СССР 2010 Иди, товарищ, к нам в колхоз! (СИ)
— Самое оно, — я кивнул с улыбкой. — И спортсменам выходить под неё будет куда веселее. Музыку принесу чуть позже, но да, нужно что-то бравурное, бодрое. Чтобы прям кровь закипала.
— Молодец! — генерал не выдержал, и вскочив обнял меня да так, что аж кости захрустели. — Сразу видно, наша порода! Ну уважил старика! Спасибо!
— Пожалуйста, — я поднялся. — Тогда больше не буду отвлекать. Спасибо что не отказал, и за помощь тоже. Увидимся на выходных.
— Я пришлю машину, — ещё раз напомнил дед, и пожав мне руку выпроводил из кабинета.
— Ну как? Решили вопрос? — в коридоре меня встретил Петренко. — пойдём провожу тебя до выхода.
— Да, спасибо, всё обговорили, — я благодарно кивнул полковнику. — Правда придётся теперь вас донимать. Дмитрий Иванович объяснит, что к чему, а потом созвонимся. Постараюсь вас часто не дёргать, но проект срочный и интересный.
— Что ж, буду ждать звонка, — казалось Николая Фёдоровича ничего не может удивить. — Уверен, мы сработаемся.
— Я тоже. Тогда до связи. — пожав на прощанье руку своему провожатому, я выскочил на улицу.
Время уже было к вечеру, и настала пора навестить Лену. Тем более что я ей писал ещё после встречи с Цемелем, сказал, что заеду, и меня обрадовали новостью, что кроме девчонки дома сегодня никого нет. Мама со старшей сестрой укатили на юга по путёвке от профсоюза, папа-полковник на дежурстве, а Лена одна и ждёт меня в гости. Понятное дело, что устоять от такого приглашения я не мог. И уже через двадцать минут звонил в квартиру, сжимая в руках купленный по дороге букет. Но мог бы и не заморачиваться, потому что как только дверь открылась меня одним рывком втащили внутрь, тут же запрыгивая верхом. Я только и успел мявкнуть, что соскучился, как рот заткнули поцелуем.
— Я тоже! — глаза девушки горели голодным огнём, похлеще чем у той же Надины. — Раздевайся! Теперь ты весь мой!!! И даже не думай сбежать, я тебя всё равно найду! И кастрирую!
Глава 4
Глава 4
— Значит, ты теперь с Сикорской? — Лена села на кровати, подтянув одеяло повыше, чтобы скрыть грудь, чего раньше за ней не наблюдалось. — А как же я⁈
— Честно? Хрен его знает, — я тоже сел. — Это я про Сикорскую. А от тебя я отказываться не собираюсь, если сама не выгонишь.
— Это из-за песен, да? — глаза девчонки налились слезами. — Больше я тебе ни для чего не нужна…
— Дура! — я схватил пытающуюся убежать малышку и сжал в объятьях, не давая вырваться. — Как есть дура. Если бы ты мне была не нужна, разве я бы стал тебе всё это рассказывать? Нет, ты мне нужна, и я хочу быть с тобой полностью честным. От начала до конца. Понимаешь?
— А Сонька? — Лена затихла, уткнувшись заплаканной мордочкой мне в плечо. — Она тоже нужна?
— Я бы хотел сказать нет, но это было бы ложью, — я тяжело вздохнул. — Прости. Я скотина и кобель, что поделаешь, и давно хотел её трахнуть. Но даже не пытался, потому что думаю всё-таки верхней головой. А тут звёзды сложились так, что получилось, то, что получилось, и теперь оправдываться или делать вид, что ничего не было глупо и даже подло. И я пойму, если ты скажешь мне убираться и больше никогда не звонить тебе.
— И оставить тебя этой сучке⁈ — взвилась девчонка. — Ну уж нет!!! Ты мой, и точка! А с Сикорской я сама разберусь! Тоже мне королева!
— Лен, только, пожалуйста, не устраивай Соньке сцен. — я поморщился. — Нет ничего более некрасивого, чем две девчонки схватившиеся за парня. Хочешь поговорить с ней — пригласи в какое-нибудь тихое место. А лучше вообще не связывайся. Не нужно тебе это.
— Боишься, что её папаша кагэбешник на тебя разозлится? — скривилась девчонка. — Ну да, конечно, у меня таких родителей нет.
— Да он рад только будет, если отвадит меня от Соньки. — рассмеялся я, не обращая внимания на тон Зосимовой. — Просто нет ничего более некрасивого, чем девчонки, сцепившиеся из-за парня. Это, во-первых. Во-вторых, ты как себе это представляешь? Вы с Сонькой устраиваете дуэль, а я послушно иду с победительницей? Я не вещь, чтобы меня на кон ставить, так-то. А в-третьих, Лен, нам ещё только шестнадцать. Вся жизнь впереди. И никто не знает, что там будет дальше. Может мы с тобой разбежимся через месяц. А может с Сикорской завтра. Или через полгода. Тут что-то планировать сложно, особенно с моей способностью вляпываться в разные истории.
— Мы с тобой не разбежимся, потому что не встречаемся, — отвернулась девчонка, а в уголках её глаз блеснули слёзки. — Иди к своей Соньке…
— А ты хочешь со мной встречаться? — естественно я никуда не пошёл, а лишь притянул подругу к себе в объятья. — Будешь моей девушкой?
— Буду, — буркнула Лена прижимаясь ко мне. — кобель!
— Виновен, ваша честь, — я выдохнул и чмокнул девчонку в макушку. — Я такой, какой есть. Наглый хулиган, без капли совести. Но меня уже не переделаешь. Прости. Ты умница и красавица, и достойна куда лучшего человека, чем я, так что, если решишь — я уйду. И больше никогда не буду тебе докучать. По-хорошему, мне и сейчас тут не следовало бы находиться, но мне всегда было плевать на общественное мнение, я просто не смог от тебя отказаться. Но выбор за тобой. Скажешь — разбежимся, нет — будешь моей девушкой. Выбирай.
— Никуда я тебя не отпущу, — а вот теперь Лена уже не ревела, а вцепилась мне в плечи, заставляя поморщиться, — Ты мой! А с Сонькой я разберусь!
— Ох девки, доведёте вы меня до греха! — я тоже обнял красавицу, прижимая её к себе. — главное побоище не устраивайте. А ещё лучше — помиритесь. Дружите против меня, что я такой кобель.
— Вот ещё, — фыркнула Лена, а я понял, что просто нифига не будет, и может ну его нафиг, этот гарем. Не зря Никулин пел, что, если был султаном, был бы холостой. Вот точно, умный мужик был, фигни не скажет. Жаль, что и в этой реальности уже умер, я бы к нему в цирк сходил с удовольствием.
Следующий час мы мирились и скрепляли принятое решение, так сказать физически. Дружили организмами. Но я точно знал, что это не конец, а только начало. И хоть Соня ничего по поводу Лены не говорила, и так было понятно, что это только пока. А дальше Сикорская по любому будет пытаться ставить мне условия. Но ведь есть ещё её мама с папой. И прабабушка, но про ту я вообще старался не думать, уж слишком очково было разозлить Архонта. Заморозит мне колокольчики буду всю жизнь звенеть ходить. Короче куда не целуй всюду жопа.
И хоть разум шептал, зачем тебе этот геморрой, брось ты эту Сикорскую, я упёрся как баран. И не из-за того, что случилось в пещере. Да, девчонке неприятно лишиться невинности в такой ситуации, это вполне может оставить след на психике, но жить с человеком из чувства вины ещё хуже. Тут и до дурки недалеко. Или до зоны. Я знал много случаев, когда мужика заставляли жениться, по залёту там или просто переспал с девчонкой, а у той родители оказались влиятельные. И чаще всего ничем хорошим это не заканчивалось. Так что с этой точки зрения мне проще всего было сразу порвать с Сонькой, прикрывшись ментальным внушением. Мол, я не хотел меня заставили. Это было бы больно, но лучше один раз переболеть, чем страдать всё время.
По идее, как взрослый, рассудительный мужик я должен был так и сделать. Чего мне от той Сикорской надо, если разобраться? Связи родителей? В свете нашего примирения с дедом они ничего не значат, даже возможно наоборот, вредны для карьеры, если вспомнить что династия в опале. Да и кто сказал, что Игорь Игоревич мне будет как-то помогать?
Секс? Да я и без Соньки не страдал от одиночества. Леночка та ещё затейница, да и Маринка тоже не прочь покувыркаться и открыта к экспериментам. Да и в целом, без бабы я бы не остался, зуб даю. В том же технаре девочки есть весьма симпатичные. Так что одиночество мне точно не грозило.
Чувства? Да я вас умоляю! Шестнадцать лет, не тот возраст, когда можно всерьёз говорить о любви. А я так и вовсе уже забыл, что это такое. Ну не порхают у меня бабочки в животе, я вообще к насекомым в организме с подозрением отношусь. Могу ценить, могу беречь, но любовь… и тем не менее, именно чувства и не дали мне обрубить все концы. Что-то внутри шепнуло — моё! Вот моя и всё тут! Не отдам!