Предел прочности (СИ)
Около интересующего её дома Ульяна замирает и с большим интересом рассматривает его дизайн. Она искренне поражается тому, что он ничуть не уступает по площади и общему антуражу их собственному дому, что совершенно не ассоциируется у неё с Дровосеком и его мрачной небрежностью. Уля ещё некоторое время любуется на замысловатую ковку ворот, прежде чем в них постучать.
К её удивлению, Демьян довольно быстро открывает калитку, позволяя ей войти во двор.
— Чем обязан? — вместо приветствия произносит он и скрещивает руки на груди, роняя на землю налипшую на них древесную стружку.
***
Нельзя сказать, что Андрея удивил её приход: он готов был заранее предположить причину появления нежданной гостьи, но желал услышать это из её уст. «Будет просить никому не рассказывать о том, что она не любит своего муженька. Можно подумать, что я собирался ходить с рупором и кричать об этом всему посёлку»,— мысленно рассуждал он, сверля девушку взглядом чёрных глаз.
— Я слышала, что вы занимаетесь столярным ремеслом, и решила к вам обратиться с заказом,— по привычке медленно и внятно проговорила она, внимательно наблюдая за его мимикой.
На эти слова Андрей едва улыбнулся, утвердительно кивнув.
— Надеюсь, что ваш визит не связан с нашими встречами? — уточнил он, указав ей широким жестом на дверь в дом.
— Да, и с этим тоже, я хотела бы вас попросить…
— Никому об этом не рассказывать,— закончил он за неё фразу.
— Да, всё верно,— девушка стыдливо опустила глаза, чтобы в очередной раз не увидеть на его лице язвительную усмешку.
— Я и не собирался этого делать. Если вы пришли ради этого, то мы можем не тратить время на просмотр образцов?
— Нет, мне действительно нужна шкатулка для драгоценностей,— смущённо настаивала она.— Давайте познакомимся, раз так получилось… Ульяна.
Андрей в очередной раз поймал себя на мысли, что её присутствие заставляет его пульс ускориться, а в голове зарождаются противоречивые порывы: то ли прижать её к себе, то ли выставить вон.
— Демьян,— нехотя ответил он, не желая разрушать сложившуюся легенду.
— Приятно познакомиться,— улыбнулась Ульяна.
В просторной прихожей она застыла, с любопытством рассматривая деревянные работы, хаотично рассредоточенные по просторному помещению.
— Что-то приглянулось?
У Андрея больно кольнуло где-то в области сердца, когда он заметил, что Ульяна не мигая смотрит в тёмный угол, где лежали вещи из его старой жизни. Он сам до сих пор задавался вопросом, почему их не выкинул.
— Вы ещё и рисуете? — уточнила она.
Заметив за коробками фрагмент портрета рыжеволосой женщины, Уля слегка наклонила голову на бок, чтобы рассмотреть часть лица, не скрытого от посторонних глаз.
— Нет, это вещи хозяев, наверное, забыли выбросить.
— Не подумайте, что я какая-то любопытствующая сплетница, я несколько лет работала в картинной галерее, и картины — это моя слабость.
— Это последнее, что мне бы пришло в голову. Кстати, мы вроде перешли на «ты» в последнюю встречу? — мягко укорил Андрей, чувствуя дискомфорт от её официальной любезности.
— Как хочешь,— пожала плечами Ульяна, переключив внимание на замысловатую картинную рамку у противоположной стены, на которую тут же легли её длинные пальцы.— Какая красота…
— Ты действительно так считаешь?
Он скептически оглядел её с ног до головы, но по горящим глазам понял, что вряд ли девушка преуспела в такой искусной технике обмана.
— Подобный багет подойдёт к любой картине,— не поворачивая головы, проговорила Уля пока водила подушечками пальцев по замысловатым узорам.
«Только картинной маньячки мне недоставало для компании»,— подумал Андрей. Иронично усмехнулся, но уже по-доброму на неё посмотрел.
— Так шкатулка тебя всё-таки интересует? — уточнил он на всякий случай.
— Да, мне хотелось бы что-то необычное, чтобы в ней было много отделений, и непременно имелся потайной отсек, который был бы не доступен взгляду,— озвучила свои желания Ульяна и сразу осеклась: — Возможно, я слишком увлеклась… Тогда просто сундучок.
Она обрисовала в воздухе нечто квадратное, чем вновь вызвала широкую улыбку у Андрея. Несмотря на беременность и отнюдь не модельную внешность, Ульяна казалась ему маленькой девочкой, и ему захотелось долго и подробно объяснять строение шкатулки её мечты, наблюдая, как широко распахиваются от удивления её бездонные глаза.
— Нет, это вполне выполнимая задача, осталось только определиться с деревом,— деловито подытожил он.
— И ценой… — добавила Ульяна.
— Я беру за работу секретами,— невольно вырвалось у Андрея.
Теперь наступила очередь Ули отвечать сдержанной улыбкой:
— Боюсь, что у меня их уже не осталось.
***
Михаил со злорадством предвкушает расплату Лёли за своё вчерашнее разочарование. Он замечает её понурый взгляд, брошенный в его сторону, довольно ухмыляется и уходит в свой кабинет. Как он и предполагает, не проходит и получаса, как она уже робко скребётся в его дверь.
— Войдите,— как можно строже отвечает Бузыкин.
— Михаил Васильевич, я к вам с документами.— Стыдливо опустив глаза, Лёля подходит к его столу.
— Давай сюда, сейчас их и подпишу.
Он деловито раскрывает папку, искоса поглядывая на то, как Лёля нервно переминается с ноги на ногу, и лишний раз убеждается, что она довольно предсказуема в своём поведении.
— Михаил Васильевич,— говорит она,— я хотела извиниться. Не знаю, что на меня нашло, и мне, разумеется, не стоило воспринимать ваши слова о совместном будущем всерьёз. Но я так давно живу под эмоциональным прессингом больного, властного человека, что тот обещанный подарок был подобно лампочке в моём тёмном царстве…У меня уже давно не было поводов для радости.
Лёля поправляет край безупречной блузки, картинно всхлипывает и весьма натурально изображает подступившие слёзы.
— Лёлечка, и ты меня прости за резкость, я никогда не бросаю слов на ветер, но и не могу я пока ранить беременную жену известием о разводе,— с долей укоризны в голосе объясняет ей Михаил, беря за руку.— На твоём запястье браслет смотрелся бы гораздо лучше.
Он целует основание её ладони и отодвигается в кресле. Лёля понимает его безмолвный намёк и спешит занять место у него на коленях.
— Давай так договоримся: я выдам тебе наличные, а ты уж сама себя побалуешь подарочком. А то у меня совсем нет времени ещё раз посещать ювелирный.
— Это совсем не обязательно, но если ты так хочешь.— Лёля наивно моргает, прикидывая в уме, как именно истратит обозначаемую сумму.
— Конечно, хочу. А про тётку… Скоро сдадут дом, и ты обязательно получишь обещанную студию. Разве ты не самый ценный сотрудник в нашей компании? — шепчет Бузыкин и, показывая, какие именно деловые качества он ценит в любовнице, нетерпеливо расстёгивает пуговицы на её блузке.
Глава 17
Поёжившись от неприятного скрипа калитки за спиной, Ульяна оборачивается, чтобы ещё раз полюбоваться на дом, в котором посчастливилось жить Дровосеку. Она до сих пор чувствует аромат струганого дерева, навевающий ей воспоминания о работе в картинной галерее. Именно такой запах то и дело доносился к ним из соседнего здания, где занимались производством картинных рам.
Одни эпизоды из прошлого тут же сменяются другими, но менее позитивными… Уля невольно ставит в один ряд Егора и Демьяна, но в этом сравнении явно выигрывает последний. В Егоре всегда чувствовался некий надлом, обречённость, чего не скажешь о Дровосеке. Он, несмотря на свой небрежный вид и очевидную тягу к спиртным напиткам, выглядит как человек со стержнем, как человек, который рано или поздно расправит крылья.
Ей мучительно хочется узнать, как он очутился здесь, в их посёлке. Ульяна идёт мимо однотипных статусных особняков и снова отмечает, что дом, который сторожит Демьян, заметно отличается от прочих. Она вспоминает мягкий янтарный свет в его мастерской, грустно улыбается оттого, что их хоромы не могут похвастаться подобным освещением. И даже перешагнув порог собственного дома, Уля не перестаёт думать о Демьяне, ощущая в груди давно забытое томление, которое сложно с чем-то спутать. Впервые за долгие годы ей хочется что-то нарисовать, почувствовать в руках палитру, вдохнуть её маслянистый запах.