СССР 2010 Иди, товарищ, к нам в колхоз! (СИ)

— Здравствуй, сынок, — девок уже тискали, когда я добрался до своих и тут же попал к маме в объятия. — С возвращением! А загорел то как! И вроде выше стал… или мне кажется?
— На пару сантиметров, — я и сам чувствовал, что старые вещи стали слегка малы, — Приветствую Дмитрий Иванович. Какими судьбами? Внучку встречаете?
— Здравствуй, Семён, — генерал, не чинясь, протянул мне руку, которую, впрочем, я не спешил пожимать. — Внучку. И внука. Мы тут с твоей мамой поговорили. Пашку вспомнили. И решили, что нам нечего делить. Что было — прошло. Мы виноваты, но и дальше надо жить. А кто старое помянет, тому глаз вон.
— А кто забудет — оба долой, — мне не слишком нравилось, куда выводит старый хрыч. Мол, подумаешь, обидели, это ж, когда было. Но и быковать я не спешил, глядя на маму, а та, похоже, всё-таки его простила. Ну или как обычно, решила плюнуть на себя и свою боль. — Так вроде в народе говорят?
— Сынок, ну что ты, — всплеснула руками мама. — Дмитрий Иванович сам пришёл. Извинился за прошлое. Он не знал. Да и нельзя так. Это ведь семья твоя.
— Моя семья — прежде всего ты, — я перекатил желваки. — и, если тебя не принимают, значит и я не нужен.
— Да что ты такое говоришь! — снова всполошилась мама. — Прекрати!
— Ерунду не городи, — нахмурился генерал. — Никто твою маму не гонит. Расписались они с Пашей или нет, неважно, для меня Валентина его жена. И отношусь я к ней так же. Жаль, что раньше не знал, всё бы сделал, чтобы ни в чём не нуждались, но прошлое не возвратить.
— Иногда можно, но лучше не надо, — я хмыкнул своим мыслям и пожал протянутую руку, которую Калинин так и держал. — Ну здравствуй, дед.
— Здравствуй внук, — Дмитрий Иванович расплылся в улыбке и вдруг облапил меня, сжав так, что чуть спину не сломал. — Ну слава богу, разобрались. Добро пожаловать домой.
— Ага… — я пробовал дёрнуться, но куда мне даже с третьим Разрядом против Командора. — Пус-ти… За-ду-шишь…
— Папа! Да отпусти ты его! Видишь, дышать мальчику нечем уже! — к счастью, нашлась та, кто меня спас, и я сумел вдохнуть полной грудью, с благодарностью кивнув своей спасительнице. — Здравствуй Семён. Рада с тобой познакомиться. Вера про тебя много рассказывала.
— Здрасьте. — я снова кивнул своей родной тёте, с интересом разглядывающей меня, — Так и знал, что она язык за зубами держать не умеет.
— Не обижайся, просто для неё появление нового двоюродного брата было шоком. — Кристина Дмитриевна погладила смутившуюся дочь по голове. — Приезжайте в гости. С Валентиной мы уже знакомы, да и чего между своими рядиться. Давайте в выходные…
— В выходные едем ко мне на дачу! — тут же принялся командовать генерал. — Отказ не принимается. Пацанам увольнительную дадут, встретимся всей семьёй наконец-то, посидим, пообщаемся. Семён, Валя, я за вами машину пришлю.
— Да не нужно… — начала было мама, но я перебил.
— Пусть присылает. — я, конечно, мог и на мотоцикле доехать, а маме такси заказать, но зачем, если человеку хочется выслужиться. — В субботу?
— Лучше в пятницу вечером. — тут же переиграл дед… было странно так называть Калинина, но в целом, похоже, я уже смирился и принял этот факт. — в баньку сходим, пообщаемся. А уже на следующий день шашлык пожарим, плов сделаем. Я такой плов научился готовить, когда в Кандагаре военным советником был — пальчики оближешь!
— Договорились. — кивнул я, и оглянувшись, извинился. — Отойду на секунду.
Сикорские, как положено интеллигентным людям, отошли в сторонку, хоть раньше стояли вместе с моими… опять же странно так думать о людях, которые до этого были совершенно посторонними. Но может это мне компенсация за прошлую жизнь? Посмотрим. Если что послать их я всегда успею. Сейчас меня больше интересовала пара кэгэбэшников, по совместительству являющихся родителями моей девушки. Тоже блин, проблема. Пришла беда откуда не ждали.
— Добрый день. — я приблизился, постаравшись изобразить вежливую и не ехидную улыбку. — Игорь Игоревич, приветствую. Аглая Валерьевна, моё почтение. Глядя на вас, становится понятно, в кого Соня уродилась такой красавицей.
 
— Здравствуй Семён, — по голосу женщины было пока непонятно, то ли меня будут сейчас кастрировать, то ли наоборот, сразу зятем нарекут. — Поздравляю с повышением Разряда.
— Благодарю, — а вот сейчас я напрягся. — Софья тоже молодец, сумела ранг поднять.
— Да и на эту тему я бы хотела с тобой поговорить, — Аглая Валерьевна едва заметно сверкнула глазами. — Скажем завтра вечером. Понимаю, будний день, но на выходных ты наверняка, отправишься к Дмитрию Ивановичу…
— Да, он нас с мамой уже пригласил. Начиная с пятницы и, скорее всего, на все два дня, — я мысленно сказал спасибо деду, возможно убивать меня никто не будет, чтобы не расстраивать генерала. — Но завтра вечером я абсолютно свободен.
— Ну и отлично, — чуть улыбнулась одними губами Сикорская-старшая. — Пойдём, дорогой. Соня, прощайся со своими друзьями, нам пора.
— Игорь Игоревич. — я кивнул полковнику, и даже получил ответный кивок, что обнадёживало. — Сонь, пока. Я позвоню.
— Пока, — девочка потупила глазки, как порядочная, не решившись при матери даже в щёку меня чмокнуть. — Вера, мы поехали. До свидания.
— Пока, — махнула сестрёнка. — Созвонимся!
Оба семейства раскланялись, и я вернулся к своим, где меня в сторону оттёр дед. Судя по выражению лица, он уже был в курсе произошедшего и ничего хорошего от семьи чекистов не ждал. Ну или опять хотел затащить меня в армию, тут вполне могли иметь место его предрассудки, но теперь уже я был против. Да и вообще, ситуация, конечно, не слишком хорошая, но и не смертельная. Чай на дворе не девятнадцатый век, чтобы девицы, уличённые в связи до брака, топились. Так что прорвёмся.
— Семён, я в курсе того, что случилось. — Как я и думал генералу уже доложили о происшествии. — И хочу сказать, что ты ни в чём не виноват…
— Дмитрий Иванович. — перебил я деда, может немного грубовато, но я хотел сразу обозначить границы дозволенного. — Давайте без вот этого, виноват, не виноват. Мы же не в детском саду. Есть ситуация — я её буду решать, а не искать виновного. Мужик я или нет? Да и в самом деле, мы не при царизме живём. Да, случилась неприятность, но жизнь не закончена. Другой вопрос, что я сам не хочу ссориться с Сикорскими. Мы с Игорем Игоревичем работаем вместе, точнее он мной куратор, а Соня мне симпатична. Избалована, конечно, но это поправимо, а так хорошая девчонка. Красивая, умная, талантливая опять же. Плюс может существенно помочь мне в развитии как энергета.
— Сам решай, ты уже взрослый, — на удивление генерал не стал давить, хоть я видел, что ему моё сотрудничество с конторой категорически не нравилось. — Просто помни, если что, я помогу. Мы семья и пусть у нас между собой могут быть какие-то недопонимания, внешнего врага должны встречать единым фронтом.
— Да какого врага, бросьте вы, — я, хоть и опасался Аглаи Валерьевны, но не верил, что дойдёт до крайних мер. — Всё решим, Сикорские тоже не дураки и должны понимать, что я лучше мифического сынка из правительства. Это, во-первых, а во-вторых, нам ещё только шестнадцать. Мы через неделю посрёмся с Софьей и всё вернётся на круги своя.
— Боюсь так не получится. — покачал головой Калинин. — Ты скорее всего не знаешь, но в династиях, таких как наша или Сикорских, очень ответственно подходят к выбору спутников жизни для своих детей. Методики развития, передаваемые в них, требуют определённых особенностей, отсюда выходит много сложностей.
— Маму поэтому выгнали? — я нахмурился, потому что не ожидал, что дело настолько серьёзно и уже за евгенику взялись. — Как по мне, хрень всё это. Не могли всего за три поколения образоваться устойчивые генетические мутации. Скорее игры в псевдоаристократию начались. Тут блаародные — а тут быдло деревенское.
— Ты во многом прав, — серьёзно кивнул генерал, но тут же добавил. — Но изменения всё же есть. Не такие серьёзные, чтобы была необходимость прям подбирать пары, но всё же если учитывать некоторые факторы развитие детей идёт куда легче. Поэтому ЦК и товарищ Сталин и позволяет эти игры. Но мы об этом ещё поговорим. Пойдём, а то нас женщины заждались, а настоящий офицер не должен позволять такому случиться.