СССР 2010 Иди, товарищ, к нам в колхоз! (СИ)

Жрать нам хотелось, как-никак всю ночь считай кошмарились, так что мы шустро свалили обратно к Егорычу, захватив с собой Баграева, которому дали вольную. Парни, что работали с ним на кухне поворчали, ведь на них ложилась считай двойная нагрузка, но чисто для порядка, без фанатизма, шашлыка хотелось всем. Почему, зная это, я не отдал все три туши? Да потому что последняя свинина, та самая, которой я вспорол горло и кровь сразу вылилась, оставив чистое мясо, стала взяткой.
Кроме самых смачных частей, ушедших в коптильню, ляжка ушла нашему незабвенному товарищу Коновалову, за то, что тот закрыл глаза на творящийся беспредел. А это он и был и пошли комиссар бумагу по инстанциям даже конторе будет трудно меня отмазать. Браконьерство в чистом виде. Посадить, может и не посадят, но листочек в дело ляжет. А когда таких листочков соберётся достаточное количество…
Нет, я не сомневался, что Сикорский узнает о моих подвигах, да я ему сам расскажу, на всякий случай, но одно дело мои слова, другое — официальная бумага. Конечно, взятка не гарантировала, что на Артёма не надавят, заставив дать делу ход, но вроде пока врагов такого уровня у меня не имелось, зато самому комиссару это теперь и в голову не придёт.
Ещё одна ляжка ушла директору колхоза. Вроде как можно было его проигнорировать, но тут лучше не жаться. Тем более что я и так его поставил в неприятную позу с трактором и продуктами. Да, может быть ни к первому, ни ко второму сам директор отношения не имел, но решать проблему пришлось ему. Так что было не лишним подстелить соломки.
Лопатка с передней ногой ушла кузнецу Иванычу. Да, мы договаривались на окорок, но и так нормально вышло. Иваныч оказался не против замены, он вообще не верил, что у меня что-то получится. Думал городской пионэр чудит. Оно и понятно, ночью, с копьём, на кабана ходит только полный кретин. Я и сам повторять свой подвиг не спешил, полный впечатлений о незабываемой поездке верхом. Ну и встрече с волком, о которой никому не говорил, тоже.
Оставшееся мясо, тоже нашлось куда пристроить. Тому же Егорычу, Александре и второму комиссару, фамилию которого я так и не запомнил. Точнее пока не считал нужным, виделись мы редко. Он мотался между нами и второй частью студентов, отрабатывающих в соседнем колхозе, и редко бывал на базе. Тем не менее обделять мужика не стоило, зачем плодить врагов на ровном месте. И пусть кусок мяса для него был не критичным, уж слава Богу в Советском Союзе было чего пожрать, но, как говорится, тут главное внимание.
С мясом мы закончили к обеду. Всё-таки разделать туши оказалось не так просто, как хотелось бы. Из нас только Шамиль, тот самый осетинце, умел хоть как-то работать с мясом, ну и Егорыч конечно же. Остальные, включая меня, Титова, Серёгу, ненадолго к нам присоединившегося и Антона с Эдуардом, что пришли с ним, выросли в городе и целую тушу видели только на рынке, перед тем как её мясник порубит. И уж тем более никогда обвалкой не занимались. В итоге завхоз выгнал нас, чтобы не мешались, отправив завтракать и спать.
— Ты извини, что дёрнул ночью, — повинился я, работая ложкой. — Просто ты тут самый адекватный. Серёга вроде тоже нормальный парень, но вопросов много бы задавал.
— Да нормально, — отмахнулся Титов, — наоборот, прикольно. Никогда не думал, что в охоте на кабанов поучаствую. Я как-то раньше и не думал об этом, а сейчас вот мысли мелькают самому попробовать.
— Ты только не вздумай как я делать! — всполошился я. — Егорычу не стал рассказывать, но мне чудом удалось выжить. Вот тот самый крупный кабан, если бы не споткнулся о тушу другого распорол бы меня от и до. А потом сваливать пришлось от всего стада, думаешь, где я морду поцарапал. Ну на хрен такие приключения! Я в следующий раз если соберусь на охоту — без винтовки и шагу в лес не сделаю!
— Ты же третий Разряд! — удивился Егор, но видя мою кислую морду как-то растерял энтузиазм. — Что, всё так плохо?
— В любом деле нужно быть профессионалом, иначе всё может плохо закончиться, — я покачал головой, налегая на пшённую кашу с маслом. — А охота само по себе занятие опасное. Так что серьёзно, хочешь ходить на кабана с рогатиной — флаг в руки. Только стань хотя бы Кандидатом, освой защитные техники, научись владеть оружием, и всё в таком духе. Я лично не собираюсь, ну в смысле охотится. Не моё это. Не моё.
 
— Понятно, — Титов кивнул и больше ко мне не приставал.
Проснулся я как раз к обеду, а после вместе со всеми отправился на поле. Грустный тракторист, явно хотевший оказаться, где угодно, только не здесь. Грустно было мужику, что лишился законного калыма, но сопереживать ему я не стал. Обжабится, как говорится. Я вообще не люблю тех, кто пытается на мне нажиться, при этом считая, что так и надо. Если бы этот удод сразу начал с нами работать, можно было тупо ускориться, надавив на комсомольский задор и всё такое и выгадать себе не только выходные, но и пару — тройку дней на неделе. А так, пусть страдает.
Работа на поле оказалась не тяжёлой, но нудной и однообразной. Картофелекопатель навесной двухрядный КТН-2В, прицепленный к трактору, подкапывал ряды, немного отряхивал их на вращающейся ленте из металлических прутьев и выбрасывал обратно на землю, где уже мы собирали картошку, попутно перебирая её от битой, резаной и гнилой. Паковали всё это в мешки и сетки, те складывали в машину, которая отвозила урожай на плодовоовощную базу. Ну или куда там картофель складывают. В общем ничего нового, что мы не делали до этого, разве что с лопатами теперь не надо было бегать, да и в земле ковыряться тоже, от чего скорость работы увеличилась в разы.
Но даже механизация работ не означала что мы быстро закончим выделенные нам участки. У меня вообще сложилось впечатление, что колхоз садил картошку исключительно для студентов, но делал это с размахом. Ну правильно, почти тысяча человек за две недели способны даже без техники горы свернуть, а вместе с трактором, так и вовсе старые срыть и новые насыпать. При этом практической пользы именно с точки зрения производства продуктов питания, а точнее соотношения затрат и результата, это почти не несло.
Да, студенты собирали огромное количество картофеля, но, как мне шепнул по секрету Егорыч, он был кормовым. А я-то ещё думал, ничего себе, какая картошка тут крупная, ровная, но странноватая на вкус. Нет, понятно, что и скотину нужно было чем-то кормить, но… два комбайна бункерного типа, десять человек и за те же две недели они убрали бы столько же сколько и мы. Казалось бы, сплошная выгода. Даже с учётом стоимости самих комбайнов.
Ведь не нужно кормить семь с лишним сотен рыл, не нужно обустраивать для них жильё, не нужно контролировать, но… при этом пропадал весь воспитательный эффект. А ведь в СССР он зачастую был важнее любой прибыли. Иначе не ставили бы только закончивших школу пацанов к станку, невзирая на производимое ими количество брака. С другой стороны такой подход позволял воспитать настоящих профессионалов, отсеяв лишних или криворуких. Вот и гадай, как лучше.
Впрочем, я себе голову лишними размышлениями не забивал. Наконец моя жизнь устаканилась, я вставал вместе со всеми, завтракал и шёл работать. Потом обедал и снова работал. Приходил, ужинал и начинал отдыхать. С ребятами жгли костры, пекли в золе картошку, болтали, пели под гитару, мне, правда, почему-то не давали это делать, короче развлекались как могли. И длилась эта идиллия ровно до вечера пятницы.
Нет, поначалу всё было прекрасно. Уж не знаю, правду ли говорил Шамиль про своего деда, но шашлык у него получился загляденье. Вымоченное в растворе уксуса мясо стало мягким, сочным, и не поверишь, что это дичина. Полю специи, плюс зелень. Девчонки под предводительством Александры расстарались, настрогали салатиков и зелени. Короче пир мы закатили на весь мир.
К этому времени уже все знали, что мясо добыл я, вручную завалив аж трёх… пять… семь или более, кабанов. Версии разнились в зависимости от отношения ко мне человека и общей трепливости рассказчика. Естественно, вокруг меня тут же принялись увиваться девицы, которых гоняла рыжая и пухлая Зоя, которая, к счастью, уже мутила с Антохой, иначе мне пришлось бы совсем туго. А вот Аня нет нет, да косилась на меня влажным взглядом. И вроде бы я всё уже девочке объяснил, но тем не менее она, похоже, на что-то надеялась. А я надеялся, что это пройдёт. И вот такой разношёрстной толпой мы и отправились на танцы в деревенский клуб. Душа требовала продолжения банкета, а дискотеки под хрипящий магнитофон всем уже надоели. И кто бы мог подумать, что что-то может пойти не так.