Миллионер и я (СИ)

  
Миллионер и я
   
Глава 1
 
Крики чаек, яркое солнце в синем небе, отражающееся от такого же яркого синего моря. Поистине остров Крит — одно из самых удивительных чудес природы. Но, расположившись на полу крошечного домика с выходом к морю и неторопливо потягивая кофе, я смотрела не на море и небо, а на «чудо природы» иного рода. На узкой кровати, с которой я чуть не скатывалась во сне каждую ночь, мирно посапывал... довольно привлекательный образчик мужской породы. Отхлебнув кофе, я скользнула глазами по его мускулистому прессу, мощному плечу — так и тянет о такое опереться, шее, чёрным волосам и круглым сине-зелёным глазам... Глазам?! Они уже открыты? А «образчик», перестав посапывать, как раненый котик, ошарашенно таращится ими на меня? Отставив чашку с кофе, я слегка выпрямилась и вежливо поздоровалась: 
— Калимэра, кирье Константинидис! [1] — долго учила дурацкую фамилию, прежде чем смогла выговаривать её без запинки. 
Кирье подскочил, будто его стегнули плёткой, метнулся бешеным взглядом по комнатке и хрипло выдал: 
— Г-где я? 
— В Зионе, — не моргнув глазом, заявила я. — Добро пожаловать в реальный мир! 
Шутка на тему «Матрицы» не произвела на проснувшегося красавца нужного действия — не рассмешила, а, кажется, напугала. 
— А ты кто?! — он приподнялся на убогой кровати, покрывало плавно опустилось на пол. — И почему я... Почему на мне нет одежды?! 
— Сами как думаете? — с оскорблённым видом хмыкнула я. — Неужели ничего не помните? 
— А... ч-что я должен помнить?! — он судорожно подхватил покрывало и, кажется, попытался накрыться им с головой. 
Я только фыркнула, с обиженным видом подняла с пола чашку и отпила глоток. 
— А почему рука привязана к... этому подобию кровати?! — ужаснулся он. 
— Сами сказали, вам так больше нравится. Ещё и просили затянуть потуже. Я постаралась не сильно... 
— Так как тебя зовут?! — ещё больше разволновался он, лихорадочно развязывая узел. 
— Вчера надо было интересоваться, — отрезала я. 
— О Святая Дева! — простонал мой гость. — Провёл ночь невесть с кем и даже не спросил имя... Я стал, как мой отец! 
— Нет, он-то как раз ночевал в своей постели, — возразила я. — Сама видела, как его уносили. Если после этого он всё же умудрился... 
— Замолчи, Христа ради! — прервал он меня и тут же другим тоном спросил: 
— А мама? 
Опешив в первый момент, во второй я поняла, что он на самом деле ждёт от меня ответа. И, приняв серьёзный вид, заявила: 
— Когда видела её в последний раз, она ещё держалась на ногах. 
— А Эвелина? Где моя Эвелина? 
Я с трудом подавила хихиканье — это же надо так набраться на собственной помолвке, чтобы не помнить ни себя, ни невесту! Но, сохраняя серьёзное выражение лица, отхлебнула кофе и небрежно проронила: 
— Наверное, тоже в чьей-то постели. Очнулась и ничего не помнит. 
Привлекательное лицо «потеряшки» посерело. 
— Мне нужно к ней! Прямо сейчас! 
— На Санторини? — вскинула я брови. — Она-то наверняка осталась там. 
— А где я?! 
— В доме Элронда, — снова не удержалась я. — Сейчас десять часов утра, двадцать четвёртое октября, если вам... [2] 
— Я не на Санторини?! 
— Нет, — сдалась я. — На Крите — остров такой неподалёку от Санторини. 
— Я знаю Крит! — оскорбился он. 
— Тем лучше. 
— Как добраться к Санторини?! 
— По морю. 
— Вплавь... — растерялся он. 
Мысленно закатив глаза, я утешающе улыбнулась. 
— Нет, на катере. Могу отвезти, если... 
— Да! — выкрикнул он. — Буду очень-очень тебе признателен! В деньгах! В смысле хорошо заплачу! 
— Уже обяжете, если оденетесь, — я красноречиво скосила глаза на болтавшееся вокруг его бёдер покрывало. 
— Конечно, конечно! — он резво сполз с постели, но тут же пошатнулся и схватился за лоб. — Боже, Боже, как меня так угораздило! 
 
И тут же ищущим взглядом уставился на меня. 
— А... одежда... 
— На пляже, — мотнула я головой. — И можете не торопиться. Пока не допью кофе — никуда не поплывём. 
— Ещё не нашёл одежду! — огрызнулся он. 
Понёсся было в сторону моря — на пляж можно попасть прямо из спальни, как вдруг остановился и сурово посмотрел на меня. 
— Кстати, о том, что было... ну, между нами, знать никто не должен. Если попробуешь меня шантажировать или... — он махнул рукой. — В общем, пожалеешь. Поняла? 
Скрывая улыбку в чашке, я снова отпила глоток, сложила пальцы крестиком и пообещала. 
— Никому ни слова. Честное критское! 
— Я не шучу! — сдвинул он брови. — Ты, очевидно, знаешь, кто я. Так вот, я слов на ветер не бросаю! 
— Слова — нет, — сдерживая смех из последних сил, хрюкнула я. 
Но он ничего не заметил. На всякий случай погрозил мне пальцем и унёсся «в закат». А я, поднявшись, подошла к выходу на террасу и, наблюдая, как Кир Константинидис, бизнесмен и наследник бизнес-империи Константинидисов, состояние которого исчисляется миллиардами, носится по пляжу, собирая «царские шмотки», тихонько захихикала. 
Может, всё же стоило ему представиться и сказать, что, замещая заболевшую подругу, я подрабатывала официанткой на супер-грандиозной вечеринке в честь его помолвки. Рассказать, как после окончания торжества вернулась на Крит в деревеньку Арханес, где живу на время практики, и чуть не выпала из катера, услышав за спиной богатырский храп. Как с трудом растолкала его, а он, ужаснувшись, что в полном смысле попутал берега, собрался возвращаться на Санторини вплавь и сорвал с себя одежду, которую потом зачем-то разбросал по всему пляжу. А потом заявил, что возвращаться никуда не собирается, потому что ему и здесь хорошо. И как ворвался в домик, где я снимаю комнату, а теперь ещё и присматриваю за рыбками в отсутствие хозяев, и рухнул на мою кровать, чуть её не развалив. И как потом захотел искупаться, а я привязала его за руку к кровати, чтобы в таком состоянии он не отправился прямиком к Посейдону... Да, я могла бы многое рассказать ему о прошлой ночи... Но зачем? 
 [1] Доброе утро, господин Константинидис! (греч.) 
 [2] Фраза из трилогии «Властелин колец». 
  
Глава 2
 
Катером с Крита на Санторини можно добраться часа за два, но, только я разогналась, мой пассажир побледнел, изменился в лице и жалобно просипел: 
— Меня сейчас стошнит... 
— Могу сбавить скорость, — дёрнула я плечом. — Но тогда дорога займёт больше времени. Мало ли что за это время случится с вашей Эвелиной. 
— О Боже... — застонал красавчик и резво наклонился за борт катера. 
Когда его зеленоватая физиономия снова показалась из-за борта, я, изображая сочувствие, поинтересовалась: 
— Лучше? — и, подхватив пластиковую бутылочку с водой, бросила ему. — Это должно... 
Бульк... Пролетев в кривое кольцо рук Константинидиса, бутылка, не меняя траектории, полетела прямо в море. 
— И бутылку удержать не в силах? — разозлилась я. — За неё тоже заплатите. 
— Заплачу, есть другая? — промямлил он. — Зачем было бросать? Я что, похож сейчас на баскетболиста? 
— Не берусь судить, на кого вы сейчас похожи, — уклончиво ответила я и кивнула на начатую упаковку пластиковых бутылочек. 
Охая и постанывая, наследник миллиардов высвободил из упаковки одну, враз её осушил и полез за следующей. 
— Плыть ещё довольно долго, — предупредила я. — Выпьете всё сейчас, ничего не останется на потом. 
— Ты что, следишь за каждым моим движением? — огрызнулся он. 
— Конечно! Не имею привычки доверять первым встречным.