Из огня и пепла (ЛП)

— Мы общаемся магией и другими способами. Я знаю, что это магия Пророка. И, может, это не сообщение конкретно для тебя, — он сделал паузу. — Или это Розамонд говорит, что ты ей нужна. Кто знает? Но если Алура дала это тебе, тогда тебе нужно в королевство Люмьер.
— Почему ты говоришь «если Алура это дала»? Что в этом делает браслет особенным? — я притихла, в голову пришла мысль. — Она — Пророк?
Истон покачал головой.
— Нет. Но ее тайну не мне раскрывать, — мне не нравилось, когда они говорили такое. Я снова и снова слышала загадки. — Сейчас важно, что тебе нужно в королевство Люмьер, и ты не можешь пойти одна, — Тиган кашлянул.
— Я пойду. Я прослежу, чтобы она была в безопасности.
Тепло наполнило меня от мысли, что Тиган — или кто-то — хотел мне помочь. Но я не хотела, чтобы он пострадал.
— Я тоже пойду, — добавила Вин, взглянув на Тигана. Они кивнули друг другу.
— И я пойду, — Арвин пожал плечами. — Я хочу пойти. Хочу помочь тебе, Лирика. Я надеюсь, что ты хочешь, чтобы я пошел с тобой.
Я кашлянула, немного нервничая.
— Вы отправитесь в королевство врага. Вы уверены, что я не должна идти одна? Родес и Розамонд знают меня. Я должна быть в порядке. Я не знаю, должна ли брать Брэлинн, но…
— Брэлинн может остаться тут, — прорычал Истон. — А ты? Кто знает, будешь ли ты в безопасности? Не все хотят, чтобы Жрица Духа победила. Ты видела это сама с Лором, — Истон выплюнул имя мужчины, и я не дала себе отпрянуть на шаг, хотя отчасти хотелось. — Они втроем пойдут с тобой, и они защитят тебя. И они будут продолжать тренировать тебя.
Ридли вздохнул и посмотрел на племянника.
— Ты можешь пойти, — он сделал паузу, и я застыла. Истон? Идет? Истон не мог пойти. У него были дела тут. И хоть я ощущала бы себя защищенно — я не собиралась думать об этом — он не мог пойти с нами. Это будет опасно… для него.
— Знаю, — тихо сказал Истон.
Ридли снова заговорил:
— Но ты знаешь, что тебе нужно.
Истон кивнул. И я моргнула.
— Я знаю и это, — тихо сказал он.
— Я… буду в порядке. Я не их враг. Если это магия Пророка, и я должна быть в королевстве Люмьер, я буду в порядке. Я почему-то нужна там.
— Все хорошо. Но ты не пойдешь одна. Не теперь. Я иду с тобой. Это решено.
Он развернулся и прошел мимо меня. Я не понимала, что происходило.
Другие тоже были в смятении, а потом все стали собирать вещи для долгого пути. Я просто стояла там, смотрела на дядь и пыталась понять, как все это случилось.
Символ воды на браслете снова загорелся, и я посмотрела туда, зная, что он звал меня на земли Воды. Я не была там раньше, но теперь увижу эту территорию.
Я побываю в Люмьере.
Я увижу Родеса.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Казалось, я была в королевстве Обскурит вечно, хотя прошло только несколько недель. И теперь я снова собирала вещи, гадая, как долго меня не будет. И вернусь ли я.
Я не думала о своей смерти, которая могла произойти в бою, к которому я была плохо подготовлена.
Но эта мысль всегда оставалась в голове. Я не могла ничего поделать, ведь видела смерть подруги, вернувшейся, так называемым, фамильяром. Я видела, как другая подруга вернулась, но стала совсем другой. Я видела, как королева умерла ради меня. Я видела, как рыцарь умер от моих рук. И я сама умерла. Хоть и вернулась.
Так что мысль о смерти и том, что будет потом, оставалась в голове. Даже если я не была на ней сосредоточена.
— Ладно, хватит думать о смерти. За работу. Нужно собрать вещи. И убедиться, что Брэлинн в порядке, а потом я отправлюсь в путь.
Брэлинн посмотрела на меня, и она будто ухмылялась. Как кошка могла ухмыляться? Хотя порой их мордочки выглядели так, словно они всегда ухмылялись.
— Что? Я готовлюсь, — и говорила с собой, но что поделать? — Мне просто нужно собраться, а потом я уйду. Но я не оставлю тебя надолго. Обещаю.
Брэлинн снова посмотрела на меня, а потом отвернулась, задрала хвост и показала мне свою попу. Серьезно? Мы точно перешли черту в нашей дружбе. Я думала, это случилось, когда я стала убирать ее туалет, но, видимо, я не угадала. Это произошло теперь, когда она выразила недовольство, уйдя, показывая мне задницу.
 
Это было даже глупо.
— Тук-тук, ты готова? — спросила Вин, проходя в мою комнату. Она огляделась, отмечая, что у меня было, и я задумалась, почему она всегда так делала. У меня особо не было вещей. Все мои вещи, даже сетчатая куртка, которую я обожала всем сердцем, осталось в мире людей. У меня было только то, что Алура дала мне из дома Розамонд и Родеса, и мелочи, которые я собрала за недели тут. У меня не было денег, нарядов или личных безделушек. Личным был только браслет, и тот был подарком.
Я прибыла учиться и, видимо, спасти мир, и мне приходилось полагаться на щедрость других, чтобы сделать это и выжить.
Я не знала, почему я захотела сейчас ворчать из-за этого. Может, по мне ударило то, что я снова была не в своей тарелке.
— Я почти готова. Вроде. Я плохо умею собираться с долгие походы, когда не знаю, куда иду, какой будет погода, особенно когда у меня и вещей-то нет.
Вин просто улыбнулась, качая головой, длинные волосы обрамляли ее лицо. Она была красивой, чудесной, но не вызывала во мне трепет, как Родес. Или даже Истон.
Нет, я не пущу мысли в такое странное направление.
— Если учесть, что в основном у тебя кожаная броня и одежда для тренировок, нужно взять все это. И это должно уместиться в сумку. Ты оружие, так что тут все хорошо. И дяди уже собрали для нас еду и воду, чтобы мы разделили припасы между группой. Просто проследи, чтобы браслет был с тобой, и чтобы Брэлинн была готова к тому, чтобы дяди приглядывали за ней.
Брэлинн слабо мяукнула, и я не знала, была ли она рада или печальна, что не шла с нами.
А потом я вспомнила, почему Брэлинн могла себя так вести.
Люкен.
Люкен был магом Воздуха и лучшим другом Родеса, его товарищем-воина. Он жил в королевстве Люмьер, и я знала, что он, наверное, был рядом с Родесом. Он был близок с Брэлинн, горевал по ней открыто и сильно, и это сломило меня. Они знали друг друга не так много времени, но, казалось, полюбили друг друга. Но он ушел, потому что должен был идти с Родесом, а Брэлинн пришлось остаться со мной.
Я не знала, что он теперь чувствовал бы к моей подруге, как и не могла узнать, что Брэлинн теперь чувствовала к нему.
Но, как у меня и Родеса, их несчастливая любовь не сработала.
— Я хотела бы, чтобы она пошла с нами, но это опасно. Я знаю, в королевстве Люмьер… люди, которых ей нужно увидеть, но она не может пойти.
Брэлинн прыгнула на край кровати, и я погладила ее, почесала под челюстью.
— Дяди позаботятся о ней. Она будет тут в безопасности, и это повод для тебя вернуться, — Вин улыбнулась, говоря это, и я нахмурилась.
— О чем ты?
— Мы идем туда, где твои первые друзья. Где твои настоящие друзья, — она пожала плечами, и я захотела обнять ее, дать ей понять, что те слова уже не были правдой, ведь и она была моей подругой, но она продолжила, не дав мне и шанса. — Даже если мы пропустим все причины, по которым ты тут, и проигнорируем судьбу, окружившую нас, там те, кто связался с тобой раньше. Там твой мужчина, — она подмигнула, и я скривилась.
— Родес не мой, — я сказала это слишком быстро, ее брови приподнялись.
— Ладно, я больше не буду это затрагивать. Если не захочешь. Но Брэлинн будет тут ждать тебя. И тебе придется вернуться. С нами. Даже если ненадолго.
— Я еще не была в королевстве Люмьер, Вин. Конечно, я захочу вернуться сюда. Тут почти как дом, — покачала я головой. — Но я не могу думать так далеко наперед. Иначе я начну переживать, что я не знаю, что делаю.
 
— Твоя магия становится лучше. Ты сильная, Лирика.
Я заканчивала собираться, пока мы говорили, мне нужно было занять руки.
— Ты так говоришь, и, может, я хорошо тренируюсь, но я не знаю, что будет дальше. И из-за этого я нервничаю. И из-за того, что я не знаю, как мне объединить королевства и сделать все хорошо, я буду работать здесь и сейчас, делать нужные шаги. Так что да, я вернусь в королевство Обскурит, — я надеялась на это. Я должна была. Тут будет Брэлинн. И я не хотела умирать. — Но это не означает, что я тут останусь. Я не знаю, останусь ли в королевстве Люмьер. Я не знаю, должна ли оставаться на землях Духа и скрываться там. Может, мне нужно уйти домой и забыть обо всем этом. Хотя дом в мире людей не ощущается как дом, ведь родители уехали и не помнят меня. Там нет ничего для меня.