1910-я параллель: Охотники на попаданцев (СИ)
— Вы себе много позволяете, — надменно произнёс отставной вояка, взяв на себя роль старшего.
— Это для вашего же блага. Выпить и поесть вам будет предоставлено, — с нажимом повторил я, а потом поманил рукой, подзывая стоящую у камина Аннушку, и вышел.
Та сменила хмурое состояние на немного растерянное, но заметив мой жест, ловко выскочила из зала.
— Ну, — обратился тем временем я к сидящей на крыльце зарёванной Настеньке, — ты так и будешь заниматься самобичеванием, или все же осознаешь, что произошедшее — лишь глупая случайность и нелепое совпадение?
— Это не совпадение, — прошептала юная ведьмочка, вскакивая со ступеней и одёргивая подол длинного черно-белого платья.
— Он живой, так что без разницы, — буркнул я.
— Живой? — просияла Настя, подняв голову и поправив выбившуюся из причёски чёлку. В неё словно вдохнули жизнь. А я улыбнулся. Она пока ещё девица-подросток и смена чувств и настроения для неё явление одного мгновения. Вот она прыгает босиком по лужайке, а через секунду уже печалится и ревёт в три ручья о том, что она некрасивая или непутёвая. Спустя минутку опять прыгает по траве с ещё большим остервенением, словно пытаясь наверстать те мгновения, что была в тоске.
— Пойдёмте, — по возможности поласковее поманил я девушек. Наверное, не стоило их брать с собой, но и оставлять с ревизорами тоже нельзя. Съедят.
Мы быстро выскочили во внутренний двор, а там и в гараж зашли. Дверь в хранилище авто я старался открывать и закрывать сам. Это время экономило, да и слепок на воротах проверить нужно. Караул караулом, да только не доверял я эту ценность никому.
Звучно клацнув рубильником и отсоединив разъем зарядного кабеля от машины, я хотел было сесть на водительское место. А потом остановился с открытой дверцей, положив на неё ладонь. Машина по ухабам городка едет неспешно. Ненамного шустрее, чем быстрая бричка. Управление тоже несложное. Рулевое колесо да две педали — контроллеры электромотора и тормозов.
Я притронулся к рулю. Передние колеса послушно повернулись вправо с легким шуршанием каучуковых шин. На машине имелся такой чудный прибор, как электроусилитель. Что-что, а эта новинка, доставшаяся нам от попаданцев, быстро нашла любовь и признание в среде водителей.
— Аннушка, садитесь на водительское место, — произнёс я, доставая револьвер, и упаковку патронов из кармана, которые я взял у дневального. Оружие нужно было проверить и зарядить. А делать это и рулить одновременно — то ещё удовольствие.
— Я? — опешила девушка.
— Да, — ответил я, обходя машину и с неким ехидством садясь на пассажирское место, справа от водителя.
Аннушка нахмурилась, а запрыгнувшая сзади Настя замерла, в предвкушении зрелища. Наконец, провидица, несколько раз качнувшись на месте с вытянутым лицом, села на кожаную сидушку. А там уставилась на приборную панель. Для выпускницы института благородных девиц аппарат был непривычен, как мужику пяльца для вышивки, но это лечится сарказмом и инструкциями. Все равно обслуживать не ей.
— Аннушка, я не могу сейчас сам. Сашка за Ольгой следит. Водителя нам в штат не дают.
— Я тоже не смогу, — ответила барышня, поджав руки. Она явно боялась.
— Сможете. Не могу же я всегда просить Баранова. Он не наш сотрудник.
При упоминании о штабс-капитане Аннушка стиснула зубы, заставив меня нахмуриться. Уж, не между ними ли произошёл какой непонятный инцидент? Может, он непристойности предложил?
— Что делать? — тут же спросила провидица.
— Сейчас руль ровно, а как выедете из гаража, выверните налево, к воротам. Авто неширокое, прекрасно проходит в створки. Чтоб тронуться опустите рукоять ручного тормоза, а потом выжмите ногой правую педаль. Только не сильно, а то не управитесь.
Анна с диким выражением лица положила руки на руль, втянув при этом голову в плечи, а потом нажала на педаль. Клацнул контакт, двигатель легонько загудел, но машина не тронулась с места.
— Ручной тормоз, — мягко повторил я, откинув дверцу барабана револьвера и со щелчками провернув его. Не хватало всего нескольких патронов, которые я ловко вытащил из пачки и сунул в каморы. — Справа от сидения. Да, этот рычаг.
Механизм легонько щёлкнул, и не перестающее гудеть двигателем авто дёрнулось с места. Анна взвизгнула и, бросив руль, закрыла ладонями лицо. А я вздохнул. В том, чтоб посадить девушку за руль не было совсем уж большой необходимости, но мне нужно было ее чем-то занять. Может, я и глупость совершаю, но хотелось какую-нибудь хорошую глупость. Обе половинки души хотели.
— Еще раз, но спокойнее.
Аннушка зажмурилась и снова положила дрожащие руки на руль. Я усмехнулся и вытянул шею, смотря вперёд, чтоб она носом не зацепила ничего. Но проем ворот почти в полтора раза шире авто, не должна зацепить.
— Не брякнет. Не брякнет. Не брякнет, — монотонно забормотала она, а машина медленно и рывками начала ползти вперёд.
— Эй! — раздался сзади звонкий голос Насти, — А чё она с закрытыми глазами⁈
Я резко повернул голову, и оказалось, что Аннушка действительно сидела плотно зажмурившись.
— Смотрите, куда едете, — по возможности мягко произнёс я, скрипнув при этом зубами, но в действительности хотелось заорать и отобрать руль. Лишь в последний момент я сдержался, хотя сердце внутри сжалось от неприятного предчувствия. Водитель-провидец. На это стоило взглянуть, но краской запастись для царапин на машине тоже придётся. Равно как и запасными частями.
— Не брякнет, — повторила Анна и облизала пересохшие губы.
— Да вашу мать, — выругался я, — на дорогу глядеть надо.
Девушка подняла веки, да вот только, остекленевшие глаза с сузившимися до размеров булавочного острия зрачками, все равно ничего не видели.
— Анна, с вами все хорошо?
— Да, — сухим голосом ответила она, а лицо ее покраснело, а под платьем ходуном заходила грудь, словно от сильнейшего возбуждения. — Не брякнет. Не брякнет, — повторяла она, как заклинание.
Я стиснул край двери пальцами и глядел то вперёд, то на девушку. Авто тем временем плавно повернуло, ведомое находящейся в трансе девушкой.
— Одна-две секунды хватит? — вдруг спросила Анна, не поворачивая головы. — Я дальше глядеть не смогу.
— Чего?
— Кочка, — нервно сглотнув, вместо ответа произнесла девушка, и машина действительно дёрнулась, провалившись колесом в выбоину на дороге, стоило ей миновать открытые створки выездных ворот.
Что-то внутри меня кричало, что это дурная затея. Но отступать тоже не хотелось.
— Барин, можа я пешая? — пискнула сзади Настя, но я не ответил, вращая головой, готовый выхватить руль из тонких девичьих пальцев. Хотел бурных эмоций, получай, как на заказ.
Анна сделала глубокий вдох. Ее зрачки быстро увеличились, почти вытеснив радужку, а потом так же быстро сжались, став точкой.
— Вы только не спешите, — протянул я, стискивая дверь рукой и нервно сидя на кожаной сидушке.
— Куда? — сухим голосом спросила Аннушка. У неё словно выключили мешающие дару чувства.
— Направо, — только и выговорил я. — И понежнее. Как с любимой кошкой. Или как с любимым мужчиной.
Наверное, зря я это сказал. Анна не изменилась в лице, но выжала педаль контроллера до упора. Авто дернулось, шаркнуло шинами по дороге и начало быстро набирать скорость. А машинка-то хорошая, до сорока верст в час может разгоняться на такой дороге. На мягонькой, укатанной грунтовке вдоль пшеничного поля или по хорошей асфальтовой дороге так и вовсе до семидесяти.
— Бух, — выдохнула Аннушка, и авто снова нырнуло в ямку, сильно ударив по копчику.
— Тут, вообще-то, тормоза есть! — заорал я, понимая, что сейчас до девушки можно только докричаться.
В следующую секунду мой нос чуть не соприкоснулся с ветровым стеклом, так как авто с визгом клюнула носом, и прокатившись юзом около метра, замерло. Я обернулся. На заднем сидении с выпученными глазами замерла, сжалась в комок, Настя. Рядом с ней лежало радио, которое я старался теперь держать всегда в готовности. Тем более передатчиков у нас было несколько, и жмотничать не стоит.