Заклинатель 2 (СИ)

Я поморщился. Из-под капюшона глухо донеслось:
— На твоем месте я бы лучше думал о том, как проникнуть в то место, не вызвав среди обитателей переполоха. Неохота устраивать бойню, прорываясь к заветному сундуку.
— Это не обязательно может быть сундук, — машинально ответил Нильс и задумался.
История, которую он рассказал у подножья разрушенной башни не отличалась подробностями. Около трех лет назад, занимаясь своей главной деятельностью — поиском и перепродажей магических артефактов, Нильс наткнулся на один интересный факт, в конечном итоге приведший его к общине неких религиозных фанатиков, занимающихся почти тем же, что и он — собиранием редких магических вещиц. Только в отличие от него, после они не продавали их на сторону, а оставляли себе, собирая своеобразную коллекцию.
  
У следопыта не получилось выяснить детали, в частности для чего странным культистам нужны колдовские артефакты, зато сумел узнать место их главного обитания. Даже подобрался туда, начал кружить неподалеку, прикидывая, как проникнуть внутрь.
После его что-то отвлекло, появились другие дела, несколько раз пытался возвращаться, но полноценно заняться интересным местом не получалось. К тому же, напрягла хорошая охрана, не уступающая в сноровке опытной дружине барона. Соваться в одиночку, все равно что подставляться под мечи и топоры. А остро заточенные железяки Нильс не любил, о чем поведал ранее.
— Ты уверен, что их там не больше полусотни? Может за прошедшее годы их число возросло? — проронил я, скользнув рассеянным взглядом по свинцовым тучам и непроглядному горизонту. Скверно, похоже ненастье надолго, а через несколько часов пора устраиваться на ночлег. Надеюсь за это время появится хоть какое-то строение, ночевать под дождем — то еще удовольствие.
— Я там был прошлым летом, и все оставалось так же, как и в предыдущие разы. Зачем чему-то меняться? — передернул плечами следопыт и последовал моему примеру, подняв глаза на грязно-серое небо. Лицо парня исказила гримаса раздражения, он тоже понял, что придется ночевать под открытым небом, и данная перспектива пришлась ему не по душе, дождь лил не переставая.
— Судя по твоим словам, они фанатики, могли изменить поведение просто потому что так велел их лидер. Мало ли что взбрело ему в голову, — справедливо заметил я. — Кстати, ты точно не знаешь, зачем они собирают магические артефакты? Дело это хлопотное, дорогое, требует много сил и времени, а главное денег. Таким просто так не начинают заниматься, если для этого нет веских причин.
Нильс покачал головой.
— Этого я не знаю, зато могу сказать, что занимаются они этим очень давно. Некоторые мои друзья среди торговцев древностями считают их постоянными клиентами на протяжении многих лет.
— И что, если о них знают, ни у кого не возникло мысли ограбить богатых клиентов? Или твои приятели для подобных дел слишком щепетильны?
Нильс усмехнулся.
— Конечно нет. В этой сфере крутится много народу, в том числе нечистого на руку, — он замолчал, и спустя паузу продолжил: — Я пытался выяснить не пробовал ли кто-нибудь влезть в убежище культистов, но ничего конкретного не разузнал. Думаю даже если что-то и было, то такое скрывают.
— Чтобы не отпугнуть других клиентов, — понимающее кивнул я. Логично, если разойдется молва, что очередного покупателя древностей ограбили, то к такому торговцу перестанут ходить. А круг это узкий, многие друг друга знают и не захотят терять постоянных покупателей.
Лучше доить корову каждый день, чем сразу пускать на мясо.
— Но я слышал одну вещь, — неожиданно продолжил Нильс, хотя казалось разговор завершен. — Один знакомый рассказывал, что лет пятнадцать назад, эти странные парни искали некую статую и предлагали за нее любые деньги. Тогда многие взбудоражились, потому что за статую предлагали плату чуть ли не по весу золотом.
— Статую? — я насторожился.
— Ага, — парень пожал плечами. — Только никто так и не понял какую именно, все быстро заглохло, и награда была отменена, — он замолчал и задумчиво добавил: — Должно быть нашли. Повезло кому-то.
Я сделал вид, что сказанное не заинтересовало, но внутри все вопило: — статуя! Не знаю почему, но я был уверен, что странные культисты искали не обычную каменное изваяние, а статую демоноподобных существ. Возможно, сработала интуиция, возможно повлияло то, что сам недавно видел такие, но внутри возникло убеждение, что религиозным фанатикам Нильса известно о нечеловеческой расе, затерявшейся в веках, чьими достижениями воспользовались маги Имперской Коллегии.
Нильс вдруг насторожился, и покосился в мою сторону. У засранца хорошо развито чутье, понял, что рассказ о статуях меня заинтересовал.
— Думаете, если они нашли эту статую, то поставили где-то на видном месте? Вроде алтаря, как в храмах? — осторожно осведомился он.
Я пожал плечами, с трудом двигаясь в промокшем насквозь плаще. Дождь моросил не переставая, лошади устало брели по забитой грязью дороге, уходящая за горизонт степь внушала тоску.
— Понятия не имею, — наконец ответил я, постаравшись сделать голос равнодушным.
Нильс ничего не сказал, догадавшись, что развивать тему не стоит. Упрямый заклинатель либо отмолчится, либо велит заткнутся и не лезть не в свое дело. Зато понял, что вопрос с культистами решен. До этого, я не дал прямого ответа, согласен ли считать полученную информацию платой за участие в ритуале по расширению магических способностей следопыта. Теперь дело можно считать решеным, такой случай упускать нельзя.
История и впрямь оказалась интересной. Если странным фанатикам действительно известно о рогатых, то может получится у них что-нибудь разузнать. А главное — не является ли их культ поклонением этим существам. Если так, то они точно в курсе о древней цивилизации.
— Впереди повозка, — сказал Нильс. Рука следопыта приподнялась, указывая вдоль дороги.
Пришлось поднапрячься, чтобы разглядеть неясное темное пятно на границе уходящей вдаль дороги. И позавидовать зоркости глаз следопыта. Для меня край горизонта терялся в мутной дымке моросящего дождя.
— Кажется она одна, не купеческий караван, — откликнулся я и добавил: — Странно, в этих краях в одиночку не путешествуют.
— Даже во времена Старой Империи окрестные земли считались кордоном, — согласился Нильс. — А в таких местах разбойников, как грязи.
На ум пришел Лесной Барон с дружками, дергающиеся тела на полу трактира и разлитая как вино кровь, впутывающаяся в доски.
— Люди твари такие, везде выживают, — проворчал я, недовольный, что концентрация адепта мар-шааг на мгновение дала трещину. Подумаешь дохлый разбойник, об этой падали даже вспоминать большая честь.
— Кажется я догадываюсь, кто это, — заметил Нильс, слегка приподнимаясь в седле.
Черт его знает, что он там разглядел, я лишь видел общие очертания.
— Уже видел такие повозки раньше, — пояснил следопыт. — Или схожие. Все они в чем-то напоминают друг друга — куча скарба и вещей. Ездят между поселениями, в основном удаленными деревнями, покупают и продают всякий хлам.
— Повозка старьевщика? — догадался я.
— Ага, на таких обычно даже разбойники не обращают внимание, так как нечего брать. С другой стороны, они могли оказать услугу и рассказать, если по дороге видели стражников, отправленных ловить тех самых разбойников.
— Поэтому не боится, — понял я.
В принципе понятно, этакий образчик бродячего торговца и лазутчика, не исключено работающего на обе стороны: и разбойникам подскажет, и людям барона слово шепнет, подсказав, где последних лучше искать. За небольшое вознаграждение и разрешение беспрепятственного проезда.
Время шло, дождь продолжал моросить, лошади лениво брели по дороге, утопая копытами в грязи, повозка медленно вырастала в размерах, позволяя себя рассмотреть.
Высокие борта, большие колеса, на козлах мужичок неопределенных лет. Голова скрыта в надвинутом капюшоне, только торчит колышком седая бородка. Плащ из сшитых между собой разных полосок кожи. На крюке сбоку повозки болтается лампа. Звук ударов о стенки повозки приглушал дождь. Тент из плотной ткани, похоже непромокаемый.