, подождал и шумно вздохнул. — Вы правы, там колдовали, но делали это какое-то время назад.
Ответа с моей стороны не последовало, вместо этого я ударил пятками бок коня, заставляя прибавить ходу. Нильс повторил мой маневр и несколько минут мы скакали молча, наблюдая, как темная громадина древнего оплота имперской власти быстро приближается.
Это была именно башня, а не форпост, высотой не меньше пятнадцати-двадцати метров. Полагаю в старое время ее использовали для наблюдения за окрестными землями. А раз так, то внутри обязательно должен находиться Обелиск для магической связи с другими имперскими крепостями и фортами для передачи информации и вызова подмоги в случае необходимости.
— Умели раньше строить, я таких громад даже на побережье на видел, — пропыхтел Нильс, подпрыгивая в седле. Кони неслись, разбрызгивая копытами сырую грязь, перемешанную со снегом.
— Она и должна быть высокой, — буркнул я, безошибочно беря вправо, чтобы зайти к месту, где ощущалось основное влияние магии.
Пошел склон, лошади сбавили ход, пришлось понукать, заставляя подниматься. Когда пошла более или менее ровная поверхность, мы окончательно взобрались на уровень основания башни и двинулись кругом.
— Вон там вход, — ткнул пальцем в темный проем следопыт.
— Нас не это интересует, — возразил я, твердой рукой натягивая повод вправо, заставляя коня повернуть.
Через несколько секунд мы выехали к нужному месту. Разглядев, что лежит на земле Нильс тихо выругался. С моих уст тоже едва не сорвались проклятия, единственное что остановило — я ожидал увидеть нечто подобное.
Трупы. Но в этот раз не сваленные в небрежную кучу, а аккуратно выложенные в форме сложного рисунка.
Судя по одежде — селяне, причем не из самых зажиточных, скорее бедняки, что едва перебиваются с хлеба на воду в ожидании нового урожая. Неровные рваные раны будто разрывали зубами. Земля вокруг изрезана, угадывается сложносоставная пентаграмма. Отдельные части тела на вершинах лучей, но так же есть свободное пространство для других ингредиентов. И над всем бьющий в нос запах мертвечины.
— Здесь проводили ритуал, не исключено для изучения новых заклинаний, — сказал я и спрыгнул с коня.
Наклонился и взял немного земли. Пальцы смяли комья черной почвы и покатали между подушечек. Понюхал, ощущая мерзкий смрад, и выбросил, отряхнув руки.
— А это что? — Нильс указал на короткие колышки, воткнутые по сторонам света вдоль периметра пентаграммы. На каждом насаженный сверху человеческий череп с облезлой уродливой кожей, кусочками мяса и чего-то буро-красного вперемешку с серым, напоминающим мозговое вещество.
— Полагаю один из элементов ритуала, — я пожал плечами изучая место проведенного обряда не с точки зрения обывателя, которого наверняка увиденное зрелище повергнет в шок, а от лица заклинателя, бесстрастно анализирующего место работы коллеги-мага. Пусть этот маг и использует в своей деятельности мерзкие методы, включающие массовые убийства людей.
— Больной ублюдок, — лицо Нильса перекосилось в отвращении. — Он безумец.
Сказал убежденно, не сомневаясь в собственной правоте. И с точки зрения человека с нормальной психикой следопыт полностью прав. Мертвитель выглядел кем угодно, но точно не вменяемым субъектом.
В тоже время это был философский вопрос. Являлся ли психом патологоанатом, вскрывая трупы умерших людей? Нет, он просто занимался своим делом. Даже если это вызывало неприятие у другого нормального индивида.
— Нет, — спокойно возразил я, отвечая на реплику Нильса. — Он просто следует своему однажды выбранному пути. Он мертвитель и делает то, что положено для мертвителя и его магии. Как и магичка из Ольца и любой другой идущий по дороге познания магии.
Снег валил не переставая, покрывая тела и рисунок на земле белым саваном. Низкое небо, казалось, зависло прямо над головами. В серой хмари плотных туч не было видно не единого просвета. Я поднял голову, из груди вырвался глубокий вздох.
Нильс бросил на меня внимательный взгляд.
— Вас это не пугает? — спросил он.
Я помедлил, снова посмотрел на выложенные узором тела, обдумывая ответ.
— Меня больше бы испугало, если бы мертвитель оставлял после себя цветочные поляны, — честно сказал я, кивнул на пентаграмму: — А это вписывается в общую картину.