Хранитель проклятых домов
— А вы наняли к нам бессмертную ведьму с сомнительной, простите, леди, — кивок в сторону девушки, — репутацией?
— Ну кровожадного стихийника с сомнительной репутацией я уже нанял, — хохотнул Август, — Будем считать, что у меня странные вкусы.
Он кинул мне ключ от наручника, я наконец отцепил руку и с облегчением растер запястье.
— Спускаемся в гостиную, сомнительные вы мои, будем пить вино и говорить об особняке Инкорке.
— А я больше не чокнутый? — с опаской спросил я.
— Все еще более чем. Но уже без галлюцинаций и двусмысленных привязанностей к большим и страшным дядям, — он хмыкнул, — Ладно, к одному дяде ты все еще привязан, но у нас все-таки контракт, а не рабство. За мной, детишки, я расскажу вам интересную сказку.
Глава 14
Лок сидел в своем излюбленном кресле, закинув ногу на ногу, и затягивал паузу, как мог. Он уже и трубку набил, и вино по бокалам разлил, теперь пытался сдуть с рукава рубашки несуществующую пылинку.
— Август, прекратите издеваться! — не выдержал я, когда начальник внезапно заинтересовался светящейся бабочкой на подоконнике.
— Я не издеваюсь, я жду, — меланхолично заявил рыжий гад и снова замолчал.
— Чего?
— Когда наша леди соизволит поведать свою часть истории.
— Быть может, если бы вы озвучили свои ожидания сразу, мы могли бы сэкономить полчаса бессмысленных терзаний, — язвительное замечание вырвалось помимо моей воли.
— Терзания не бывают бессмысленными, — отрезал Лок, — Я, например, получил массу удовольствия. Итак, леди Инк, ваш выход.
Бессмертная ведьмочка перестала жевать нижнюю губу и уставилась в пол.
— Может вы как-то сами, вкратце…
— Ну если вкратце… Эрвин, это чудесное создание погубило две дюжины детей, о половине мы даже не знали. Не собственными руками, но по собственной глупости. Как вам такое сокращение, леди?
Лора Эйк подскочила с кресла, красная от ярости и негодования. Между ее ладонями собирался сгусток синего пламени. Стихийница! Девушка опустила взгляд на руки и мгновенно вернула себе контроль над эмоциями.
— Это ложь!
— Разве? А мне кажется, просто сокращенный вариант вашей биографии, — голос Августа был ледяным.
— Вы не человек, вы — нечисть бессердечная, — спокойно, просто констатируя факт, заявила леди Эйк.
— Я не человек. Как, впрочем, и вы оба. На будущее прошу учесть, что в прошлом, когда я был куда более несдержан, мне доводилось убивать и за меньшее. И сейчас, глядя на вашу безыскусную игру в святую невинность, я испытываю некоторую ностальгию.
— Лора, не будите зверя, — вмешался я, — он не очень крепко спит. Расскажите нам свою версию событий.
Леди села, расправила юбки, бросила последний гневный взгляд на начальника, и наконец окончательно взяла себя в руки.
— С чего мне начать?
— С начала. Вы воскресли, вообще не умирали или… — в голосе Августа тоже больше не слышались далекие раскаты грома.
— Пожалуй, больше всего подходит именно "или", — девушка вздохнула, — Я не умирала, потому что не рождалась. По крайней мере, не так, как рождаются люди.
— То есть? — не выдержал я.
— Однажды я просто очнулась на набережной, без одежды и памяти.
— Совсем без одежды?
— Мальчик, если ты не хочешь просидеть остаток дня молчаливой статуей, то я рекомендую непристойные мыслишки и неразумные комментарии оставить в глубине черепушки. Я хочу слушать историю леди, а не бесконечные подтверждения твоей глупости и эмоциональности, — припечатал меня Лок, — Вот такие, видите ли, у нас, нечисти бессердечной, странные предпочтения.
Я благоразумно заткнулся.
— Ну, какие-то тряпки на мне, конечно, были. Но назвать это одеждой? Рваный лоскут ткани, едва прикрывающий самое сокровенное, да пара стоптанных башмаков. Была осень, с моря дул северный ветер, и я вся продрогла. В моей памяти не было ничего, ни имени, ни названия города, ни даже куда мне идти. Так я и стояла, глядя на воду и пытаясь понять, что делать дальше. Подошла пожилая женщина, ведьма, как я узнала позже, укрыла невесть откуда взявшимся пледом и увела в свою хижину. Домик был совсем маленький, у самого подножия горы, и ужасно запущенный. Дверь покосилась и не закрывалась до конца, отчего по полу всегда гуляли сквозняки и хватали за ноги. Мне иногда казалось, я слышу как они шепчутся. А по ночам под окном выли волки.
Леди сделала глоток вина и, отвечая на удивленный взгляд начальника, продолжила.
— Да, я знаю, они в наших местах не водятся. Но возле хижины выли. Я все время спрашивала у хозяйки, не страшно ли ей, но та только молча качала головой. Она вообще не разговаривала, ни разу я не слышала ее голоса. Даже имени старухи не знаю, — Лора рассмеялась, — а ведь прожила у нее три года. В город я больше не ходила, помогала по хозяйству и училась колдовству понемногу. С весны по осень собирала грибы, ягоды и травы для зелий, зимой — плела корзинки на продажу и создавала простенькие амулеты.
— Вот здесь поподробнее, — попросил Август, набивая очередную трубку.
— От порчи, от облысения, от беременности, — леди смущенно закашлялась, — от мужской немощи, от…
— Дайте угадаю, леди, последние у вас получались лучше всего, — Лок не спрашивал, а утверждал.
— Как вы… Ах, ну да. Вы уже и так все знаете. Тогда зачем вы просите меня рассказать?
— Я знаю, а этот, — начальник неприлично указал на меня длинным пальцем, я удивился внезапному порыву его укусить, — даже не догадывается. Продолжайте, поучительная в сущности история.
— Мучительная и поучительная — это разные вещи.
— Я вас уверяю, разница исключительно в точке зрения. Итак, вы создавали амулеты…
— И как вы только живете с таким цинизмом? Впрочем, дело ваше. Амулеты расходились хорошо, корзинки — не очень, но на жизнь нам хватало. Старуха иногда брала заказы на охрану дома от нечисти, на очистку жилища от скверных энергий, изредка даже на целительство. Брала недорого, а справлялась зачастую быстрее и лучше храмовников. Ходили мы порталами, избегая моего появления на людях. Мне тогда непонятна была эта мера предосторожности, теперь-то конечно… Ведьма оберегала меня как могла. И вот, однажды молодой наследник особняка Инкорке прислал записку с просьбой явиться как можно скорее, обещал заплатить сумасшедшие деньги, помочь с заклинанием, добавив и свои силы… Сил у него, впрочем, было не много, а вот способностей к составлению заклятий — хоть отбавляй. В этом он превосходил любого, кого я встречала за всю свою долгую, уж поверьте, жизнь.
— И чего он хотел? — я очень старался не перебивать, но всему же есть предел!
— На самом деле или на словах?
— Для начала, на словах. О чем он просил?
Леди пожала плечиками.
— Как все, защитить дом от нечисти. Сам составил заклинание, сам добыл необходимые ингредиенты и жертву…
— Жертву?
— Эрвин, только мое собственное любопытство уберегло тебя в ЭТОТ раз от незавидной судьбы каменной статуи. Имей в виду.
— Черного феникса, — Лора по достоинству оценила наши вытянувшиеся лица и продолжила, — Да, тут старуха насторожилась, но так и не догадалась, в чем именно подвох. Не знаю, где этот хитрец раздобыл несуществующую птицу, он мне так и не рассказал, но жертва оказалась действительно великолепной. Так легко не колдовалось ни до, ни после, никогда! Сила сама лилась из нас троих в раззявленную пасть заклятья. Имейте в виду, это не метафора, — леди Эйк поежилась от пугающего воспоминания, — Сначала мы сами вплетали энергии, осторожно, выстраивая узоры заклинания из нитей силы, но потом творящееся колдовство будто очнулось, голодное и злое. С последним криком черного феникса я почувствовала, как что-то поглощает весь мой резерв, большими глотками, жадно, сосуще…
Девушка залпом допила бокал и попыталась стряхнуть липкие нити страха, заговорила уже более спокойным голосом.
— Тогда ведьма открыла портал, схватила меня за руку и попыталась утащить за собой. Ничего не вышло. Ее особняк Инкорке выпустил легко, но едва мои пальцы коснулись поверхности портала, он схлопнулся. Рука старухи, кровоточащий обрубок руки, все еще сжимал мою ладонь. Я завизжала, отпустила оторванную конечность своей опекунши и закричала так, как никогда прежде. Подвал, в котором мы колдовали, охватило синее пламя, и сквозь его жадные языки я видела, как смеется сумасшедший маг.